Какой будет «договорная» цена?

Cоглашение по сокращению добычи нефти может быть продлено 25 мая. Большая часть сомнений в

Пенсионный фонд больше не заплатит фиксированных пенсий

Пенсионный фонд больше не заплатит фиксированных пенсий

Минфин предлагает финансировать фиксированную часть пенсии из бюджета

Преходящий профицит

Почему оздоровились региональные бюджеты

Греция договорилась с МВФ, но не с ЕС

Греция может договориться с ЕС в течение нескольких недель

Всемирный банк пессимистичен

Всемирный банк ухудшил прогноз экономики РФ

Сбербанк выплатит дивиденды в 6 руб

Акционеры Сбербанка утвердили дивиденды

Что побеждать после инфляции

Что побеждать после инфляции

Как снижать ставку, не разгоняя цены?

Вода по цене золота

Сколько зарабатывают на самом прозрачном рынке

Как долго простоит подрубленный рубль?

В мае рубль уже намаялся. И ведь намается еще. 4 мая резко упала нефть – рубль пошатнулся,

Курортный сбор может не состояться

Курортный сбор снизит конкурентоспособность российских курортов

Трудовое лето

Многие планируют обойтись без отпуска

Может ли бургер быть люксовым?

В России бургер – булочка с куском мяса – справедливо ассоциируется с быстрым и недорогим

Такие разные индексы

Покупательная способность в стиле «популярной классики»

Дефляция на марше

На 1,5% за апрель

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Бюджет   13.03.2012 00:10:47

Маневром по бюджету

Маневром по бюджету

Антон Силуанов прокладывает путь к бюджету, правила которого отрезвят Россию от нефтяного иждивенчества. ИТАР-ТАСС

В апреле—мае в правительстве пройдут бои между отраслевыми лоббистами и Минфином. Будут «пилить» бюджет на 2013–2015 годы. На этот период на самом верху было сделано множество далеко идущих расходных обещаний. Однако в ведомстве Антона Силуанова готовятся не к пассивной обороне, а к переходу в наступление на буквально все неэффективные бюджетные расходы.

Силуанов недавно обещал считать бюджет-2013–2015 уже по новым бюджетным правилам, прежде всего базирующимся на суровой ненефтяной диете. В основу расходных обязательств предлагается брать не средние нефтецены за год, а за 10 предшествующих лет. А это всего лишь $70 за баррель. Тогда как бюджет-2012 сводится без дефицита при $117. Кто победит, пока неизвестно. Силуанов ссылается на поддержку своих инициатив в правительстве. Однако в январе—феврале федеральная казна была сведена с дефицитом в 1,5% ВВП. Он хоть и плановый, но еще никогда в начале года не фиксировалось превышения расходов над доходами.

Парадоксальный дефицит

Как правило, даже в самые кризисные времена, федеральный бюджет в начале года никогда не сводился с дефицитом. Наоборот, вплоть до середины года, а то и дольше фиксировался профицит. И при этом весьма значительный. Как известно, большая часть выделенных денег доходила до конечных получателей ближе к концу года. Это явление даже получило свое название — «бюджетный навес». Кстати, он довольно опасен, так как являлся одной из причин раскрутки инфляции в конце года, а когда перешли на бюджетные трехлетки, то в начале следующего.

К тому же после дефицитных 2009–2010 годов 2011-й закончили весьма оптимистично — с профицитом, по предварительным данным, в 0,8% ВВП. И хотя по плану в этом году должен быть все же дефицит в 1,6% ВВП, большая часть экспертов считали, что прошлогодняя ситуация повторится — дефицит уже больше не вернется. Во всяком случае, зампред комитета Госдумы по бюджету Оксана Дмитриева так считает до сих пор (см. её комментарий).

