Пенсионный фонд больше не заплатит фиксированных пенсий

Минфин предлагает финансировать фиксированную часть пенсии из бюджета

Преходящий профицит

Преходящий профицит

Почему оздоровились региональные бюджеты

Греция договорилась с МВФ, но не с ЕС

Греция может договориться с ЕС в течение нескольких недель

Всемирный банк пессимистичен

Всемирный банк ухудшил прогноз экономики РФ

Россия и Турция сняли ограничения

Россия и Турция будут развивать торговлю

Курортный сбор может не состояться

Курортный сбор снизит конкурентоспособность российских курортов

Нефтяной парадокс

Нефтяной парадокс

Нефтяники обнадежили спекулянтов

По лицу их узнаете

В России вводится система распознавания клиентских образов

ЦБ завершит чистку банков в 2020 г.

Оздоровление банковской системы продлится не менее года

ОЭА и Ирак поддержали снижение добычи

Нефть отреагировала 0,5%-ным падением

Трудовое лето

Многие планируют обойтись без отпуска

Может ли бургер быть люксовым?

В России бургер – булочка с куском мяса – справедливо ассоциируется с быстрым и недорогим

Такие разные индексы

Покупательная способность в стиле «популярной классики»

Дефляция на марше

На 1,5% за апрель

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   04.06.2016 08:00:53

Человеческое измерение кризиса

Еще 5 млн россиян оказались за чертой бедности

Николай Вардуль Главный редактор Финансовой газеты


Пока эксперты и чиновники, собранные президентом, спорят о том, откуда возьмутся необходимые экономике новые инвестиции, у нас появляются новые бедные, а точнее, новые нищие, т. е. те, кто живет ниже прожиточного минимума, совсем нещедрого минимума.

Помощник президента Андрей Белоусов привлек внимание и экспертов, и политиков к социальной стороне переживаемого Россией кризиса. Уже 13% россиян живут ниже черты бедности (напомню, прожиточный минимум в марте 2016 г. установлен на уровне 10 тыс. 187 руб. в месяц для трудоспособного населения), в России появилось 5 млн новых совсем бедных.

Это острая проблема. Она несколько притупляется тем, что раз столько людей, которые по официальной статистике прожить на свои доходы не могут, все-таки выживают, значит, какой-то не учитываемый статистикой источник дохода у них все-таки есть. Это или огород, или гараж, или теневой бизнес.

Но это ни в коей мере не отменяет того факта, что подобная масштабная социальная деградация — это вызов, обращенный к государству. Можно сколько угодно вспоминать кризис 2009 г., когда наши резервные фонды — спасибо нефтяной конъюнктуре — были полны, и тогда удалось социальные последствия кризиса заретушировать. Но государство обязано поддерживать тех, кто сам это сделать не в состоянии.

Характерно, что все призывы ограничить разрыв в доходах верхнего и нижнего уровня хотя бы в госсекторе каждый раз безрезультатно затухают, зато чиновники уже публично говорят о том, что надо лишить пенсии тех, кто, по их мнению, должен был сам себя обеспечить в старости. С одной стороны, социальная поддержка, а к ней можно приравнять пенсии, должна быть адресной. С другой — когда государство отказывается от тех обязательств, которые еще вчера казались незыблемыми, это отзывается ростом и без того изрядного недоверия к государству, бомбой, которая когда-то может взорваться. К тому же очень любопытно будет перечитать те пенсионные исключения, которые чиновники оставят для себя, любимых и совсем небедных.

Государство не борется с огромным социальным расслоением в обществе, а в кокой-то мере культивирует ее. Достаточно почитать декларации о доходах и имуществе самих чиновников, которых уже язык не повернется назвать «слугами народа». За редкими исключениями их доходы, несмотря на кризис, уверенно штурмуют новые высоты.

Чем это обуславливается? Тем, что они стали больше работать. Возможно. Но какой результат, именно им, а невыпитым кофе или пролитым потом измеряется эффективность работы? Если ответственность правительства — экономика, а та падает, то рост доходов правительственных чиновников ничем не оправдан. То же самое касается и ЦБ. Конечно, заинтересованные лица скажут, что, если бы не они, все было бы еще хуже. Но это недоказуемо. А экономический кризис налицо.

Да, кризисы были и будут; да, есть нефтяная конъюнктура, где, как совершенно наглядно выяснилось, от России, крупнейшего нефтеэкспортера, мало что зависит. Ну и что, будем мириться с тем, что кризис у нас для кого угодно, но только не для чиновников?

Или все-таки с чего-то начнем? У нас государство — это инструмент общества, или его приватизировали чиновники, а общество — лишь объект их действий?

Когда речь заходит о мировом опыте, есть стереотипный ответ: у нас своя национальная специфика, свой менталитет. Но в любых национальных традициях и в любом менталитете есть то, что стоит сохранять, а есть то, что стоит искоренять.

Все согласны с тем, что с коррупцией надо бороться, что чиновник должен использовать свой статус не для личного обогащения, а для того, чтобы в конечном счете было лучше не ему одному. Все знают, что, например, в Сингапуре, который еще 30 лет назад был откровенной дырой на карте, о нем было известно разве то, что по улицам разгуливают обезьяны, страной с сильнейшими китайскими традициями, которые распространяются и на взятки, за которые в Китае до сих пор расстреливают на стадионах, превратился в мировой финансовый центр, в передовую страну, в которой практически нет коррупции.

Мы 30 лет назад жили во второй державе мира, а теперь являемся «развивающейся страной» с неясными перспективами, к тому же отрезанной от прямого доступа к западному финансовому рынку и к передовым технологиям.

Как Сингапур обеспечил рывок? Во-первых, чиновники были прямо своими официальными доходами привязаны к осязаемым, а не бумажным результатам и, в конечном счете, к показателям экономики. Во-вторых, все их неофициальные доходы сурово и неотвратимо пресекались. Неприкасаемых не было. Было заведено дело по подозрению в коррупции даже на членов семьи «отца нации» Ли Кван Ю. Его жена и сын приобрели недвижимость со скидкой у фирмы, которую возглавлял брат Ли Кван Ю. Дело не было замято, сингапурских «навальных» не посадили в тюрьму. Дело до передачи в суд было вынесено на открытое рассмотрение парламента. И парламент, в котором была представлена и оппозиция Ли Кван Ю, проведя собственное расследование, признал, что никакого криминала не было, в тот момент фирма предоставляла скидки всем покупателям.

Так, может быть, начнем бороться с тем, что разъедает наше общество — с чрезмерным, даже показным имущественным расслоением. Сначала — в госсекторе. Чиновники не должны богатеть в кризис.

Конечно, «все счастливые семьи счастливы одинаково, каждая несчастливая несчастлива по-своему». Но если мы в одной лодке, а чиновники — в другой, то кто и куда плывет?

Николай Вардуль

Вы считаете нашу страну бедной или богатой

Мнения лидеров   04.06.2016 08:00:53   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.