Три недели дефляции

Дефляция сложилась в размере 0,1%

2017 год может стать поворотным для авторынка России

2017 год может стать поворотным для авторынка России

По данным Ассоциации европейского бизнеса, июль 2017 г. ознаменовался увеличением уровня

Вера в экономику

Во многом данный оптимизм - эффект низкой базы

Либерализация ОСАГО

Нововведения призваны защитить автовладельцев

Серая экономика

Как уживаются социальное государство и уклонение от налогов

«Мегафон» просит отложить отмену роуминга

Оператор налаживает диалог с ФАС

Ипотека подешевеет

Ипотека подешевеет

ВТБ увеличивает долю на ипотечном рынке

ФАС прекратила дело против Microsoft

Программы Microsoft стали доступны для сторонних антивирусов

ЦБ разместил ОБР под 9,18%

Ставка купона ОБР привязана у учетной ставке

Bitcoin подорожал еще на 18%

Bitcoin Cash дешевеет

Хлеб на вес золота

Может ли буханка быть предметом роскоши? Хлеб как товар повседневного спроса менее всего

Как библиотека может стать банком

Как библиотека может стать банком

Книга как капитал. К Карлу Марксу не относится

Им песня строить и жить помогает

Среди чемионов есть и поп-, и рок-, и рэп-, и фолк-звезды

Не женщины, а золото

До дохода в миллион долларов по текущему курсу не дотянула ни одна

В салонах связи отмывали деньги

Полиция открывает для себя новые стороны русской действительности

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   19.11.2016 10:10:33

Рост-то придет. Структура экономики не изменится

Чем порадовали и чем огорчили Всемирный банк и Высшая школа экономики?

Рост-то придет. Структура экономики не изменится

Даже переходя к оживлению, экономика остается в структурном тупике. flickr.com by malavoda

Вышел очередной доклад Всемирного банка (ВБ) об экономике России. Официальные комментарии российской стороны: во многом прогноз ВБ совпадает с прогнозами Минэкономразвития. Если говорить о том, как будет меняться ВВП РФ, здесь, действительно, сближение оценок налицо. Экономика переходит к оживлению. Но, во-первых, прогнозные темпы оживления почти незаметны; во-вторых, и это важнее, структура экономики не меняется. На последнее обстоятельство обращает внимание Высшая школа экономики (ВШЭ) в последнем вышедшем Комментарии о государстве и бизнесе (КГБ). И вот это совпадение — самый главный и тревожный вывод.

Восстанавливаем…

«Продолжительный период рецессии сменяется восстановлением основных экономических и финансовых тенденций и показателей» — первый вывод ВБ. Достижения российского народного хозяйства таковы: «Инфляция за период с января по октябрь 2016 г. составила 7,4% — это более чем вдвое ниже уровня в 15,9% за аналогичный период 2015 г. Банковский сектор в целом стабилизировался. Что касается консолидированного бюджета субфедеральных органов власти, то за первые восемь месяцев 2016 г. он был даже сведен с профицитом». Это успехи проводимой экономической политики.

К концу 2016 г., правда, в консолидированном бюджете появится дефицит, а дефицит федерального бюджета существенно вырастет до 3,7% ВВП.

Задача консолидации бюджета в следующей трехлетке будет решаться прежде всего за счет сокращения расходов. ВБ констатирует: «В течение трехлетнего периода расходы сократятся на 3,6% ВВП, при этом наибольшее сокращение придется на три статьи: национальная оборона (-1,8% ВВП), социальная политика (-0,5% ВВП) и государственная безопасность (-0,4% ВВП). Что касается доходной части бюджета, то мобилизация будет обеспечена в основном за счет перечисления дивидендов подконтрольных государству компаний и увеличения налоговых поступлений от предприятий энергетического сектора».

Эти цифры известны. В целом они свидетельствуют, что российская финансовая политика достаточно решительно отвечает на вызовы, с которыми сталкивается.

