Кипящий градус расслоения

Что главное в развитии экономики? Те или иные, положительные или отрицательные темпы роста,

AFP: глава Starbucks подал в отставку

AFP: глава Starbucks подал в отставку

Starbucks является самым крупным владельцем кофеен в мире

Настройка налоговой системы

Необходимо в 2017 году принять все соответствующие поправки к законодательству

Объединение идеологий

Разногласий у Минфина и МЭР по прогнозам социально-экономического развития не будет

ОПЕК смогла урезаться

Основное бремя сокращения добычи ляжет на Саудовскую Аравию, Катар, Кувейт и ОАЭ

Красота сильнее кризиса

Российский рынок косметических препаратов стал восстанавливаться одним из первых. Компания

Фонд развития IT

Фонд развития IT

По замыслу министерства фонд будет являться некоммерческой организацией

Добыча нефти в России снизилась

Общая добыча нефти и конденсата в РФ в ноябре составила 45,884 миллиона тонн

"Турецкий поток" получил поддержку

Планируется, что проект будет закончен в декабре 2019 года

Привлекательный порт

DP World готов инвестировать в Россию 2 млрд долларов

Деньги — двигатель производительности

Самым лучшим мотиватором, способным подвигнуть сотрудников компании на совершение трудовых

Микрофинансирование. Революция

Микрофинансирование. Революция

16—18 ноября 2016 в Санкт-Петербурге состоялась юбилейная XV Национальная конференция по

Награды предпринимателям

16 ноября 2016 г. в Санкт-Петербурге состоялась торжественная Церемония награждения

Инфляция по-венесуэльски

100 венесуэльских боливаров на черном рынке стоят меньше 10 центов США

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Индустрия   23.11.2011 23:05:14

Бизнес теряет ориентацию

Бизнес теряет ориентацию

Индекс предпринимательской уверенности у каждого свой. Слева направо: председатель совета директоров группы компаний «ЕCН» Григорий Березкин и председатель правления ВТБ Андрей Костин. / ИТАР-ТАСС

Вначале – немного теории. Бизнес движется идеями – это аксиома. Работа любого бизнеса идет по плану, составленному на основе прогнозных оценок руководства. Отсюда экономисты давно сделали вывод, что, опрашивая предпринимателей на предмет прогноза состояния их бизнеса, можно получить довольно точную «погоду на завтра» для всей экономики.

Поэтому с таким нетерпением ждут в развитых странах выхода очередного «индекса предпринимательской уверенности». Являясь практически единственным прогнозным показателем, он интегрирует основные тенденции, влияющие на планы бизнеса по ведению дел в ближайшие 3-4 месяца.

Индекс предпринимательской уверенности рассчитывается в России Центром конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ. Для его составления используется методика, принятая в ЕС. Индекс составляется на основе ежемесячных опросов Росстатом 4,5 тысяч руководителей крупных и средних промышленных предприятий различных секторов. Промышленников спрашивают о том, в каком состоянии находятся их предприятия (хорошем, удовлетворительном, неудовлетворительном), что мешает или что способствует росту производства, а также просят оценить перспективы их бизнеса в ближайшие 3–4 месяца. Результат выводится в виде баланса, то есть соотношения позитивных и негативных оценок опрошенных в процентном соотношении.

Странная арифметика

Итак, что же показали октябрьские опросы российских предпринимателей? Увы, ничего хорошего. Уже пятый месяц индекс деловой активности в промышленности лежит на нулевой отметке. Что означает: никаких подвижек к лучшему наши промышленники не ждут. Можно, конечно, утешиться, что и паниковать они не спешат, несмотря на европейские события и очередное предсказание второй волны кризиса. Но утешение это выглядит неубедительно в свете данных Росстата по динамике базовых отраслей экономики (промышленность, сельское хозяйство, транспорт, торговля) за третий квартал 2011 года.

Судя по статистике, у нас и потребительский спрос вырос, и инвестиционная активность. Налицо и рост промышленности: базовые отрасли выросли на 6,5% год к году против 3,9% в первом полугодии 2011 года, в том числе в сентябре — на 7,2% год к году, или на 0,7% к августу со снятой сезонностью. Но из опросов следует, что промышленники не заметили никаких положительных тенденций.

