Генпрокуратура против ЦБ

Конфликт вокруг банка Югра

Приоритетный экспорт

Приоритетный экспорт

Определены приоритетные для экспорта отрасли

Рынок ушел в пике

Время покупать

Инфляция снова растет

В Банке России обратили внимание на негативные последствия крепкого рубля

Налоги недоплачивают

Эффективность взыскания налоговой задолженности снижается

Как библиотека может стать банком

Книга как капитал. К Карлу Марксу не относится

Им песня строить и жить помогает

Им песня строить и жить помогает

Среди чемионов есть и поп-, и рок-, и рэп-, и фолк-звезды

Не женщины, а золото

До дохода в миллион долларов по текущему курсу не дотянула ни одна

В салонах связи отмывали деньги

Полиция открывает для себя новые стороны русской действительности

Памятник на колесах

Продается подарок Гельмута Коля Борису Ельцину

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   14.11.2016 09:00:39

Сон регуляторов

ЦБ РФ — мировой лидер в жесткости кредитно-денежной политики

Николай Вардуль Главный редактор Финансовой газеты


Сон регуляторов

Когда-то врагов уничтожали до седьмого колена, сейчас Эльвира Набиуллина решила истребить до последнего все ожидания инфляционного роста. Руслан Шамуков / forumspb.tassphoto.com

Сначала ЦБ РФ, а потом ФРС США продолжили паузу в манипуляциях со ставками. ЦБ ставку не меняет, хотя многие ждут ее снижения. ФРС ставку не меняет, хотя многие ждут ее повышения. При этом ЦБ заранее предупредил, что до конца 2016 г. оставит ставку в 10%, ФРС никого ни о чем не предупреждала, но большинство экспертов ожидали именно нулевого, т. е. ничего не меняющего, решения. Что же все-таки изменилось?

Молчание Джанет Йеллен

Начнем с того, что оказывает влияние на всю мировую экономику, включая и российскую, — с решения ФРС. Можно с лупой в руках искать изменения в формулировках по сравнению с прошлым пресс-релизом, но такие трудозатраты на этот раз вряд ли можно признать окупаемыми. Суть понятна: экономическая активность в США по сравнению с первой половиной года выросла. Есть позитив на рынке труда. Минусы: инфляция по-прежнему ниже целевого уровня в 2% и производственные инвестиции остаются, по мнению ФРС, низкими.

2 ноября в пресс-релизе ФРС говорится: Комитет по открытым рынкам «ожидает, что по мере постепенной корректировки направления денежно-кредитной политики, экономическая активность будет расти умеренными темпами, и показатели рынка труда укрепятся. Инфляция, как ожидается, останется на низком уровне в кратко­срочной перспективе, что частично связано со снижением цен на энергоносители ранее, но ускорится до 2% в среднесрочной перспективе, как только пройдет временный эффект снижения цен на энергоносители и цен на импорт, а рынок труда еще больше укрепится».

В этом пассаже с точки зрения интересов России важно указание на то, что ФРС считает пик снижения цен на энергоносители пройденным. Но это лишь один из прогнозов. Сама ФРС прогнозист неважный. Напомню, с декабря прошлого года ее базовая ставка не меняется, оставаясь на уровне 0,25–0,5% годовых. Между тем в том же декабре 2015 г. глава ФРС Джанет Йеллен заявляла, что регулятор планирует довести базовую ставку до 1,5% в 2016 г. и до 2,5% — в 2017 г. Однако уже в марте ФРС понизила свой прогноз (dot plot) по уровню базовой ставки к концу 2016 г. до среднего уровня в 0,9%. В июньском прогнозе ФРС подтвердил свои ожидания по среднему уровню ставки на конец 2016 г. — 0,9%. В сентябре регулятор передумал и сообщил, что ожидает лишь одного повышения базовой ставки до конца текущего года — до среднего уровня в 0,6%. Так что прогнозы ФРС на главном направлении ее деятельности плывут почти как прогнозы отечественного Минэкономразвития. Что уж тут говорить о прогнозах цен на энергоносители!