ВБ дает весьма оптимистичный прогноз: «В 2016 г. мы прогнозируем, что рост российской экономики составит -0,6%, что лучше нашего июньского прогноза в -1,2%. Кроме того, по мере дальнейшего ожидаемого восстановления цен на нефть и газ до 55,2 долл. США за баррель в 2017 г. и до 59,9 долл. США за баррель в 2018 г., которое положительно скажется на внутреннем спросе, мы прогнозируем, что в экономике наметится рост в 1,5% в 2017 г. и 1,7% в 2018 г.».

Вилка роста в прогнозе Минэкономразвития на ближайшую трехлетку — 0,6–2,1%, так что сближение оценок налицо. Правда, не может не настораживать, что если Минэкономразвития исходит из цены нефти в 40 долл. за баррель, то ВБ с легкостью поднимает ее до почти 60 долл. в 2018 г. Если Счетная палата видит риски в реализации прогнозных показателей Минэкономразвития, о чем Татьяна Голикова рассказала Совету Федерации 8 ноября, то прогноз ВБ в значительной мере строится на смелом предположении, что ОПЕК удастся ограничить объемы мировой нефтедобычи. «Однако этот прогноз сопряжен со значительными рисками, особенно в свете неопределенности вокруг реализации соглашения ОПЕК и траектории изменения запасов», — признает сам ВБ.

Значит, и совпадение в показателях Мин­экономразвития и ВБ — еще далеко не свидетельство их верности.

Но самое главное в документе ВБ не общие цифры макроэкономического роста, а оценка качества этого роста. Не все экономисты согласны с самим выделением качества роста. Я хорошо помню, как против такого подхода резко возражал, например, Андрей Илларионов, когда он был не пламенным оппозиционером, а советником президента Путина. Илларионов утверждал, что в росте важен сам факт роста, разговоры о его «качестве» он признавал спекуляциями.

ВБ тем не менее отмечает эту проблему. Можно сказать, что задача изменения структуры российской экономики — это еще один стратегический вызов, с которым сталкивается Россия и на который ответ так и не найден.

ВБ утверждает: «Подъем экономического роста едва ли приведет к развороту тенденции в сторону создания более диверсифицированной экономики». В цифрах этот вывод подтверждается так: «Несмотря на рост экспорта в некоторых ненефтяных отраслях, таких как текстильная промышленность, деревообработка, металлы и изделия из них и сельское хозяйство, которое выросли на 1,5% в первом полугодии 2016 г., за первые 9 месяцев 2016 г. совокупная стоимость товаров ненефтяного экспорта снизилась на 13,4%. Кроме того, в первом полугодии отмечен спад более чем в половине отраслей ненефтяного экспорта».

Другими словами, даже падение рубля в начале 2016 г. не помогло ненефтяным экспортерам. То же самое относится и к импортозамещению. На сегодняшний день импортозамещение, по-видимому, не оказало заметного воздействия на экономический рост и перераспределение факторов производства».

Таким образом, «частичное циклическое восстановление экономики под влиянием роста цен на нефть едва ли будет сопровождаться перераспределением ресурсов в пользу экономических видов деятельности с более высокой долей добавленной стоимости, не связанных с нефтяной отраслью. Процесс диверсификации протекает медленно, что обусловлено относительно низким уровнем свободных производственных мощностей в торгуемых секторах и ограниченным предложением рабочей силы, в том числе структурными и институциональными ограничениями, которые необходимо устранить в первую очередь».

Что делать? ВБ считает, что «Россия может гордиться тем, что за последние годы она добилась изменений к лучшему по целому ряду направлений регулирования бизнеса и улучшения инвестиционного климата. Эти шаги необходимы, но не достаточны. Несмотря на достигнутые за последние десятилетия существенные изменения, касающиеся роли государства, концентрация собственности на производительные активы возросла, а это приводит к снижению конкуренции и ухудшению качества корпоративного управления. Обществу со стареющим населением присущи сложные социально-экономические проблемы. Решение этих проблем — это то, что в конечном счете поможет развернуть тенденцию вспять». В общем, прогресс есть, но недостаточный. Нужно избавляться от засилья государства, повышать качество корпоративного управления и решать другие возникающие проблемы, а их меньше не станет. Работать надо.