Потребительский спрос? Именно его недостаток опрошенные поставили на первое место среди негативных факторов. В октябре 2011 года зафиксирована наибольшая за последние три месяца доля предприятий (16%), у которых снизился спрос на продукцию по сравнению с предыдущим месяцем. А баланс оценок спроса в перспективе 3–4 месяцев уменьшился на 4 п.п. до 1%, что самая низкая величина за последние три месяца.

Как следствие, увеличилась доля предприятий, сокративших объем выпускаемой продукции. А оба эти фактора вместе привели к ускорению темпов снижения прибыли и обеспеченности предприятий собственными финансовыми ресурсами.

К негативным моментам, выявленным октябрьским опросом «директорского корпуса», можно отнести, хотя и незначительное, ухудшение инфляционной составляющей. «Видимо, снижение производственных показателей часть предпринимателей пытались компенсировать повышением цен на отгруженную продукцию, хотя данная стратегия в условиях сокращения спроса представляется малоперспективной», — предполагает заместитель директора Центра развития НИУ ВШЭ Валерий Миронов.

В этих условиях подозрительны даже позитивные оценки среднего уровня загрузки производственных мощностей (62%). Получается, что промышленники работают на склад. А как же бурный рост промышленности на 6,5% за девять месяцев, что больше роста ВВП? А это как считать. Если год к году, то рост есть. Но нельзя забывать об эффекте низкой базы прошлого года (неурожай и засуха). Если месяц к месяцу, то в этом году промышленность ожила лишь в марте, показав рост относительно февраля на 11,7%. После чего вначале «просела» в апреле на 4,7%, а затем впала в спячку, колеблясь в пределах менее 1%. И так — пять месяцев подряд. Если тенденция будет продолжена в октябре и ноябре, налицо рецессия.

То же самое и с потребительским спросом. Его оживление во многом вызвано ростом инфляционных и девальвационных ожиданий, считает Миронов. «Поскольку потребительский мини-бум случился на фоне стагнирующих доходов населения (профинансирован он был за счет прироста банковских кредитов), то в его долгосрочность поверить пока трудно», — добавляет эксперт. К тому же значительная часть спроса была направлена на импортные товары: рост импорта в первом полугодии 2011 года превышал 40% в годовом выражении. Правда, Минэкономразвития отчиталось о резком снижении импорта в сентябре — на 7,3% по сравнению с августом. Но эксперты склонны связывать это с валютной переоценкой в связи с ростом евро в этот период: из-за того, что импорт у нас традиционно считается в долларах, получилось, что купленная за евро продукция «сжалась» в долларовом выражении.

Не там стимулировали

Исходя из этих цифр уже можно понять, почему промышленники не разделяют оптимизм Росстата. Им то, в отличие от чиновников, хорошо видно, что продукция продается плохо, банки кредитуют по-прежнему неохотно, а главное — ближайшие перспективы не содержат никаких намеков на кардинальное изменение ситуации к лучшему. По мнению «директорского корпуса» российской промышленности, больше всего им мешают такие факторы (по мере убывания влияния): недостаточный внутренний спрос, недостаток финансовых средств, неопределенность экономической обстановки и высокий процент коммерческого кредита.

Правда, на четвертый квартал промышленники возлагают некоторые надежды, связанные с сезонным подъемом спроса. Но, по мнению директора Центра конъюнктурных исследований Георгия Остапковича, надежды эти мало обоснованны. «Исходя из опыта наблюдений (начиная с 1995 года) многим руководителям промышленных предприятий присущ излишний оптимизм при оценке перспектив производственной деятельности своих структур. Зачастую позитивные ожидания респондентов на ближайшие 3–4 месяца не подтверждаются фактической ситуацией в дальнейшем», — считает эксперт.

«Спрос на продукцию промышленности, за исключением разовых акций по типу „утилизации автохлама“, коррелирует с темпами экономического роста, — говорит управляющий директор ГК „АЛОР“ Сергей Хестанов. — Не будет роста — будет рецессия в промышленности. Увы и ах».

