Большие налоговые маневры

Налоги нам обещают до президентских выборов не менять. Но 2018 г. все ближе, а значит,

Рубль против барреля

Рубль против барреля

Рубль проявил удивительную стойкость к падению цен на нефть, потеряв к «американцу» менее

Когда слова оказываются важнее цифр

Комитет по открытым рынкам Федеральной резервной системы (ФРС) США по итогам

Инфляция выросла на 0,2%

Росстат сообщил об инфляции в РФ и ЕС

Отток капитала будет $12–13 млрд в 2017—2019 гг.

ЦБ дал новый прогноз по оттоку капитала

Рынок потребителей-индивидуалов

Согласно международной базе данных Бюро переписи населения США, в мире сейчас проживают более

На голубом огне

На голубом огне

В «Газпроме» опять жарко. В Европе он ведет баталии за газопровод «Северный поток-2». Очень

Шопинг прямо за рулем

Совсем недавно автомобильный бренд Jaguar представил систему, позволяющую оплачивать покупку

Черный день 8 марта

Международный женский день 8 марта принес сюрприз. Когда в России был выходной, на мировых

Россияне не знают про ОФЗ для населения

Населению не рассказали про ОФЗ

Трудотень

Вице-премьер Ольга Голо­дец назвала тип бедности, распространенный в России, «уникальным».

Помогут с резервами

Помогут с резервами

Госбанки готовы уйти из Украины

Чиновников премируют за экономию

У чиновников появляются новые источники легального дохода

Назван самый богатый россиянин

Forbes опубликовал список миллиардеров

Инвестиции в роскошь

Темпы роста цен на коллекционные предметы роскоши серьезно замедлились, свидетельствует

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   11.02.2014 09:30:27

Чьи на самом деле госпредприятия?

В России вместо госкапитализма – чиновничий капитализм

Чьи на самом деле госпредприятия?

Игорю Шувалову приходится встать к доске и научить представителей государства проводить его политику в компаниях, в советы директоров которых они входят. tatarstan.ru

Центральный пункт заседания правительства, состоявшегося 30 января, официально звучал так: «О порядке рассмотрения программ развития стратегических предприятий». Скучно и обыденно. Однако из выступлений министра экономического развития Алексея Улюкаева и первого вице-премьера Игоря Шувалова вырисовалась совсем другая картина — уж точно совсем нескучная.

Улюкаев рассказал, что следует сделать для того, чтобы контролировать развитие стратегических предприятий, а это прежде всего госпредприятия и предприятия с госучастием. Но раз все это только предстоит, то, значит, сегодня правительство стратегические предприятия практически не контролирует. Тогда в чьих же интересах они действуют?

Государство официально контролирует в России больше половины экономики, это точно контрольный пакет. Все к этому давно привыкли. Хотя периодически раздаются призывы к тому, что новая модель экономики, а нынешняя точно устарела, должна как раз строиться на привлечении прежде всего частных инвестиций, на самом деле именно госкомпании и их инвестиции фактически являются сегодня локомотивом пусть затухающего, но пока еще экономического роста. Есть масса сторонников именно такой конструкции. Сказывается привычка считать именно государственное если не лучшим, то уж, во всяком случае, более надежным.

«Госкомпании», если угодно, это — пароль. Отзыв — да, мы такие, это наши исторические особенности, традиции и вообще таков наш менталитет.

Но прошедшее заседание правительства заставляет задать для кого-то детский, а для кого-то кощунственный вопрос: кто контролирует госкомпании? Вопрос только кажется риторическим. Ответ: известно кто — государство, ясности вовсе не прибавляет. Казалось бы, я ломлюсь в открытую дверь. Государство назначает топ-менеджеров госкомпаний, имеет в их советах директоров своих представителей. Здесь, правда, следует внести уточнение, своих представителей имеет правительство, чиновники высшего звена снова строем возвращаются в советы директоров госкомпаний, голос остальных граждан едва различим — институт независимых директоров, вроде воспрянув при президенте Медведеве, опять закатывается. Но это уточнение сейчас можно отложить в сторону: раз правительство присутствует в советах директоров, значит, и контроль в его руках.

