Не все санкции освобождают

Санкции вместо налогов

Сами не рады

Сами не рады

Банки РФ видят риски в Украине

Росимущество требует дивидендов

Дивиденды должны быть не меньше 50% прибыли

Закупки проконтролируют

Новое постановление кабмина

Набиуллина: Россию не отключат от SWIFT

Набиуллина отчиталась перед Путиным

Помогут с резервами

Госбанки готовы уйти с Украины

Чиновников премируют за экономию

Чиновников премируют за экономию

У чиновников появляются новые источники легального дохода

Назван самый богатый россиянин

Forbes опубликовал список миллиардеров

Инвестиции в роскошь

Темпы роста цен на коллекционные предметы роскоши серьезно замедлились, свидетельствует

Восемьдесят три человека

Ежегодное исследование компании Knight Frank, посвященное анализу распределения

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   08.07.2016 21:05:52

Испекли нам дефицит. Вот такой высоты, вот такой ширины

Российская бюджетная политика в кризисе

Николай Вардуль Главный редактор Финансовой газеты


Закончилось первое полугодие 2016 г. Его бюджетные итоги не могут не тревожить. Дефицит бюджета РФ за шесть месяцев оценивается в 4,3% ВВП — значительно выше ожиданий, что признал министр финансов Антон Силуанов. Чем грозит перешагивающий ограничения дефицит федерального бюджета?

Бюджетная тактика

27 июня на заседании бюджетной комиссии Совета Федерации выступал замминистра финансов Алексей Лавров, он озвучил настораживающую статистику. «Если говорить по году в целом, мы, к сожалению, ожидаем поступлений доходов на 700 млрд руб. меньше того объема, который был предусмотрен законом о бюджете. Соответственно дефицит становится больше на 520 млрд руб. Это оценки по году, складывающиеся на основе тенденций I квартала. Соответственно у нас увеличивается использование Резервного фонда на 300 млрд руб., и на конец года мы ожидаем объем средств Резервного фонда 900 млрд руб., притом что на конец прошлого года мы имели в Резервном фонде 3,6 трлн рублей», — сказал он.

Эта фраза весьма информационно насыщена. Во-первых, сокращение расходов происходит, но не поспевает за падением доходов: доходы сокращаются на 700 млрд руб., а дефицит растет на 520 млрд руб. Во-вторых, средства Резервного фонда, используемые для покрытия дефицита бюджета, сверхпланово растут, соответственно сам Резервный фонд ускоренно приближается к исчерпанию. Если на конец 2015 г. в этом фонде было 3,6 трлн руб., а на конец 2016 г. — 900 млрд руб., то за 2016 г. Резервный фонд похудеет на 2,7 трлн руб., а в 2017 г. в нем останется в три раза меньше, чем было потрачено в 2016 г. Отсюда следует, что уже в будущем году на покрытие дефицита бюджета пойдет Фонд национального благосостояния. Об этом совершенно недвусмысленно выразился Антон Силуанов: «ФНБ — точно такой же резервный фонд».

Закон о федеральном бюджете на 2016 год весомо, грубо, зримо нарушается. Им предусмотрен дефицит в 3% ВВП. Лимит на использование средств Резервного фонда на финансирование дефицита бюджета установлен в размере 2,1 трлн руб. Ясно, что закон надо переписывать, а бюджет видоизменять.

Понятно, что главный виновник бюджетных бед как всегда нефть. Как известно, в бюджет 2016 г. заложена цена в $50 за баррель, в то время как, по данным Алексея Лаврова, «в первом полугодии складывалась средняя цена на нефть $38 за баррель, в отдельные периоды она доходила до $25 за баррель, что негативно сказывалось на поступлении доходов и приводит к росту дефицита федерального бюджета».

С нефтью все понятно. А что же предпринимает Минфин? Вот ответ Алексея Лаврова: «Мы будем стараться, безусловно, удержаться в параметрах при относительно стабильном уровне цены на нефть ниже 4% ВВП, стремиться к 3,3% ВВП (по уровню дефицита бюджета в 2016 г.). Для этого принимаются все необходимые меры, в том числе связанные с блокировкой расходов и мобилизацией доходов, из которых самое значимое, которое дает результаты, — изменение администрирования акцизов на алкогольную продукцию».

Отметим ключевые выводы из сказанного Лавровым. Во-первых, Минфин признает, что дефицит федерального бюджета в рамках 3% удержать не удастся. Теперь цель, к которой он «старается стремиться» — 3,3%, но любая цифра меньше 4% уже выдается за успех.

Во-вторых, что принципиально важно, Лавров ничего не говорит о сокращении расходов. Возможно, это ему не по чину, возможно, Минфин не хочет ничего предавать огласке, пока не заручится поддержкой правительства. Возможно всякое. Но в любом случае молчание по этому важнейшему поводу — признак отсутствия самостоятельной позиции Минфина. А без этого проблему дефицита бюджета не решить. Без этого как-то неловко слышать о том, что «предпринимаются все меры». Нельзя же считать проявлением самостоятельной линии в бюджетно-финансовой политике Минфина напоминание Лаврова о том, что ранее было принято решение о недоведении лимитов бюджетных обязательств в среднем на 10%. Это техническое решение, а нужны решения политические, связанные с приоритетами в политике расходов федерального бюджета. Песок плохая замена овсу. Чем дольше технические решения будут приниматься на месте политических, тем в меньшей степени российский бюджет будет соответствовать решению стоящих перед ним задач. Пока же Минфин выжидает. «Можно сказать, что средства заблокированы до прояснения ситуации с 2016 г., и главные распорядители уже имели возможность определить приоритетные расходы, которые они уже начали финансировать в первом полугодии», — комментирует Лавров.

Весной Минфин готовил новую версию бюджета, но была взята пауза. «При всей сложности ситуации видим, что есть ряд позитивных тенденций, стабилизация ВВП, промпроизводство по итогам пяти месяцев демонстрирует хоть и незначительный рост, замедление инфляции, в 4 раза сократился отток капитала. С этой точки зрения полагаем, что худший этап адаптации экономики к новым условиям уже прошел, и нужно создать условия для выхода на устойчивую траекторию роста за счет балансировки бюджета и приведения к новым реалиям бюджетной системы».

Пауза была оправдана — спасибо одумавшимся ценам на нефть. Но она не снимает проблему обновления бюджета с целью сокращения его дефицита.

Бюджетная стратегия

Тактика Минфина выжидательная. Но, может быть, в штабе разработан план стратегического наступления на дефицит бюджета?

Увы, ответ отрицательный. 29 июня план очередного трехлетнего бюджета, подготовленный в Минфине, был представлен «Ведомостями». Суть этого плана: годовые расходы бюджета предлагается заморозить в номинальном выражении на уровне 15,78 трлн руб. в год на всю трехлетку. Это даже чуть меньше, чем уточненные расходы на 2016 г.: они составят 16,25 трлн руб. Тогда с учетом инфляции — в реальном выражении — расходы федерального бюджета сократятся за три года примерно на 20% к уровню 2016 г. даже при условии достижения Центробанком целевого показателя — 4%-ной инфляции в 2017 г.

Все та же текущая тактика, но уже в трехлетней перспективе. На память приходит бессмертная фраза из «Операции Ы»: «Все украдено до нас!». «Стратегия Минфина выражается схожим принципом: инфляция все подсчитает за нас. Простота, однако, хуже воровства. Самоустранение от решения политических задач — плохая стратегия.

Печально известный принцип «экономии мышления», реализованный Минфином, предложил министр экономического развития Алексей Улюкаев, о чем «Финансовая газета» уже писала. Обоснования у Улюкаева — от технической простоты до психологической глубины: «Если вы получали 100, а стали получать 90, то это очень тяжело переносится. Если вы по-прежнему получаете 100, хотя инфляция немного отъедает, то это по-другому переносится. То есть это социально-политически возможно». Чего в этом подходе решительно нет, это хотя бы попытки использовать обновление бюджета для придания его расходам приоритетов, соответствующих стратегическим долгосрочным интересам страны и ее граждан. У нас получается как всегда: высокие стратегии — это для чтения, для реализации же то, что можно сварганить на скорую руку.

Правда, справедливости ради, в плане Минфина не все делегировано инфляции. Есть статьи, расходы по которым снижаются даже в номинальном выражении: по госпрограммам социальной поддержки граждан, обеспечения доступным жильем, развития здравоохранения, образования, сельского хозяйства. Всего из 42 госпрограмм (они формируют примерно половину расходов бюджета) расходы в номинальном выражении сокращаются по 36.

Фактические приоритеты все-таки можно кристаллизовать. А точнее, составить отрицательные приоритеты. Среди них один из первых — это развитие человеческого капитала. Отрицательный приоритет — поддержка регионального развития. Например, госпрограмма социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона сокращается в 20 раз, более чем вдвое сокращается финансирование социально-экономического развития Крыма: со 149,3 млрд руб. в 2016 г. до 65,98 млрд руб. в 2019 г. Зато растут, по крайней мере, в номинальном выражении расходы на управление государственными финансами, экономическое развитие, развитие промышленности. Что же касается военных расходов, то закрытая часть (в основном это оборонные расходы) сокращается — на 15% за три года.

Что ж, если идем без фактической, а не нарисованной в отрыве от финансовых возможностей стратегии, то не стоит удивляться тому, что придем не туда.

Николай Вардуль

Что происходит с консолидиро­ванным бюджетом РФ?

Все разговоры о российском бюджете, как правило, сводятся к бюджету федеральному. Россия же живет по бюджету консолидированному, включающему в себя как федеральный, так и региональные бюджеты. Консолидированному бюджету живется хуже, чем федеральному. Вот его цифровой портрет.

В январе—мае 2016 г. консолидированный бюджет РФ исполнен с дефицитом в размере 988,7 млрд руб., сообщается в материалах, опубликованных на сайте Минфина. Доходы консолидированного бюджета за первые пять месяцев текущего года составили 10 трлн 212,8 млрд руб., расходы — 11 трлн 201,5 млрд руб. Нефтегазовые доходы бюджета в январе—мае составили 1 трлн 682,9 млрд руб., ненефтегазовые доходы —

8 трлн 529,9 млрд руб.

Ненефтегазовый дефицит в январе—мае составил 2 трлн 671,6 млрд руб. Дефицит консолидированного бюджета в январе—мае текущего года по сравнению с исполнением бюджета по итогам пяти месяцев 2015 г., когда дефицит составил

845,7 млрд руб., увеличился на 16,9%, доходы — снизились на 2,9%, расходы — на 1,4%.

• Нефтегазовые доходы снизились на 31,9%, ненефтегазовые доходы увеличились на 6,0%, ненефтегазовый дефицит снизился на 19,5%.

В 2016 г. отставание расходов бюджета от показателя прошлого года в мае достигло минимального значения — по итогам января расходы были ниже прошлогодних на 40,2%, двух месяцев — на 21,0%, трех — на 2,4%, четырех месяцев — на 5,3%, пяти — на 1,4%.В составе ненефтегазовых доходов бюджета за пять месяцев 2016 г. поступления НДС по сравнению с аналогичным показателем 2015 г. увеличились на 6,1%, до 1 трлн 766,2 млрд руб., налог на доходы физлиц — на 8,5%, до 1 трлн 98,6 млрд руб., акцизы — на 20,5%, до 517,1 млрд руб. В то же время снизилось поступление налога на прибыль на 3,7%, до 1 трлн 290,8 млрд руб., ввозных пошлин — на 0,3%, до 218,5 млрд руб. Поступление страховых взносов на обязательное социальное страхование выросло на 16,5%, до 2 трлн 322,8 млрд руб. Прочие доходы бюджета снизились на 4,8%, до 1 трлн 316,1 млрд руб.

Исполнение федерального бюджета за январь–май 2016 года

Мнения лидеров   08.07.2016 21:05:52   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.