Приватизация между быть и не быть

premier.gov.ru

Судя по поручениям Дмитрия Медведева и планам правительства, России предстоит мощная волна приватизации. К 2017 году предполагается полная продажа госдолей в банке ВТБ (сейчас у государства 75,5%), Роснефти (75,16%), ИнтерРАО (14,79%), РусГидро (около 60%), Алросы (50,93% у РФ, 32% — у Якутии). Ранее предполагалось, что в 2011–2013 годах будет продано 35,5% ВТБ, до 2013 года — около 10% Русгидро и около 30% Алросы, а до 2015 года — около 50% Роснефти. Новый список также предполагает продажу 100% акций компаний Совкомфлот, аэропорт Шереметьево, Зарубежнефть, ОЗК, Россельхозбанк и Росагролизинг. При этом в РусГидро, Роснефти, Зарубежнефти, ОЗК и Алросе предполагается оставить «золотую акцию». Она позволит блокировать ключевые решения без наличия контрольного пакета.

Правительство согласно продать 51,17% государственных акций Аэрофлота, однако сохранить косвенное участие в капитале авиакомпании через государственный Пенсионный фонд. Кроме того, предполагается снизить госдоли до 50% плюс одна акция в Объединенной авиастроительной корпорации (сейчас 83%) и Объединенной судостроительной корпорации (100%) к 2017 году.

До 75% плюс одна акция может сократиться госучастие в Уралвагонзаводе (сейчас 100%), ФСК (79,11%), РЖД (100%) и Транснефти (78,1%). Акции последней могут быть проданы начиная с 2012 года. На этот же год запланирована продажа 10% госкорпорации Роснано, а также акций межрегиональных сетевых компаний, входящих в Холдинг МРСК.

Не указаны в списке параметры приватизации Ростелекома, решение о котором правительство предлагает «принять с учетом урегулирования вопроса обеспечения доступности сетей фиксированной связи для госнужд».

Доходы бюджета от приватизации государственных активов в 2012 году должны составить не менее 300 млрд рублей. Предполагается, что в 2013 году они увеличатся до 380 млрд рублей. В 2014 году от приватизации бюджет получит 475 миллиардов рублей.

Искушение распоряжением

Приватизация — один из способов мобилизации ресурсов государства, которые могут пригодиться при обострении мирового кризиса и его распространении на Россию. Правда, как показывает опыт 2009 года, в кризис происходит не приватизация, а, наоборот, огосударствление активов тех частных предприятий, которые терпят бедствие. Но и для этого нужны средства. В силу вступает известное правило: чтобы купить что-нибудь ненужное, надо продать что-нибудь ненужное.

Но госчиновники не были бы госчиновниками, если бы не предпочли не торопиться с приватизацией. Кто же будет торопиться расставаться с фактическим контролем за изрядным куском госсобственности, особенно, если та, как прежде всего в случае с нефтяными компаниями, несет золотые яйца. Ведь хотя госкомпании находятся во владении государства, две другие классические функции собственности — пользование и распоряжение находятся в руках чиновников.

В январе сначала «Коммерсантъ», а затем «Ведомости» сообщили об особой позиции вице-премьера Игоря Сечина, куратора ТЭК. Он предложил в письме премьеру Владимиру Путину отодвинуть сроки приватизации подведомственных энергетических компаний до лучших времен. 26 января ему ответила Эльвира Набиуллина. Она считает, что время продажи каждой из компаний будет определяться конъюнктурой рынка, но государственные структуры «должны быть готовы к приватизации». В свою очередь в министерстве пообещали учесть пожелания госкомпаний перед приватизацией. Так, для «Роснефти» будет обеспечена стабильная таможенно-тарифная политика, кроме того, с учетом интересов компании будут внесены корректировки в законодательство об использовании шельфа. То есть специально для нее будет создан локальный монопольный режим.

И нефть смывает все следы

Повышенный интерес вызывает приватизация нефтяных компаний. Например, полная (к 2017 году) продажа госдоли в «Роснефти» заставляет вспомнить, что компания стала крупнейшей российской нефтяной компанией только после того, как не без скандалов (аукцион, на котором праздновала победу замечательная исключительно этим компания «БайкалФинансГрупп», долгие препирательства «Роснефти» с «Газпромом» и т. д.) вступила в «права наследства» на имущество скоропостижно скончавшегося не своей смертью ЮКОСа.

ЮКОС в свое время был крупнейшей частной российской нефтяной компанией. К 2017 году «Роснефть» становится частной компанией с сохранением за государством «золотой акции», но бенефициарами станут люди, или не имеющие ничего общего с прежними владельцами ЮКОСа, или деятельно участвовавшие в их устранении из бизнеса. Весьма поучительный кругооборот собственности.

Есть и еще один, не столь остросюжетный интерес. Его вызывает предстоящая приватизация «Транснефти». Интерес, скорее, академический. «Транснефть» владеет инфраструктурой нефтепроводов. В родственной «нефтянке» газовой отрасли система газопроводов считается сердцевиной естественной монополии. О приватизации этой системы никто не задумывается даже в страшном либеральном сне, прекрасно зная, что табуирован даже раздел «Газпрома» на добывающие и транспортные компании. А вот «Транснефть» приватизируется. Нелогично.

Возможное объяснение: «Транснефть» силами Алексея Навального при попустительстве Минфина оказалась в центре скандала о пропавших бюджетных деньгах. Тогда ее приватизация достаточно радикальный ответ.

Может быть, именно для того, чтобы в ТЭКе не возникало таких контрастов между его нефтяной и газовой частями, Минэкономразвития предложило перед приватизацией объединить с «Транснефтью» другую госкомпанию, сумевшую, на удивление, самосохраниться практически в неизменном виде с советских времен, — «Зарубежнефть».

Затея, конечно, спорная — уж слишком разные компании, на что не преминул указать Сечин. Для него это еще один аргумент оттянуть приватизацию нефтяных компаний.

Кто выиграет в споре Сечина с Набиуллиной весьма интересно. Дело в том, что расширение масштабов приватизации продвигал президент Медведев, Сечин же рассчитывает на поддержку премьера Путина.

Николай Вардуль