Три недели дефляции

Дефляция сложилась в размере 0,1%

2017 год может стать поворотным для авторынка России

2017 год может стать поворотным для авторынка России

По данным Ассоциации европейского бизнеса, июль 2017 г. ознаменовался увеличением уровня

Вера в экономику

Во многом данный оптимизм - эффект низкой базы

Либерализация ОСАГО

Нововведения призваны защитить автовладельцев

Серая экономика

Как уживаются социальное государство и уклонение от налогов

«Мегафон» просит отложить отмену роуминга

Оператор налаживает диалог с ФАС

Ипотека подешевеет

Ипотека подешевеет

ВТБ увеличивает долю на ипотечном рынке

ФАС прекратила дело против Microsoft

Программы Microsoft стали доступны для сторонних антивирусов

ЦБ разместил ОБР под 9,18%

Ставка купона ОБР привязана у учетной ставке

Bitcoin подорожал еще на 18%

Bitcoin Cash дешевеет

Хлеб на вес золота

Может ли буханка быть предметом роскоши? Хлеб как товар повседневного спроса менее всего

Как библиотека может стать банком

Как библиотека может стать банком

Книга как капитал. К Карлу Марксу не относится

Им песня строить и жить помогает

Среди чемионов есть и поп-, и рок-, и рэп-, и фолк-звезды

Не женщины, а золото

До дохода в миллион долларов по текущему курсу не дотянула ни одна

В салонах связи отмывали деньги

Полиция открывает для себя новые стороны русской действительности

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   10.09.2016 10:03:57

Символ веры правительства

Почему прогнозы негативно влияют на экономическую политику?



Символ веры правительства

Андрей Клепач разочаровался в правительственном прогнозировании. Там только две переменные – бочки нефти и мешки денег. Валерий Шарифулин / forumspb.tassphoto.com

Минэкономразвития в очередной раз исправило трехлетний прогноз. На этот раз в сторону ухудшения показателей. Подчиненные Алексея Улюкаева оказались трезвее подчиненных Эльвиры Набиуллиной, которым теперь неловко открещиваться от неосторожно провозглашенного конца рецессии. Но на главный вопрос: как выходить из рецессии, в Минэкономразвития не ответили. И, похоже, даже не собирались отвечать. По крайней мере, вслух.

Карусель утраты смысла

Тема прогнозов сквозная в публикациях «Финансовой газеты». Прогнозы, даже сработанные грубее, чем, по словам поэта, рабами был сработан водопровод Рима, всегда вызывают интерес. Кто же не хочет заглянуть в будущее?

Другое дело — качество прогнозов. Оно, как не раз подчеркивалось в наших публикациях, ниже плинтуса.

Сложился любопытный и разочаровывающий феномен. Бюрократические технологии сначала обессмыслили прогнозы, а теперь прогнозы обессмысливают экономическую политику.

Для чего нужны прогнозы? Для того, чтобы экономическая политика была во всеоружии. Управлять — значит предвидеть. А это значит, что, по большому счету, прогноз — это не калейдоскоп показателей, которые при одном повороте трубки складываются в одну мозаику, при другом — в другую и так до бесконечности. Все дело не столько в мозаике, сколько в повороте трубки. Прогноз — это не отвлеченное упражнение в не вполне высшей математике на тему, какими будут ВВП или доходы бюджета при той или иной цене барреля нефти. Прогноз — это ответ на вопрос, что делать в той или иной ситуации, т. е. как именно поворачивать трубку калейдоскопа. Но это — политика. А у нас между прогнозами и политическими решениями, ради подготовки которых прогнозы и затеваются, — стена. Еще бы — политику делают в Кремле, а прогнозисты Минэкономразвития просто «примус починяют».

Итог: прогнозы, по-прежнему, варьируются не в зависимости от того, какое решение предлагают прогнозисты, а исключительно от цены нефти. Те, кто должен политические решения в конце концов принимать, оказываются без реальных прогнозных разработок, содержащих расчеты и оценку последствий тех или иных вариантов предлагаемых решений.

Андрей Клепач, уходя в ВЭБ с поста замминистра экономического развития, ответственного за прогнозы, хлопнул дверью, в последнем прогнозе под его редакцией был прямо прописан вопрос об управленческих действиях, но развития этот прецедент, по-видимому, признанный скандальным, все равно не получил.

Почему $50?

Что нового в очередных и, конечно, непоследних изменениях прогноза Минэкономразвития на 2016 и 2017—2019 гг.? Конечно, в первую очередь в глаза бросается, что «калейдоскоп» стал мрачнее.