«Хотелось ожидать большего оптимизма, но вряд ли стоит, — вздыхает директор департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев. — Это политики могут говорить, что проблемы Европы России не касаются. А бизнес уже чувствует, что это не так. Вот, посмотрите — в сентябре выпуск металлопродукции уже снизился по сравнению с августом. Основные наши отрасли — добыча, металлургия — ориентированы на экспорт, а мир неотвратимо идет ко второй волне кризиса. И она будет более длительной и тяжелой, нежели первая».

Ситуацию усугубляет и политическая неопределенность. «Нельзя забывать о традиционном снижении деловой активности реального сектора экономики в предвыборные годы, — предупреждает Остапкович. — Данная тенденция в первую очередь связана с возникающей психологической непредсказуемостью, по мнению предпринимателей, экономической и политической ситуаций. В этот период „директорский корпус“, особенно крупных отраслеобразующих предприятий, с большой осторожностью входит в серьезные модернизационные, инновационные и инвестиционные проекты, минимизируя риски от возможного изменения вектора экономического курса». И хотя раннее объявление о возвращении Владимира Путина на пост президента сняло интригу, предприниматели, по-видимому, решили дождаться «финального свистка», считает эксперт.

Спасти российскую промышленность может стимулирование внутреннего спроса, считает Николаев. Вот только вести его так примитивно, как сейчас, путем раздачи денег населению через рост пенсий, зарплат и прочих выплат, бессмысленно, предупреждает он. «Вспомните, в 2009 году после денежной накачки вырос не спрос, а вклады населения — на 28% за год», — напоминает эксперт. Николаеву нравится предвыборная идея «Яблока» — раздать гражданам бесплатно землю под строительство жилья, да еще подвести к этим землям необходимую инфраструктуру за счет государства. «Тогда можно ожидать оживления строительной индустрии, да и население начнет тратить деньги, невзирая на кризис, — уверен Николаев. — Я наблюдал подобное на примере садового товарищества: люди получили свои участки в самый разгар кризиса начала 90-х годов. И, несмотря на него, все построились в течение двух лет».

«Замещать потребительский спрос госзаказом можно, но не часто и только в острой фазе кризиса. Иначе — рост госрасходов (и госдолга) и резкое ухудшение бюджетных показателей, — предупреждает Хестанов. — К тому же никакие искусственные меры сами по себе не дают устойчивого эффекта».

Впрочем, по мнению Остапчука, рецессия, вызревающая в нашей промышленности, хоть и неприятная вещь, но все же не «ужас-ужас-ужас». «Излишне драматизировать сложившуюся в промышленности ситуацию и паниковать по поводу вхождения отрасли во вторую фазу кризиса, на наш взгляд, нет серьезных оснований, — говорит он. — В первую очередь об этом свидетельствуют оценки самих предпринимателей. Несмотря на отсутствие оптимизма у многих руководителей промышленных предприятий, октябрьские значения основных показателей деятельности гораздо ближе к докризисным данным, чем к отмеченным в период кризиса».

Не грозит, по мнению Хестанова, большей части российской промышленности и конкуренция зарубежных производителей в связи с присоединением России к ВТО. «ВТО грозит, в основном, автомобилестроителям, — поясняет он. — Все остальные давно сдали свои позиции и хуже им уже не будет».

Хуже не будет — именно так сейчас звучит оптимистический прогноз.

Татьяна Рыбакова

Поэтому с таким нетерпением ждут в развитых странах выхода очередного «индекса предпринимательской уверенности». Являясь практически единственным прогнозным показателем, он интегрирует основные тенденции, влияющие на планы бизнеса по ведению дел в ближайшие 3-4 месяца.

Индекс предпринимательской уверенности рассчитывается в России Центром конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ. Для его составления используется методика, принятая в ЕС. Индекс составляется на основе ежемесячных опросов Росстатом 4,5 тысяч руководителей крупных и средних промышленных предприятий различных секторов. Промышленников спрашивают о том, в каком состоянии находятся их предприятия (хорошем, удовлетворительном, неудовлетворительном), что мешает или что способствует росту производства, а также просят оценить перспективы их бизнеса в ближайшие 3–4 месяца. Результат выводится в виде баланса, то есть соотношения позитивных и негативных оценок опрошенных в процентном соотношении.

