Какой будет «договорная» цена?

Cоглашение по сокращению добычи нефти может быть продлено 25 мая. Большая часть сомнений в

Пенсионный фонд больше не заплатит фиксированных пенсий

Пенсионный фонд больше не заплатит фиксированных пенсий

Минфин предлагает финансировать фиксированную часть пенсии из бюджета

Преходящий профицит

Почему оздоровились региональные бюджеты

Греция договорилась с МВФ, но не с ЕС

Греция может договориться с ЕС в течение нескольких недель

Всемирный банк пессимистичен

Всемирный банк ухудшил прогноз экономики РФ

Что побеждать после инфляции

Как снижать ставку, не разгоняя цены?

Вода по цене золота

Вода по цене золота

Сколько зарабатывают на самом прозрачном рынке

Как долго простоит подрубленный рубль?

В мае рубль уже намаялся. И ведь намается еще. 4 мая резко упала нефть – рубль пошатнулся,

Курортный сбор может не состояться

Курортный сбор снизит конкурентоспособность российских курортов

Нефтяной парадокс

Нефтяники обнадежили спекулянтов

Трудовое лето

Многие планируют обойтись без отпуска

Может ли бургер быть люксовым?

В России бургер – булочка с куском мяса – справедливо ассоциируется с быстрым и недорогим

Такие разные индексы

Покупательная способность в стиле «популярной классики»

Дефляция на марше

На 1,5% за апрель

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   23.04.2016 08:23:14

20 лет спустя

Что должно стать ключевым звеном новой стратегии экономического развития, кто бы ее ни писал?

Николай Вардуль Главный редактор Финансовой газеты


20 лет спустя

Если Алексей Кудрин возьмется за стратегии в 2018 году, как сказал на «прямой линии» Владимир Путин, то это означает, что Путин как миминум примет участие и в следующих президентских выборах. natnik

12 апреля Алексей Кудрин подтвердил информацию РБК о том, что рассматривает сделанное ему предложение войти в руководство Центра стратегических разработок, который, как ожидается, выдаст новую стратегию экономического развития России. Сразу возникает два принципиальных вопроса. Первый — чем новая стратегия (если она будет создана) будет принципиально отличаться от всех остальных документов с аналогичными названиями? Второй — сможет ли именно Кудрин обновить стратегию экономического развития России?

Стратег или эксперт?

Переговоры о не зависимом от исполнительной власти статусе ЦСР, о будущем расширении его полномочий и финансирования продолжаются. Вероятно поэтому комментарии самого Кудрина подчеркнуто сдержанны. «Я сейчас рассматриваю этот вопрос. Я в принципе согласен, но это требует соответствующих процедур, которые требуют времени. Сейчас рано говорить об обязанностях, это этап переговоров», — цитирует его ТАСС. Кудрин дистанцируется и от роли будущего главного стратега. «Мы хотим возобновить работу экономического совета президента, собираться чаще». Речь идет «просто об экспертной работе в составе совета по экономической политике» — вот основная версия Кудрина. Он совершенно неслучайно говорит о том, что в любом случае останется во главе Комитета гражданских инициатив.

Но если бы все ограничивалось исключительно работой в президентском экономическом совете в качестве эксперта, Кудрину вряд ли стоило бы соглашаться на роль «одного из руководителей ЦСР», обсуждать будущее этой организации, которая задумывалась как мозговой центр принятия стратегических решений в начале самого первого президентского срока Владимира Путина, а теперь, судя по всему, возвращается на это поле.

Со стороны Кремля есть только комментарий Дмитрия Пескова. Пресс-секретарь президента заявил, что в Кремле Алексея Кудрина считают одним из наиболее успешных членов кабинета министров в стране и одним из лучших министров финансов в мире: «Кудрин обладает великолепными знаниями, поэтому, конечно, было бы неверно не использовать его экспертизу для построения тех или иных планов. Безусловно, это может только приветствоваться, в каких формах будет это происходить, я в данном случае не стал бы говорить, это, скорее, его решение: принимать или не принимать участие в работе тех или иных исследовательских организаций». Однако на вопрос, есть ли от Кремля прямое предложение о работе господину Кудрину, Дмитрий Песков отвечать не стал.