Уверенность в профицитности бюджета-2012 понятна. В связи с ситуацией вокруг эмбарго на поставки нефти из Ирана в Евросоюз цены на нее неумолимо растут. И хотя пока еще далеко не скачкообразно (как никак до войны в Персидском заливе еще далеко), да и иногда отходят назад, колеблясь в пределах $122–126 за баррель(цена североморской смеси Brent), все равно средневзвешенная цена на российскую Urals в период с середины января до середины февраля достигла, по данным Минфина, $112,2. Напомним, что расходы бюджета-2012 рассчитаны исходя из $100 (в этом случае дефицит и должен достигнуть 1,5% ВВП), а при $117 за баррель никакого дефицита быть не должно вовсе. Осталось, что называется, добрать до искомой планки всего-то $4,8. Судя по всему, в марте это уже случится.

Однако совершенно неожиданно для большинства экспертов министр финансов Антон Силуанов 22 февраля на заседании президиума правительства заявил, что январь—февраль, скорее всего, будут сведены с недостачей в 1,5% ВВП. 28 февраля на расширенной коллегии Федерального казначейства эта информация была подтверждена.

В частности, замминистра финансов Татьяна Нестеренко, курирующая казначейство, сообщила: за январь—февраль 2012 года дефицит бюджета превысил 124 млрд рублей. При этом дефицит нарастал от месяца к месяцу — если в январе он составил всего 18 млрд рублей, то в феврале — уже 106,5 млрд. Шестикратное ускорение! Для сравнения: в январе—феврале 2011 года был профицит в 57 млрд рублей.

В чем же дело? Ведь так щедро за российскую нефть в первый и последний раз платили почти четыре года назад — в докризисном мае 2008 года (в июле, достигнув $140 за баррель, цена тогда устремилась вниз — к $40). Так что, если взвесить «зимний» дефицит бюджета на весах цены нефти, получается, что налицо уже превышение годового «задания». А это не может не вселять неуверенность в сбалансированности бюджета. Тем более, если сравнить нынешнюю ситуацию с прошлогодней. Доходы выросли на 26%, а расходы сразу на 39%. Хочешь не хочешь, а на ум сразу приходят президентские выборы. Не пытаются ли власти заткнуть политические дыры бюджетными деньгами? Например, в пресловутой сфере военных расходов? Не случайно же вице-премьер по ВПК Дмитрий Рогозин докладывал, что в этом году госзаказы на вооружения не откладываются в долгий ящик, а идут даже с опережением графика.

Впрочем, Антон Силуанов отметает такого рода подозрения. По его словам, «более сбалансированно стало осуществляться финансирование».

Татьяна Нестеренко более подробно прояснила ситуацию. Речь идет о двух «технических причинах». Первая: получатели бюджетных ассигнований стали более активно их усваивать. В передовиках Минобороны, которое, по оценке руководителя казначейства Романа Артюхина, потратило за первые два месяца 18% от годового плана. Если так пойдет и дальше, то к декабрю денег уже не останется. Неплохо идет и Минобрнауки — 15% от годового плана. Но впереди всех социальное ведомство — Минздравсоцразвития — целых 27%!

Вторая причина скачка расходов — реформа бюджетного сектора. Получив статус бюджетных учреждений, образовательные и здравоохранительные организации перешли на получение субсидий на выполнение госзадания, а эти деньги выдаются сразу на квартал. Таким образом, поясняет Татьяна Нестеренко, большинство бюджетных учреждений имеют сейчас на своих счетах квартальную сумму субсидий.

Так что в марте дефицит может также не­ожиданно исчезнуть, как он и появился в феврале. И нефтецены будут, скорее всего, расти, и субсидий до апреля—мая больше не предвидится. Нестеренко так и говорит: «Все будет зависеть от цен на нефть, от доходов».

Беспокоиться вроде бы преждевременно. Тем более выборы прошли. Но в любом случае предвыборные обещания Владимира Путина надо выполнять. Компания «ФБК» оценила их на период до 2018 года в 9,9 трлн рублей. В этом году придется раскошелиться минимум на 1 трлн рублей, а то и все 1,5 трлн. А это не менее 2% ВВП. Бюджетные риски могут нарастать и после выборов. И может случиться так, что и $117 за баррель не хватит для ограничения дефицита. Вряд ли в этом случае стоит ожидать смены инвестиционного вектора — от оттока капиталов (по оценке ЦБ, в январе он составил $11,5 млрд, по оценке Минэкономразвития, — $18 млрд) к их притоку. Рост дефицита бюджета неминуемо поставит вопрос ребром-либо увеличение налогов (значит не будет инвестиций), либо сокращение расходов.