Если же вернуться к решению ФРС, состоявшемуся 2 ноября, то главное, пожалуй, в том, что на этот раз оно не было единогласным. Двое из десяти членов комитета — главы Федеральных резервных банков Канзас-Сити и Кливленда — голосовали против. Они считали необходимым повысить ставку на 25 базисных пунктов — до 0,5–0,75%.

Американцы любят играть цифрами. CME Group проводила опросы инвесторов накануне принятия решения ФРС и сразу после него. Получилось, что 2 ноября, уже после того, как стало известно, что базовая ставка осталась прежней, вероятность повышения ФРС ставки на следующем, последнем в этом году заседании 14 декабря оценивалась в 71,5% против 68,4% по результатам того же опроса, проводившегося 1 ноября. Здесь есть и весьма любопытный вариант: сохранение ключевой ставки по итогам встречи регулятора в следующем месяце ожидают 28,5%, в то время как за день до заседания ФРС — 1 ноября — сохранение ставки и в декабре ждали 26,4% опрошенных. Другими словами, есть инвесторы, которые считают, что раз ФРС не подняла ставку сейчас, то не поднимет и в декабре.

Есть, конечно, мощный выборный фактор. Дождаться выборов президента США и уже потом, разобравшись в какой — новой или старой политической реальности находишься, принимать важное решение — это понятно. Хотя, думаю, среди мотивов тех двух членов Комитета по открытым рынкам, кто 2 ноября, за шесть дней до выборов, голосовал за немедленное, пусть минимальное увеличение ставки, был и такой — продемонстрировать независимость от политики. Но возобладала другая точка зрения.

Пока возобладала. Сам факт появления «диссидентов» — очевидный и недвусмысленный сигнал, что ФРС близка к поднятию ставки. «Федеральная резервная система дала знать, что время для очередного повышения процентной ставки приближается, и что она не видит необходимости во множестве дополнительных данных перед этим шагом», — комментирует Игорь Клюшнев, начальник департамента торговых операций ИК «Фридом Финанс».

Итак, главный сигнал, поданный за океаном: подъем ставки ФРС близок. А это имеет широкие макроэкономические последствия. Их первый, важный для России ряд в том, что к декабрю доллар будет укрепляться. Соответственно появится новая гиря на весах в пользу снижения цен на нефть. Эта гиря добавится к разочарованию заморозкой добычи нефти, если только ОПЕК внезапно не возьмет на нее, заморозку, равнение, что представляется весьма маловероятным, и к росту запасов нефти в США, что отражает превышение предложения нефти над спросом.

Есть ряд и более отдаленных макроэкономических последствий. Поворот в политике ФРС, как бы долго его ни ожидали, все равно представляет собой новый отсчет в экономической политике, в переоценке инструментов ее проведения. Это очевидный знак исчерпания эффективности нынешней сверхмягкой денежной политики. Что придет на замену, пока не вполне очевидно, но есть экономисты, которые ждут нового всплеска к неокейнсианству и к росту значения госрасходов как инструмента регулирования экономики.

Упорство Эльвиры Набиуллиной

28 октября Банк России, как и предупреждал, сохранил ключевую ставку 10%. Что главное в состоявшемся решении?

На мой взгляд, вот центральное место в пресс-релизе: «Для закрепления тенденции к устойчивому снижению инфляции, по оценкам Банка России, необходимо поддержание текущего уровня ключевой ставки до конца 2016 г., с возможностью ее снижения в I–II квартале 2017 г.». И чуть раньше: «Снижение инфляционных ожиданий остается неустойчивым».

Что это означает? Центральный банк уже не устраивает тот факт, что таргетируемая инфляция снижается, а пресс-релиз констатирует: «Годовая инфляция продолжает снижаться в соответствии с базовым прогнозом Банка России». Он стремится подавить и сами инфляционные ожидания.