Странная арифметика

Итак, что же показали октябрьские опросы российских предпринимателей? Увы, ничего хорошего. Уже пятый месяц индекс деловой активности в промышленности лежит на нулевой отметке. Что означает: никаких подвижек к лучшему наши промышленники не ждут. Можно, конечно, утешиться, что и паниковать они не спешат, несмотря на европейские события и очередное предсказание второй волны кризиса. Но утешение это выглядит неубедительно в свете данных Росстата по динамике базовых отраслей экономики (промышленность, сельское хозяйство, транспорт, торговля) за третий квартал 2011 года.

Судя по статистике, у нас и потребительский спрос вырос, и инвестиционная активность. Налицо и рост промышленности: базовые отрасли выросли на 6,5% год к году против 3,9% в первом полугодии 2011 года, в том числе в сентябре — на 7,2% год к году, или на 0,7% к августу со снятой сезонностью. Но из опросов следует, что промышленники не заметили никаких положительных тенденций.

Потребительский спрос? Именно его недостаток опрошенные поставили на первое место среди негативных факторов. В октябре 2011 года зафиксирована наибольшая за последние три месяца доля предприятий (16%), у которых снизился спрос на продукцию по сравнению с предыдущим месяцем. А баланс оценок спроса в перспективе 3–4 месяцев уменьшился на 4 п.п. до 1%, что самая низкая величина за последние три месяца.

Как следствие, увеличилась доля предприятий, сокративших объем выпускаемой продукции. А оба эти фактора вместе привели к ускорению темпов снижения прибыли и обеспеченности предприятий собственными финансовыми ресурсами.

К негативным моментам, выявленным октябрьским опросом «директорского корпуса», можно отнести, хотя и незначительное, ухудшение инфляционной составляющей. «Видимо, снижение производственных показателей часть предпринимателей пытались компенсировать повышением цен на отгруженную продукцию, хотя данная стратегия в условиях сокращения спроса представляется малоперспективной», — предполагает заместитель директора Центра развития НИУ ВШЭ Валерий Миронов.

В этих условиях подозрительны даже позитивные оценки среднего уровня загрузки производственных мощностей (62%). Получается, что промышленники работают на склад. А как же бурный рост промышленности на 6,5% за девять месяцев, что больше роста ВВП? А это как считать. Если год к году, то рост есть. Но нельзя забывать об эффекте низкой базы прошлого года (неурожай и засуха). Если месяц к месяцу, то в этом году промышленность ожила лишь в марте, показав рост относительно февраля на 11,7%. После чего вначале «просела» в апреле на 4,7%, а затем впала в спячку, колеблясь в пределах менее 1%. И так — пять месяцев подряд. Если тенденция будет продолжена в октябре и ноябре, налицо рецессия.

То же самое и с потребительским спросом. Его оживление во многом вызвано ростом инфляционных и девальвационных ожиданий, считает Миронов. «Поскольку потребительский мини-бум случился на фоне стагнирующих доходов населения (профинансирован он был за счет прироста банковских кредитов), то в его долгосрочность поверить пока трудно», — добавляет эксперт. К тому же значительная часть спроса была направлена на импортные товары: рост импорта в первом полугодии 2011 года превышал 40% в годовом выражении. Правда, Минэкономразвития отчиталось о резком снижении импорта в сентябре — на 7,3% по сравнению с августом. Но эксперты склонны связывать это с валютной переоценкой в связи с ростом евро в этот период: из-за того, что импорт у нас традиционно считается в долларах, получилось, что купленная за евро продукция «сжалась» в долларовом выражении.

Не там стимулировали

Исходя из этих цифр уже можно понять, почему промышленники не разделяют оптимизм Росстата. Им то, в отличие от чиновников, хорошо видно, что продукция продается плохо, банки кредитуют по-прежнему неохотно, а главное — ближайшие перспективы не содержат никаких намеков на кардинальное изменение ситуации к лучшему. По мнению «директорского корпуса» российской промышленности, больше всего им мешают такие факторы (по мере убывания влияния): недостаточный внутренний спрос, недостаток финансовых средств, неопределенность экономической обстановки и высокий процент коммерческого кредита.

