Закон, что вышло

Как Россия будет регулировать криптовалюты.
Цифровые финансы / Глеб Баранов 26 Мар 2018, 13:20
Закон, что вышло

Внесенный 20 марта в Госдуму законопроект «О цифровых финансовых активах» введет Россию в число мировых лидеров в области регулирования криптовалют, по меньшей мере, по одному признаку – наличию закона. Сможет ли он также способствовать и развитию блокчейн-технологий в нашей стране, зависит не столько от него самого, сколько от практики правоприменения и будущих подзаконных актов. И для того, и для другого законопроект оставляет немало простора, что позволяет ему выглядеть несколько более либеральным, чем его же предыдущие версии.

Что он обеспечит с гарантией, так это законные основания для обложения налогами тех, кто занимается майнингом криптовалют в промышленных масштабах. Но и этого достаточно, чтобы не сомневаться в успешном прохождении такого документа через парламент. Это, само собой, если такие сомнения вообще возможны в отношении законопроекта, подготовленного по поручению президента.

Трудности перевода

Когда проект «О цифровых финансовых активах» все-таки превратится в закон, можно будет говорить о том, что он стал неплохой иллюстрацией трудностей, возникающих у отечественных законодателей при принятии документов, регулирующих финансовые рынки. Простое копирование актов других стран, особенно с англосаксонским правом, обычно плохая идея, хотя такие попытки и делались. При пересадке на российскую почву практически те же формулировки начинали работать не так, как на родине.

И это еще при условии корректного перевода и отсутствии творческого зуда или политической воли, ведущих к усовершенствованию текста. 

Примером здесь может служить многострадальный закон «О рынке ценных бумаг», принятый в 1996 году. Едва ли даже старожилы профильных комитетов парламента смогут сходу сказать, сколько точно поправок в него было внесено за более чем двадцать лет. Я насчитал 65 законов, изменяющих этот закон, но наверняка обсчитался.

И это в области, регулированию которой за рубежом, а если вспомнить 19-й – начало 20 века, то и в России, сотни лет. Что говорить о рынках, регулирование которых и за рубежом началось на памяти Госдумы не первого созыва. Например, регулированию форекс-дилеров на момент создания российского закона и за границей-то было порядка полутора десятков лет. И сейчас, для того чтобы сказать, что он работает хорошо, надо смотреть на вещи очень широко.

До его появления forex для физлиц в России находился в «серой» юридической зоне, после его принятия – по большей части там и остался. Услуги россиянам оказывает множество форекс-компаний из других юрисдикций и есть еще несколько компаний, имеющих лицензии от ЦБ РФ. С некоторыми странами, как, например, с Кипром, регулятору удается достичь взаимопонимания, и там начинают принимать меры к форекс-дилерам, работающим с российскими клиентами. С другими никакой закон пока договориться так и не помог.

С ними регулятор работать россиянам не советует, поясняя, что никак защитить их права не сможет. Но ровно то же он говорил о форекс-дилерах и до принятия закона. А скажем, бинарные опционы, несмотря на то что бизнес-модель (если это корректно так называть) здесь та же, так и остаются в «серой» зоне.

Пока нет специального закона, ЦБ РФ за них не отвечает. Но если вдруг закон примут, то Банк России уже не будет отвечать только за тех, кто не получит у него бинарную лицензию. Они смогут продолжить собирать деньги у россиян, будучи зарегистрированы за рубежом. Насколько полезны подобные законы – вопрос дискуссионный, но это пустая дискуссия, коль скоро их все равно принимают.

И закон «О цифровых финансовых активах», по крайней мере, в части своих положений этот ряд пополнить вполне способен. Однако если необязательность выполнения закона при мошенничествах одобрение вызовет лишь у самих мошенников, то в случае с криптовалютами это можно признать и положительным моментом.

Неплатежные средства

В отличие даже от форекса, введение регулирования криптовалютного рынка – это процесс, идущий за рубежом прямо сейчас. И даже, если где-то уже существуют законы или иные документы, регламентирующие эту область финансовых технологий, копировать их нет смысла хотя бы потому, что прошло слишком мало времени для оценки качества. И это не говоря о том, что порой зарубежные регуляторы поступают так, как Банк России не слишком привык.

Например, американская SEC или сингапурский MAS просто сообщают, что усмотрели в некоторых токенах признаки ценных бумаг и потому будут применять к ним соответствующее законодательство. У нас для таких целей используют законодателей. В законопроекте «О цифровых финансовых активах» закреплены, например, различия между криптовалютами и токенами.

Здесь Россия пойдет несколько формальным путем. Сингапурский регулятор говорит, например, что токены, которыми расплачиваются, это валюты, а те, которыми привлекают средства, – ценные бумаги (различая даже облигации и акции). Иначе говоря, он идет от сути того, для чего и как используют криптовалюты.

Авторы законопроекта согласны с этим подходом примерно наполовину. «Токен – вид цифрового финансового актива, который выпускается юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем (далее – эмитент) с целью привлечения финансирования и учитывается в реестре цифровых транзакций», – сообщается в документе. И это похоже на ценную бумагу.

В то же время законопроект говорит: «Криптовалюта – вид цифрового финансового актива, создаваемый и учитываемый в распределенном реестре цифровых транзакций участниками этого реестра в соответствии с правилами ведения реестра цифровых транзакций». На валюту совсем не похоже. Это, впрочем, неслучайно.

Ведь в законопроекте сохранилось важное утверждение: «Цифровые финансовые активы не являются законным средством платежа на территории Российской Федерации». Ничего странного в этом нет, если даже для доллара исключения Россия не делает, то, что говорить о биткоине. Купить и продать, положить на счет или расплатиться за рубежом американской валютой для россиянина, тем не менее, вполне реально.

В итоге закон делает вид, что не знает, для чего существуют криптовалюты, но зато более или менее описывает процедуру, которую придется выполнить тому, кто решит провести ICO в российской юрисдикции. Возможно, кто-то и воспользуется этим – она проще, чем, например, при размещении акций.

Одна проблема – при проведении «обычных» ICO процедура еще менее обременительна. А такой популярностью среди россиян они пользуются еще и потому, что за рубежом банально проще собрать деньги. Именно поэтому, например, на Московской бирже, увы, не идут валом успешные IPO.

Определенным достижением можно считать то, что из законопроекта исчезли некоторые новации. Например, в нем больше не упоминаются «цифровые кошельки для неквалифицированных инвесторов». Они должны были не позволять начинающим покупать токены на размещении на сумму более 50 тыс. руб.

Тем не менее цифровые кошельки, открываемые владельцам цифровых активов «оператором обмена цифровых активов», в проекте присутствуют. Сделки по обмену токенов на рубли и иностранную валюту можно будет осуществлять только через него. Это очевидно коснется лишь тех, кто будет покупать или продавать «чисто российские токены». Криптовалюты в этом контексте проект вовсе не упоминает.

Так что рынок просто разделится на все, что было раньше, и небольшой сегмент с отечественными токенами. Правда, многие детали, согласно тексту, отдаются на откуп правительству и ЦБ РФ, которым предстоит принять немало подзаконных актов. И они способны будут развернуть ситуацию в любую сторону.

Пока же единственными «пострадавшими» будут крупные майнеры, не желающие даже временно приостанавливать добычу. Согласно законопроекту майнинг становится предпринимательской деятельностью, если тот, кто им занимается, в течение трех месяцев подряд превышает лимиты энергопотребления, установленные правительством. В этом случае, конечно, придется платить налоги.

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться