Дефицит бюджета падает

Дефицит бюджета – 58 млрд руб

Большие налоговые маневры

Большие налоговые маневры

Налоги нам обещают до президентских выборов не менять. Но 2018 г. все ближе, а значит,

Рубль против барреля

Рубль проявил удивительную стойкость к падению цен на нефть, потеряв к «американцу» менее

Инфляция выросла на 0,2%

Росстат сообщил об инфляции в РФ и ЕС

Отток капитала будет $12–13 млрд в 2017—2019 гг.

ЦБ дал новый прогноз по оттоку капитала

Трудотень

Вице-премьер Ольга Голо­дец назвала тип бедности, распространенный в России, «уникальным».

Помогут с резервами

Помогут с резервами

Госбанки готовы уйти из Украины

Чиновников премируют за экономию

У чиновников появляются новые источники легального дохода

Назван самый богатый россиянин

Forbes опубликовал список миллиардеров

Инвестиции в роскошь

Темпы роста цен на коллекционные предметы роскоши серьезно замедлились, свидетельствует

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   16.05.2013 11:10:01

«Политическая комедия»

Какую новую конструкцию политической власти выстраивает Владимир Путин?

«Политическая комедия»

Проект «Медведев»

Как всегда бывает, быстрая и неожиданная отставка одной из самых заметных политических фигур эпохи Владимира Путина, о которой, что характерно, стало известно посреди майских праздников, оставляет больше вопросов, чем ответов. Ясно одно: произошло неординарное событие, которое означает новую расстановку сил на самом верху. Какую именно?

Что известно наверняка? Сам Сурков рассказал, что заявление об отставке он написал 26 апреля, после совещания у президента Владимира Путина, на котором рассматривался ход выполнения (а точнее, невыполнения) майских президентских указов годичной давности, в которых сформулированы задачи реализации обещаний, с которыми Владимир Путин шел на президентские выборы. Дату на заявлении Суркова подтвердила Наталья Тимакова, пресс-секретарь Дмитрия Медведева, это значит, что Сурков, если не согласовал свой шаг с премьером, во всяком случае не дал себя переубедить.

Возможны два вывода. Первый — Сурков разочаровался в работе в правительстве. Он привык быть выше — вершить внутреннюю политику из Кремля. Одно дело быть признанным идеологом власти, автором концепции «суверенной демократии», ощущать шок и трепет, который испытывали губернаторы и функционеры «Единой России» в его кабинете, и совсем другое — выполнять указы, которые еще недавно он мог редактировать перед отправкой на высочайшую подпись. Эволюция от жреца до управленца наверняка болезненна.

Но остается вопрос: почему Сурков подал в отставку именно сейчас? Ведь его закат начался с момента возвращения на президентский пост Владимира Путина год назад. Именно тогда Суркову пришлось распрощаться с Кремлем, где он был бессменным замруководителя президентской администрации, когда администрацией руководил и Александр Волошин, и Дмитрий Медведев, и Сергей Нарышкин. Он в качестве политического «тяжеловеса» отправился на усиление кабинета Медведева. Но, по сути, это уже была почетная ссылка.

В третий раз став президентом, Владимир Путин решил обновить команду ближайших сотрудников, и Суркову в ней места не нашлось. Почему? Возможно, потому что Сурков, несмотря на то что его расцвет и известность пришлись на нулевые, сам «слишком» из 1990-х. Он не карьерный чиновник, а человек, знающий себе цену, лояльный, но самостоятельный. Он сформировался как политтехнолог в олигархических структурах — работал и в «Альфе», и в «Менатепе» — по-другому тогда невозможно было сделать политическую карьеру, Путин решил, что ему нужны новые кадры.

Но вернемся ко времени отставки Суркова из правительства. Она связана с не удовлетворившей президента работой правительства по выполнению его указов. Значит, отставка Суркова — это цена, которую заплатил за критику президента Дмитрий Медведев. Это и есть второй вывод.

Он, конечно, связан с первым. Вместе они означают, что президент окончательно закрывает проект «Медведев». Из этого не обязательно вытекает, что следующим в очереди на отставку будет сам премьер, хотя вероятность такого развития событий растет. Медведев может оставаться на своем посту, однако совершенно очевидно, что сам этот пост, чем дальше, тем больше становится декоративным. Решения принимает Путин, в том числе и те, которые должен принимать премьер.

Строго говоря, это свидетельство не столько слабости и несамостоятельности Медведева, сколько результат развития политической логики президентской республики. В США, как известно, никакого премьер-министра нет, во Франции премьер — это, скорее, техническая фигура.

В России понятие «технический премьер» давно устоялось. Но, как всегда, со своей спецификой. У нас премьер-министры до Медведева были техническими уже в силу того, что сами правительства политическими не были, в том смысле, что они никак не были связаны с результатами парламентских выборов. Правительства формировал по своему усмотрению президент.

Исключений было четыре. Политическим и.о. премьера был Егор Гайдар, но, что вполне в логике президентской республики, формально правительство возглавлял сам президент Борис Ельцин. Политическим премьером был Евгений Примаков, его выдвижение после августовского кризиса 1998 года было инициативой Думы, из-за чего его премьерство и было коротким. Политическим премьером был Путин, причем дважды — первый раз уже в ранге преемника Бориса Ельцина, второй раз в ранге «национального лидера» при президенте Медведеве. Третий политический премьер — сам Медведев, в силу того что успел побывать президентом. Но этот факт имеет чем дальше, тем меньшее значение — именно в этом смысл закрытия проекта «Медведев».

Первомайская демонстрация

Вернемся к тому, что об отставке Суркова известно наверняка. 26 апреля он пишет заявление об уходе, но 1 мая в качестве вице-премьера выступает в Лондонской школе экономики с защитой «Сколково» и с критикой действий Следственного комитета РФ. Что это было?

В Лондоне Сурков заявил, что «Сколково» является одним из самых чистых проектов с точки зрения возможных злоупотреблений, и неодобрительно отозвался о действиях СКР, расследующего возможные лакуны в расходах в рамках реализации проектов в виде прежде всего гонораров, выплаченных известному оппозиционеру Илье Пономареву.

Вице-премьер подчеркнул, что, делая громкие заявления на стадии расследования, сотрудники Следственного комитета наносят «непоправимый репутационный ущерб» «Сколково» в глазах потенциальных инвесторов.

В ответ спикер СКР Владимир Маркин написал в «Известиях»: «Нужно заметить, что нынче у „эффективных менеджеров“ новая мода. Чуть где обыск в многоэтажных хоромах вице-губернатора небогатой области, так сразу его коллеги кричат о политическом заказе, сатрапах из Следственного комитета и из Счетной палаты. Кураторы особо эффективных менеджеров предпочитают выступать с арией московского гостя сразу в Лондоне». Сурков отказался комментировать эту статью, назвав ее графоманией.

Подобное выступление Суркова, куратора «Сколково» от правительства, уже после того, как заявление об уходе им было написано, загадка. Возможных объяснений два: или Сурков предполагал, что его отставку президент Путин не примет, или в силу каких-то весьма весомых причин он просто не мог не выступить в защиту «Сколково». Однако в любом случае эффект от его выступления оказался совсем не тем, на какой он рассчитывал.

Защищая «Сколково», Сурков мог, по мнению Кремля, фактически оказаться на стороне его политических противников, в финансовой поддержке которых руководителей «Сколково» и обвиняет Следственный комитет, в результате отставка Суркова последовала незамедлительно — власть в подобных случаях не медлит.

В результате отставка Суркова обернулась усилением силового блока во власти. Но возможно весьма любопытное продолжение.

Те же и Титов

Сурков своей отставкой спровоцировал усиление позиций силовиков в тот самый момент, когда по этим позициям готовится весьма мощный удар.

Уполномоченный по делам предпринимателей Борис Титов предложил Госдуме объявить амнистию бизнесменам, осужденным за экономические преступления.

Экспертный совет при омбудсмене (его председателем является Михаил Барщевский) предлагает освободить 110 тысяч 924 человека, отбывающих наказание за экономические преступления. По мнению совета, под амнистию должны подпасть 53 состава преступлений. В их число входят преступления по статьям 159 («мошенничество»), 160 («присвоение или растрата») и 165 («причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием») УК РФ, совершенные в сфере предпринимательства. Под амнистию может попасть и Михаил Ходорковский.

Поддержит ли Дума проект амнистии, зависит от отмашки из Кремля. Надежды авторов проекта связаны с тем, что, во-первых, Владимир Путин не раз говорил о том, что по «экономическим статьям» следует использовать экономические же меры наказания — штрафы, а не лишение свободы. Во-вторых, последняя амнистия объявлялась в 2005 году, в честь 60-летия Победы и распространялась на узкую категорию заключенных. В-третьих, амнистия всегда добавляет власти популярности. Она позволит уравновесить призывы непарламентской оппозиции освободить политических заключенных, особенно если на свободу выйдет Михаил Ходорковский — фигура гораздо масштабнее вождей уличной оппозиции.

Это, так сказать, «макроуровень» взаимоотношений власти и общества. Но есть и не менее любопытный «микроуровень» — амнистия способна изменить соотношение сил внутри самой власти. И вот тут возникает любопытная ситуация «качелей», если это изменение соотношения сил

попробовать измерить, с одной стороны, как это уже было сделано, отставкой Суркова, а с другой — возможной амнистией предпринимателей.

Если предположить, что проект амнистии, в нынешнем или несколько отредактированном виде, получит одобрение Кремля, это будет означать, что Владимир Путин собирается приструнить силовиков. Такое возможно, потому что, хотя они составляют важный и неотъемлемый элемент сегодняшней власти, но верховная власть заинтересована в том, чтобы периодически ставить их на место, которое те должны помнить и не зарываться.

Амнистия — удобный способ решить эту задачу. Эта мера способна сдвинуть с места не только увеличение общественного доверия к власти, но и сделать важный практический шаг в улучшении инвестиционного климата, без чего, как прямо говорит министр экономического развития Андрей Белоусов (см. стр. 4), невозможно ускорение экономического развития, без которого в свою очередь предвыборные обещания Владимира Путина могут остаться на бумаге.

Большая политика имеет приоритет, она может превратить интересы самих силовиков в «осетрину второй свежести».

Удар по силовикам нанесет не только сам факт проведения амнистии. Амнистированные предприниматели не будут тихо зализывать свои раны, они будут бороться за возвращение их бизнеса, который уже переделен при непосредственном участии силовиков и спецслужб. Можно не сомневаться, что амнистия проредит ряды не только нынешних заключенных, но впоследствии и самих правоохранителей, части из которых явно придется распрощаться со своей доходной службой.

Чрезвычайно важно и то, что амнистия может существенно повлиять на судейский корпус. Амнистия подтолкнет судей к самостоятельности, к отходу от практически безальтернативной сегодня поддержки обвинений, выдвигаемых следствием и прокуратурой.

Как мы видели, приняв отставку Суркова на фоне его открытого столкновения со Следственным комитетом, Путин поддержал силовиков. Если он теперь поддержит проект амнистии, это будет шагом в противоположную сторону. Путин не раз уже использовал подобные маневры, подкрепляющие таинство и авторитет высшей власти.

Соответственно, если проект амнистии, наоборот, будет провален, это будет еще большее укрепление властных позиций силовиков, что явно ослабит из-за практической бесконтрольности действий силовиков по перехвату бизнеса позиции самого Кремля. Не только со стороны расклада сил внутри власти, но и во взаимоотношениях власти и общества, что гораздо важнее.

Микро и макро

Вернемся к Суркову. Отвечая «Коммерсанту» на вопрос о причинах своей отставки, он сказал: «Я расскажу об этом позже. Когда это будет уместным». В скобках стоит заметить, что ответ не блещет новизной. Владимир Познер, в телеинтервью с Алексеем Кудриным, другим вице-премьером, ушедшим в отставку по иным причинам, заметил, как Кудрин улыбался в момент показанного по телевидению его диалога с Дмитрием Медведевым, требовавшим от Кудрина немедленно заявить об отставке, а тот говорил, что сначала посоветуется с премьером Путиным. Познер спросил, чему в столь напряженный момент Кудрин мог улыбаться, Кудрин ответил, что расскажет об этом, но позже.

Более интересен ответ Суркова «Русскому пионеру», изданию, которое возглавляет Андрей Колесников, бессменный летописец деяний Путина, на каком бы посту тот ни находился. Вопрос был о том, не поможет ли отставка реализации литературных планов Суркова — недавний вице-премьер известен и как драматург, и как автор и исполнитель песен. Сурков ответил: «Есть кое-какие планы — дозревает сюжет политической комедии на основе реальных событий».

Понятно, что это прежде всего эффектный ответ. Но, скорее всего, Сурков имеет в виду отмеченный выше «микроуровень» изменений, которые вызвали его отставку, — соотношение сил в самой власти. При всей любви к жанру комедии подчеркну, что отставка Суркова имеет и «макроуровень» — отношения власти и общества, — на который прямое воздействие окажет усиление позиций силовиков. Это уже совсем не комедия. Но оно может быть с избытком компенсировано амнистией предпринимателей, если проект с одобрения Кремля будет поддержан Думой. Силовикам в этом случае будет не до смеха.

Николай Вардуль

Мнения лидеров   16.05.2013 11:10:01   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.