… «сырьеризм»

Нерешенность структурных проблем российской экономики — одна из центральных тем последнего КГБ. Соответствующий раздел носит название «Сырьеризм стремительно усиливается».

Предмет рассмотрения — происходившее в российской экономике в сентябре. Этот месяц «был отмечен обновлением исторического максимума для индекса добывающих производств». Что же касается индекса обрабатывающих производств, то в сентябре он «фактически не изменился, а в целом за последний год по-прежнему демонстрирует слегка нисходящую динамику». Вывод: «налицо усиление рентного уклона российской экономики».

Ох уж эти мне уклоны. На что богата наша история, особенно в классически советском прочтении, так это на них. Были и правые, и левые. Но вот ведь, остались. Теперь рентный и, увы, пока непреодолимый. Приводимый рисунок его наглядно и убедительно иллюстрирует. КГБ уточняет: «В последние месяцы сырьевой крен лишь усилился. Так, в III квартале сельское хозяйство выросло на 1,8% (прирост к предыдущему кварталу, сезонность устранена), добыча полезных ископаемых без вклада нефтесервисных услуг — на 1,1%, грузооборот — на 3,6%. Среди несырьевых секторов продемонстрировал рост только строительный сектор: +2,7%, и то после падения на 7,7% кварталом ранее».

В общем, никакой диверсификации. Торжествует «сырьеризм».

Бедность и порог

ВБ обращает внимание и на социальное развитие нашего общества. Особенно на проблему бедности. Аналитики банка замечают: «Резко подскочив в начале 2015 г., прожиточный минимум рос медленнее инфляции в течение двух первых кварталов 2016 г. Благодаря этому некоторые домохозяйства, относящиеся к нижней части шкалы распределения доходов, смогли выбраться из бедности, даже несмотря на незначительный рост номинальных доходов». Понятно, что это не борьба с бедностью, а статистические игры. Наблюдая их, ВБ обращается к другому показателю. Значительное падение доходов населения «привело к существенному увеличению доли социально уязвимого населения с подушевым доходом менее 10 долл. в день по ППС в ценах 2005 г. Этот показатель вырос на восемь процентных пунктов — больше чем в 2009 г. — до 51%, обратив вспять многие достижения последних лет в области повышения всеобщего благосостояния».

Вот так, больше половины россиян оказываются «социально уязвимыми», их больше, чем было в кризис 2009 г. Конечно, повинен и упавший рубль, но этот порог — показатель международной статистики, так что факт налицо. Социальная уязвимость расширяется.

Стоит прислушаться и к словам Татьяны Голиковой. Докладывая 8 ноября Совету Федерации о работе Счетной палаты, она, в частности, напомнила, что согласно прогнозу социально-экономического развития РФ на 2017—2019 гг., внесенному в Госдуму, численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума к общей численности населения увеличится в 2016 г. по сравнению с 2015 г. и составит 13,9%, в 2017 г. — 13,9%, в 2018 г. вновь возрастет и составит 14,1%, а в 2019 г. несколько сократится до 13,9%. «Таким образом, прогнозируется, что в 2019 г. примерно 20,5 млн человек (расчетно) будут получать доход ниже величины прожиточного минимума (фактически, находиться за чертой бедности), что на 1,4 млн человек больше, чем в 2015 г.», — подытожила Голикова.

Вывод: структурные социально-экономические проблемы российского общества нарастают. Это касается как экономики, где не происходит структурной модернизации или диверсификации, так и социальной сферы. В России все больше живущих за чертой бедности, а больше половины населения относится к зоне социальной уязвимости. Что еще должно разбудить структурные и институциональные реформы?

Николай Вардуль

Изменение макропоказателей за время кризиса

Мнения лидеров   19.11.2016 10:10:33   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.