Минфин явно пытается доказать необходимость второго.

Маневры Силуанова

В последнее время новости с бюджетного поля все чаще напоминают сводки с линии фронта. Все чаще используется термин «маневры»-то бюджетный, то налоговый. Правда, разные эксперты вкладывают в «маневры» разное содержание, зачастую прямо противоположное.

Эксперты, переработавшие Стратегию-2020, предложили следующий бюджетный маневр: сократить расходы бюджета на 2% ВВП, а затем увеличить на 4%. Этот «маневр» даже получил название «+4, -2». Под нож предлагается пустить часть расходов на оборону и национальную безопасность. Здесь необходимо сократить расходы на 0,9% ВВП. На национальной экономике и сфере ЖКХ предлагается сэкономить (прежде всего за счет сокращения субсидий конкретным предприятиям) 0,8%. И на госуправлении — 0,3%. Итого получается 2% экономии.

Наращивать расходы намерены в образовании (+0,15% — +1,3%), здравоохранении (+1% ВВП), дорожном хозяйстве (+0,75±1,6% ВВП), ИКТ и связи — до плюс 0,15% ВВП. Итого: плюс 4% ВВП. А с учетом сокращений — плюс 2 процентных пункта ВВП.

Где на это взять деньги?

Окончательной определенности нет ни у кого — ни в «2020», ни в правительстве, ни в Минфине. Однако ясно одно. Налоговый маневр, который обеспечивает бюджетный, будет губительным для экономики, если приведет к росту фискальной нагрузки. Она и так достаточно серьезна — с учетом страховых взносов и экспортных пошлин достигает 40% ВВП. Это меньше, чем в развитых странах, но существенно больше, чем в Китае и Индии.

«Деловая Россия» предлагает совсем иной налоговый маневр, при котором ставки налога на прибыль, НДС и страховые взносы ограничиваются 15%. Конечно, эту инициативу в правительстве не поддержали. В этом случае найти где-либо компенсирующие доходы становится просто невозможным.

Впрочем, свои сценарии бюджетного и налогового маневров у Минфина, хотя бы вчерне, все же есть.

Во-первых, Антон Силуанов еще в ходе последнего Гайдаровского форума в январе этого года предложил отличную от «2020» бюджетную формулу «плюс 2, минус 2» (можно и +3, -3, +4, -4 и так далее). Иными словами, насколько правительство, пояснил министр финансов, сможет сократить расходы, настолько их можно будет перенаправить на другие цели, которые должны дать больший эффект для бюджета.

Есть и второй гипотетический вариант от Силуанова. Повысить налоги и увеличить дефицит бюджета, который придется финансировать за счет роста заимствований. Кстати, эксперты из «2020» не против последнего предложения. Они даже рассчитали безопасный уровень госдолга для России — 25% ВВП к 2020 году (сейчас он составляет около 10%).

Силуанов напоминает, что «сейчас многие страны G20 проводят бюджетную консолидацию, в том числе и за счет повышения налогов». Но нужно ли, спрашивает глава Минфина, делать то же самое и нам? Европейские страны повышают налоги (кстати, при этом не забывая сокращать и расходы), чтобы погасить огромные долги. У России таковых нет. Так зачем же повышать налоговые ставки?

По мнению Силуанова, эффективнее «с точки зрения конкуренции на мировых рынках иметь больше преимуществ перед другими странами, не наращивая налоги, а проводя реформы в своих секторах», прежде всего в сферах образования, здравоохранения и пенсионного обеспечения.