Правда, на четвертый квартал промышленники возлагают некоторые надежды, связанные с сезонным подъемом спроса. Но, по мнению директора Центра конъюнктурных исследований Георгия Остапковича, надежды эти мало обоснованны. «Исходя из опыта наблюдений (начиная с 1995 года) многим руководителям промышленных предприятий присущ излишний оптимизм при оценке перспектив производственной деятельности своих структур. Зачастую позитивные ожидания респондентов на ближайшие 3–4 месяца не подтверждаются фактической ситуацией в дальнейшем», — считает эксперт.

«Спрос на продукцию промышленности, за исключением разовых акций по типу „утилизации автохлама“, коррелирует с темпами экономического роста, — говорит управляющий директор ГК „АЛОР“ Сергей Хестанов. — Не будет роста — будет рецессия в промышленности. Увы и ах».

«Хотелось ожидать большего оптимизма, но вряд ли стоит, — вздыхает директор департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев. — Это политики могут говорить, что проблемы Европы России не касаются. А бизнес уже чувствует, что это не так. Вот, посмотрите — в сентябре выпуск металлопродукции уже снизился по сравнению с августом. Основные наши отрасли — добыча, металлургия — ориентированы на экспорт, а мир неотвратимо идет ко второй волне кризиса. И она будет более длительной и тяжелой, нежели первая».

Ситуацию усугубляет и политическая неопределенность. «Нельзя забывать о традиционном снижении деловой активности реального сектора экономики в предвыборные годы, — предупреждает Остапкович. — Данная тенденция в первую очередь связана с возникающей психологической непредсказуемостью, по мнению предпринимателей, экономической и политической ситуаций. В этот период „директорский корпус“, особенно крупных отраслеобразующих предприятий, с большой осторожностью входит в серьезные модернизационные, инновационные и инвестиционные проекты, минимизируя риски от возможного изменения вектора экономического курса». И хотя раннее объявление о возвращении Владимира Путина на пост президента сняло интригу, предприниматели, по-видимому, решили дождаться «финального свистка», считает эксперт.

Спасти российскую промышленность может стимулирование внутреннего спроса, считает Николаев. Вот только вести его так примитивно, как сейчас, путем раздачи денег населению через рост пенсий, зарплат и прочих выплат, бессмысленно, предупреждает он. «Вспомните, в 2009 году после денежной накачки вырос не спрос, а вклады населения — на 28% за год», — напоминает эксперт. Николаеву нравится предвыборная идея «Яблока» — раздать гражданам бесплатно землю под строительство жилья, да еще подвести к этим землям необходимую инфраструктуру за счет государства. «Тогда можно ожидать оживления строительной индустрии, да и население начнет тратить деньги, невзирая на кризис, — уверен Николаев. — Я наблюдал подобное на примере садового товарищества: люди получили свои участки в самый разгар кризиса начала 90-х годов. И, несмотря на него, все построились в течение двух лет».

«Замещать потребительский спрос госзаказом можно, но не часто и только в острой фазе кризиса. Иначе — рост госрасходов (и госдолга) и резкое ухудшение бюджетных показателей, — предупреждает Хестанов. — К тому же никакие искусственные меры сами по себе не дают устойчивого эффекта».

Впрочем, по мнению Остапчука, рецессия, вызревающая в нашей промышленности, хоть и неприятная вещь, но все же не «ужас-ужас-ужас». «Излишне драматизировать сложившуюся в промышленности ситуацию и паниковать по поводу вхождения отрасли во вторую фазу кризиса, на наш взгляд, нет серьезных оснований, — говорит он. — В первую очередь об этом свидетельствуют оценки самих предпринимателей. Несмотря на отсутствие оптимизма у многих руководителей промышленных предприятий, октябрьские значения основных показателей деятельности гораздо ближе к докризисным данным, чем к отмеченным в период кризиса».

Не грозит, по мнению Хестанова, большей части российской промышленности и конкуренция зарубежных производителей в связи с присоединением России к ВТО. «ВТО грозит, в основном, автомобилестроителям, — поясняет он. — Все остальные давно сдали свои позиции и хуже им уже не будет».

Хуже не будет — именно так сейчас звучит оптимистический прогноз.

Татьяна Рыбакова

">
Индустрия   23.11.2011 23:05:14   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.