Хорошо бы. Но вот что 30 января заявил, например, Игорь Шувалов: «Мы мало общаемся с советами директоров, мы не проводим с ними совещания». Вот такой контроль. «Я бы хотел сказать всем коллегам по правительству, что мы хотим сделать так, чтобы в 2014 году мы совершенно по-другому научились работать не только с предприятиями с государственным участием, но и с теми компаниями, которые являются исключительно частными, но в силу разных причин работают с государством. В этом году мы хотим научиться по-другому работать с советами директоров», — продолжил Шувалов. Стоит прислушаться: правительству еще предстоит научиться работать с госпредприятиями и частными предприятиями, которые работают с государством. Время, которое употребил первый вице-премьер, будущее. Сейчас необходимой работы с советами директоров, в том числе и стратегических предприятий, правительство не просто не ведет, но и не умеет вести. Вот тебе и раз.

Будет и два. Алексей Улюкаев на заседании правительства сосредоточился на том, какими должны быть долгосрочные программы развития стратегических предприятий.

Улюкаев назвал их «костяком», «становым хребтом, на который можно будет

надежно крепить» стратегии, дивидендную политику, бизнес-планы, финансовые планы. Пока, значит, те долгосрочные программы, которые есть у стратегических компаний, а их не может не быть, критериям Минэкономразвития не удовлетворяют.

Почему? Улюкаев подробно показывает, как должно быть: «Во-первых, программа разрабатывается непосредственно компанией, ее менеджментом и предусматривает соответствующий горизонт планирования, как я говорил, примерно 5 или до 10 лет, учитывая стратегические цели компании, результаты текущей деятельности, но также включая осознание роли компании в выполнении государственных программ, федеральных целевых программ, стратегии развития смежных отраслей, реализации прогнозов научно-технического развития и информативных документов, которые принимаются Президентом, Правительством Российской Федерации по стратегическим направлениям развития экономики.

После того как менеджмент компании сделал соответствующий проект, он должен быть рассмотрен специализированным комитетом при совете директоров, если речь идет об обществе, или непосредственно федеральными органами исполнительной власти, если речь идет о федеральном государственном унитарном предприятии. Затем Минэкономразвития и Росимущество должны провести всесторонний анализ, в том числе анализ возникающих рисков исполнения программы, ее финансовой устойчивости, выполнимости целевых показателей и эффективности деятельности компании.

После этого отраслевой ответственный федеральный орган исполнительной власти направляет ее на рассмотрение в Правительство Российской Федерации, и затем в зависимости от структурирования самих компаний рассматривается несколько вариантов фактического рассмотрения на Правительстве».

Дальше министр экономического развития ранжировал стратегические компании по их социально-экономической значимости на четыре группы, каждой из которых соответствует свой уровень контроля со стороны органов исполнительной власти за их долгосрочными программами. Утвержденные долгосрочные программы соответственно реализуются, аудируются и контролируются. На этой основе оценивается работа топ-менеджмента.

Логично. Нелогично, что всего этого до сих пор нет. А что есть? Есть долгосрочные программы стратегических предприятий, есть планы правительства, есть федеральные долгосрочные целевые программы, но нет механизма их увязки. Значит, не стоит удивляться тому, что правительство любит анонсировать утверждение тех же долгосрочных целевых программ, но не любит подводить итоги их выполнения. Одна рука (правительство) не знает, что делает другая, или уж точно действует независимо от другой (госпредприятия). Стоит ли удивляться низкой эффективности?

Почему правительство так долго мирилось с этим удивительным положением дел? Потому что и так все было относительно хорошо — низкий уровень работы госпредприятий или стратегических предприятий перекрывал поток нефтедолларов. Цены на нефть и сейчас относительно высоки, но они больше не растут — и неэффективность госсектора лезет наружу. Но это не все объяснение, есть и другое. Если правительство существовало параллельно с госпредприятиями, контрольные точки пересечения были несистематическими и чаще всего наносились проверками, выявлявшими уже правонарушения в действиях госпредприятий, в использовании ими госресурсов, то это не значит, что госпредприятия никто не контролировал. Это был их топ-менеджмент, который зачастую подменял госинтересы, в которых должны действовать эти предприятия, своими собственными. Заседание правительства наглядно показало, что на месте госкапитализма в России существует чиновничий капитализм, а это совсем не одно и то же. Интересы конкретных чиновников — это совсем не интересы государства. С чем каждый из нас неоднократно сталкивался воочию.

Николай Вардуль

Мнения лидеров   11.02.2014 09:30:27   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.