Впрочем, ясно, что ряд налогов придется все же повышать. Консенсус наметился прежде всего в том, что необходимо и дальше наращивать ставку НДПИ в газовой сфере. В Минфине, например, полагают, что придется изымать у «Газпрома» до 80% поступлений от роста газовых тарифов для внутренних потребителей (а это дополнительно 1% ВВП поступлений в бюджет к 2016 году). Напомним, уже в этом году ставку газового НДПИ удвоили — с 247 рублей с тысячи кубов до более 500 рублей. Кроме того, Минфин уже давно борется за ликвидацию отсрочек по уплате налогов на имущество инфраструктурных монополий. И вообще ведомство Силуанова настаивает на том, чтобы по максимуму ликвидировать все ныне существующие налоговые льготы.

Есть также небольшие возможности по наращиванию акцизов на табак и алкоголь. Намереваются власти ввести в той или иной форме и налог на роскошь. Но даже сам Путин заявлял, что это, скорее, «моральный», а не «фискальный» вопрос.

Но в любом случае одним налоговым маневром бюджет не спасти. Нужен и новый бюджетный маневр, проведенный по новым бюджетным правилам.

Правила Силуанова

27 февраля в Мехико, где проходила встреча министров финансов стран «Большой двадцатки», Антон Силуанов впрямую заговорил о новых бюджетных правилах, по которым необходимо выстроить уже бюджет 2013–2015. Они еще не разработаны в полной мере. Но ясно, что речь идет об ограничении расходов бюджета исходя из среднестатистической цены на нефть за десять предшествующих лет, а не за год. Если сейчас средняя цена превысила $112 за баррель и продолжает расти. То с 2002 по 2012 год она дошла только до $70. Это в буквальном смысле означало бы (в случае, конечно, принятия этого правила), что расходы, например, в этом году пришлось бы не увеличивать на 39% по сравнению с прошлым, а урезать примерно на эту же величину.

Разъясняя свою позицию, Силуанов добавил: «Мы говорим о подготовке бюджетных правил, которые бы не создавали желаний у кого-то увеличивать расходы, а четко определяли, какой объем бюджетных средств могла бы потратить Российская Федерация при той или иной экономической конъюнктуре, в первую очередь речь идет о ценах на нефть». По словам министра, такие бюджетные правила уже разрабатываются, и «формат их будет определен в ходе ближайшей работы над проектом бюджета на 2013–2015 годы».

Глава Минфина также заявил, что «в правительстве никто не возражает против этих правил, а вопрос о том, какова будет формула, будет обсуждаться». То есть, $70 за баррель может еще и не стать расчетной основой бюджета, но какую-то цену отсечения (как это уже было до кризиса), видимо, придется установить.

Правда, по словам Силуанова, с нефтяной иглы стаскивать бюджет будут постепенно — до 2016 года.

Вот здесь и кроется опасность того, что все эти маневры уйдут в свисток. Договоренности по той или иной цене отсечения, даже если они будут освящаться высшей политической волей, ничего не стоят. Понадобится очередной авианосец — и на цену отсечения плюнут с высокой колокольни. Достаточно вспомнить, что в феврале у нас не только в 6 раз вырос дефицит бюджета, но и на 3% усохли Резервный фонд и Фонд национального благосостояния, от которого питается, в свою очередь, Пенсионный фонд. А это значит, что мало того, что в эти фонды не перечислили ни одного «горячего» неф­тедоллара, но и еще взяли с полки. Риски налицо. А инвесторы их не любят. Они же знают, что ненефтегазовый дефицит в России приближается к 10% ВВП. А если как в 2008-м цены на нефть упадут?

Единственный выход — вспомнить о законе. О Бюджетном кодексе. До 2009 года там были статьи о нефтегазовом трансферте, согласно которым нефтедоллары сначала пополняли стабилизационные фонды и только потом шли непосредственно в бюджет, не превышая заранее определенный процент от ВВП. Так или иначе, но новые бюджетные правила только тогда остановят девятый вал расходов, если приобретут статус закона. В противном случае придется повышать все налоги. Неслучайно, эксперты «2020» просчитали и вероятность роста НДС до 20–22% с нынешних 18% и даже НДФЛ.

Константин Левин

Бюджет   13.03.2012 00:10:47   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.