В поисках компромисса

Разговоры о возвращении Кудрина во власть идут постоянно. В свое время в СМИ обсуждалась возможность его назначения в администрацию президента с полномочиями кураторства над стратегическим экономическим курсом. Но подобное назначение явно принижало бы роль кабинета министров и его председателя Дмитрия Медведева. На этот раз, похоже, стороны создают более любопытную конструкцию. Она не только не должна вызывать давление на правительство, но и быть компромиссной. Кудрин сосредотачивается именно на работе на власть, но сохраняет при этом не зависимый от нее статус. Что уже само по себе любопытно.

Получается, что один из идеологов конструктивной и весьма дозированной, но все-таки оппозиции не собирается расставаться с таким имиджем. Если согласиться с версией, что Кудрин понадобился Кремлю как экономический стратег, то, с одной стороны, стратегия, которую он предложит, в таком случае формально оказывается необязательной для власти — мало ли что может предложить некий Комитет гражданских инициатив? С другой стороны, Кудрин не просто «один из лучших министров финансов в мире»; гораздо важнее, что его «отставка в прямом эфире» и открытый конфликт с тогдашним президентом Дмитрием Медведевым не омрачили его отношений с Владимиром Путиным, которые можно охарактеризовать как товарищеские (насколько такое возможно на вершине власти) и вполне доверительные. Формальных критериев для оценки нового назначения Кудрина, если оно состоится, таким образом, явно недостаточно.

Но возникают вопросы куда важнее имиджа Кудрина и тонкостей переговоров, которые он ведет с Кремлем. Первый: нужна ли России новая экономическая стратегия? Ответ положительный. Здесь налицо редкое и практически полное единство представителей всех сторон политического спектра. Второй вопрос разделяет этот недолговечный консенсус: какой должна быть новая стратегия?

Развилка

Понятно, что нужна, как говорят одни, «новая индустриализация», или, как говорят другие, «модернизация». На мой взгляд, разница в том, что в первом случае упор делается на показателях различных отраслей экономики, во втором — к этому в качестве обязательного компонента добавляется и качество институтов. Баррикада возникает тогда, когда следует уточняющий вопрос: как добиться новой индустриализации или модернизации? К сожалению, в поисках ответа на этот вопрос в России по традиции идеологии больше, чем конструктива. Идет ожесточенный спор между «государственниками» и «либералами», восходящий еще к спорам славянофилов с западниками.

Первые, естественно, возлагают задачу на государство, которое должно в первую очередь открыть кран Гознака. Эмиссионное финансирование — главный экономический рычаг. Но не единственный, тут и повсеместное ужесточение административного контроля, и изменение конституционного статуса Банка России, и еще большее значение крупнейших госкомпаний. Есть и несколько смягченный вариант расширения подачи денег в экономику — за счет форсированного развития проектного финансирования.

«Либеральный» ответ в том, что, хотя стратегические направления развития и соответствующие решения остаются за государством, подменять конкуренцию оно никак не должно. При этом возникает две центральные проблемы.

Первая проблема: как сделать так, чтобы государство принимало реальные стратегические установки и как добиться их выполнения.

Если информация РБК соответствует действительности, в Кремле разделяют решение двух задач. Есть задача выработки экономической стратегии и есть другая задача — проведение административной реформы, сверхзадача которой — добиться того, чтобы принятая стратегия выполнялась.

На мой взгляд, подобное разделение не приближает, а отдаляет реализацию новой стратегии, если она возникнет. Два центра реформ всегда хуже единого центра.

С другой стороны, если предположить, что такой единый центр возникнет, то, мягко говоря, странно было бы видеть во главе решающего столь масштабные не только для экономики, но и для государства задачи Алексея Кудрина, если он, как он и собирается, во всяком случае пока, не будет иметь соответствующий пост во властной иерархии.

Если же экономическая стратегия не будет подкреплена административными изменениями, обеспечивающими ее выполнение, новая стратегия ничем принципиально не будет отличаться от «дурной бесконечности» уже имеющихся. Тогда это не более чем элемент предвыборной кампании Владимира Путина.