Во всем «виноват», как уже писала «Финансовая газета», июль. «Предварительные итоги социально-экономического развития России за июль текущего года свидетельствуют о небольшом замедлении в экономике», отмечало Минэкономразвития в посвященном июлю мониторинге социально-экономического развития. После стабилизации в мае—июне сезонно сглаженный показатель ВВП снизился в июле на 0,1%. Это связано с отрицательной динамикой обрабатывающих производств и оптовой торговли, считают в министерстве.

Объем экономики России в июле оказался ниже прошлогоднего на 0,7% после сокращения на 0,6% в мае и на 0,5% в июне 2016 г.

Теперь в 2016 г. спад ВВП будет не 0,2%, как прогнозировалось в апреле, а 0,6%, снижены оценки ВВП и в 2017- 2019 гг.

Но здесь есть некоторое «ноу-хау», правда, изрядно пропахшее нафталином. Мин-экономразвития выдвигает новый вариант прогноза, так называемый базовый плюс, и именно его предлагает положить в основу бюджетного процесса на 2017—2019 гг. Нафталин в том, что «плюс» — это, конечно, не новые решения, предлагаемые правительству, а щедрый плюс к закладываемой в бюджет цене нефти. Базовый вариант по-прежнему исходит из цены барреля $40 на всю трехлетку. «Базовый плюс» предполагает более высокую цену: $50 в 2017 г. и $55 в 2018—2019 гг. Все даже не просто, а банально.

Первыми сообщившие о новом прогнозе Минэкономразвития «Ведомости», обычно пишущие в нарочито высушенной манере, на этот раз дают слабину и фактически приводят диалог анонимных представителей Минэкономразвития и Минфина. Первый раскованно утверждает: «Уже очевидно, что $40 не будет — будет больше». Второй настороженно вопрошает: «А что, если нет?».

Пикейные жилеты отдыхают.

Суть, впрочем, ясна. Цена нефти у Мин­экономразвития — это, если называть вещи своими именами, не прогноз, а подгонка под ответ. Раз прогноз — макроэкономическая база бюджета, то прогноз должен защитить его от чрезмерного дефицита. Что и достигается припиской к цене нефти.

И все-таки политика

Резонен вопрос, а почему Минэкономразвития так рьяно стремится обезопасить бюджет настолько, что встречает возражения Минфина? И тут сквозь, казалось бы, едва ли не игровую канву прогноза Минэкономразвития проступают контуры лоббируемой министерством экономической политики.

Если ЦБ 24 августа выступил с заявлением: «Если не произойдет резких изменений внешней конъюнктуры, единственным способом сокращения бюджетного дефицита в дальнейшем будет разумное ограничение роста бюджетных расходов», то Минэкономразвития делает все от него зависящее, чтобы сгладить остроту проблемы сокращения госрасходов. У ЦБ и Минэкономразвития разные приоритеты. По оценке министерства, бюджетный дефицит и сопутствующая инфляция не так страшны, как продолжение рецессии в экономике, которой госрасходы должны помочь приподняться. Прямо об этом не говоря, Минэкономразвития видит обоснование роста ВВП, пусть скромного, который, по прогнозу, должен начаться в 2017 г., максимально возможный уровень госрасходов. Логика в этом есть.

Но есть и возражения. Понятна настороженность Минфина. Хранители бюджета не хотят вновь оказаться в ситуации этого года: пообещать на основе прогноза Мин­экономразвития одни расходы, а потом столкнуться с необходимостью их сокращения. Дело не только в дележе ответственности. Уже предлагается весьма рискованный вариант сокращения дефицита бюджета: если цена на нефть окажется ниже расчетной, то «бюджет, вероятно, будет закрыт за счет ослабления рубля». Такое будущее не исключает Александр Разуваев из компании «Альпари». Впрочем, в этой ситуации все решения сопряжены со значительными новыми рисками.

Есть возражения и другого порядка. Есть старый принцип: надейся на лучшее, но готовься к худшему. Всегда есть опасность появления на горизонте новых «черных лебедей». Один из них уже почти прилетел: неясность расстановки сил в руководстве Узбекистана может обернуться социально-политическим и даже религиозным взрывом в республиках Средней Азии, который неминуемо окажет влияние и на Россию. Нужны финансовые резервы, а их фактически не остается. Значит, расходы надо сокращать и исходить из более низкой расчетной цены нефти в бюджете.

Но тогда вакантной остается роль драйвера — фактора, который выведет российскую экономику к росту. А его у ЦБ нет — июль перечеркнул надежды на обрабатывающие отрасли промышленности.

Вот и получается: прогноз роста есть, а обоснование роста хромоногое.

Николай Вардуль

Траектория экономики Росси

Мнения лидеров   10.09.2016 10:03:57   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.