Вторая проблема гораздо конкретнее по формулировке, но не менее сложна по исполнению. «Финансовая газета» не раз писала: главная текущая потребность российской экономики вовсе не в деньгах, она не имеет никакого отношения к эмиссионному финансированию. Росстат эту проблему наглядно иллюстрирует: в России и сегодня в условиях кризиса растет чистая прибыль, получаемая многими компаниями. Суть не в том, где она получена, а источник — прежде всего экспорт за счет роста ценовой конкурентоспособности российских производителей из-за обесценения рубля, а в том, что рост чистой прибыли сопровождается сокращением инвестиций. Вот узел, который следует или развязать, или разрубить. Сделать это можно на поле уже не экономики, а политики. Нужен прорыв в защите частной собственности. Обеспечить его может судебная реформа, направленная на обеспечение независимости суда, и подъем борьбы с коррупцией на этажи власти, которые пока остаются неприкасаемыми.

Теперь стоит обратиться к фигуре самого Кудрина. У него масса достоинств, и не только тех, которые назвал Песков. У него сильный характер и умение отстаивать свою точку зрения. Но реформаторский опыт Кудрина ограничивается бюджетом. Он реализовал на практике идеи создания резервных фондов, он, наверняка, будет активно заниматься бюджетом и теперь. Поддержит возрождение бюджетного правила, о котором в свой день рождения — 12 апреля — говорил его преемник на посту министра финансов Антон Силуанов, предлагая в качестве новой цены отсечения нефтяных доходов из бюджета в резервные фонды рассматривать $50 за баррель; будет жестко настаивать на увеличении пенсионного возраста, будет решительно оппонировать сохранению на нынешнем уровне военных и социальных расходов бюджета.

Все это важно. Но совершенно недостаточно для появления по-настоящему новой стратегии.

У Кудрина-стратега, если он примет эту функцию, возникает дилемма: можно ограничиться только экономикой, а он и вовсе может ограничиться только реформированием бюджета, но тогда экономика не получит новый импульс, и рост прибылей по-прежнему не будет обеспечивать перспективу — инвестиции не будут расти в той же мере. Но можно поставить на повестку дня проведение уже политических реформ, к которым, естественно, относится судебная реформа. Не говоря уже об обеспечении нормальной политической конкуренции.

В свое время Кудрин говорил о том, что свое возвращение во власть он связывает с проведением в том числе и политических реформ. Но не говорил, каких именно. К тому же во власть, как уже было показано, он не возвращается, во всяком случае по формальным признакам.

Те же и Герман Греф

Если бы можно было в идеальном виде сформировать в лицах некий центр действительно стратегических реформ, то мне он видится таким. Во главе не Алексей Кудрин, который мог бы сосредоточиться на бюджетной реформе, а Герман Греф, который в первую голову отвечал бы за реформы политические.

В 1999 г., т. е. почти 20 лет назад, он уже писал первую стратегическую программу для президента Путина. Он же позже признавал, что та программа выполнена в лучшем случае на 60%. Скорее всего, он измерял по пунктам программы, однако невыполненной осталась именно важнейшая политическая часть, в том числе та же судебная реформа. В последние годы Греф не один раз поднимал на щит необходимость реформирования российского государства как такового, без чего, по его мнению, любые масштабные реформы могут привести к результату, обратному задуманному; они становятся опасными. Греф острее других видит угрозу дальнейшего технологического отставания России на пороге уже начинающейся «четвертой индустриальной революции» (по терминологии состоявшегося в этом году Давосского форума). Именно он мог бы стать реформатором-стратегом.

Беда, однако, в том, что Греф, со страстью погрузившийся в новые цифровые технологии, уничижительно считает старые демократические институты «словесным мусором ХХ века». К тому же он прямо заявлял, что не собирается возвращаться к государственной деятельности. Ему и в Сбербанке хорошо. Превращать же работу над административными реформами в некий факультатив, конечно, нельзя.

История вокруг возможного нового назначения Алексея Кудрина ставит вопросы, но не дает на них все ответы. Тем не менее часть ответов можно найти. Поиск новой стратегии ведется не на поле ретроградов-государственников. Значит, двигаться будем не назад, а вперед.

Николай Вардуль

Прогноз развития экономики РФ до 2030.jpg

Мнения лидеров   23.04.2016 08:23:14   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.