С одной стороны, ожидания, бесспорно, чрезвычайно важны для рынка. С другой стороны, наилучший способ смены ожиданий — с ожидания нового инфляционного рывка к ожиданию стабильного снижения цен — это и есть результаты проводимой ЦБ политики. ЦБ считает, что «сохранение ключевой ставки на уровне 10,00% годовых в течение достаточно продолжительного времени будет и далее формировать денежно-кредитные условия, необходимые для поддержания стимулов к сбережениям и закрепления тенденции к устойчивому замедлению инфляции под влиянием ограничений со стороны спроса. Это создаст условия для дальнейшего снижения инфляционных ожиданий». Но обращает на себя внимание приведенное указание на то, что возможность снижения ставки отнесена к I–II кварталу 2017 г.

Политика — это искусство нахождения баланса, причем такого, который открывает дорогу к поставленной цели. И важно, что называется, не перегнуть палку, не перепутать цели со средствами. Я продолжаю считать, что таргетирование инфляции или теперь уже и инфляционных ожиданий —

временная цель для ЦБ. Когда она будет достигнута, политика регулятора должна отвечать интересам поддержки роста экономики. Но если с головой погрузиться в борьбу с инфляционными ожиданиями, есть риск отложить выход на новый уровень целеполагания слишком далеко. Это как у Пушкина: повышение ставок с замены разбитого корыта на целое до превращения во владычицу морскую может и корыто оставить в прежнем состоянии.

Аналитики Райффайзенбанка, например, обращают внимание на то, что ЦБ «сохранил консервативную оценку динамики инфляционных ожиданий, несмотря на их улучшение. Регулятор по-прежнему считает динамику ожиданий населения неустойчивой, что, по его мнению, указывает на наличие инфляционных рисков и обосновывает сохранение ключевой ставки на текущем уровне. В этой связи мы считаем, что в перспективе ближайших 3–4 месяцев даже при снижении инфляционных ожиданий ЦБ не будет возвращаться к вопросу снижения ставки для закрепления достигнутых успехов. Вместе с тем мы по-прежнему сомневаемся в том, что поддержание высокой ставки поможет снизить инфляционные ожидания населения, так как их причины зачастую имеют немонетарный характер».

Понятно, что представители Райффайзенбанка меньше всего хотят ссориться с ЦБ, но они напоминают: инфляционные ожидания, как, строго говоря, и сама инфляция в России, имеют не полностью монетарную природу. А это значит, что, если ЦБ будет проявлять упорство в вытравливании инфляционных ожиданий, результат может оказаться плачевным с макроэкономической точки зрения. Во всем нужна мера.

Стратеги Sberbank Investment Research также не считают новую линию ЦБ — таргетирование инфляционных ожиданий — верной. Они подчеркивают, что нет прямой корреляции между инфляционными ожиданиями и самой инфляцией: «В начале текущего года все ожидали, что темпы инфляции будут гораздо выше, чем оказалось на самом деле, однако такие ожидания не помешали дезинфляции во II квартале».

Есть и еще одна важная сторона рассматриваемой проблемы. В пресс-релизе ЦБ говорится: «Сохраняются риски того, что инфляция не достигнет целевого уровня 4% в 2017 г. Это связано, главным образом, с инерцией инфляционных ожиданий, возможным ослаблением стимулов домашних хозяйств к сбережениям, а также повышением реальной заработной платы, которое не сопровождается ростом производительности труда». Это положение не осталось без комментария представителей Sberbank Investment Research. Они пишут: «Кредитор последней инстанции также рассматривает в качестве инфляционного фактора рост реальной заработной платы. Несколько упрощая ситуацию, можно допустить, что рост зарплат заставит ЦБ и дальше держать ключевую ставку на высоком уровне. Проблема в том, что улучшение динамики реальной заработной платы — естественный побочный эффект при восстановлении экономики». Это еще одно подтверждение прямого конфликта между оживлением российской экономики и политикой ЦБ.

В Sberbank Investment Research приходят к выводу: «При нынешней денежно-кредитной политике макроэкономическая динамика останется вялой. По итогам 2016 г. инвесткомпания ожидает сокращения ВВП на 0,5%, а в 2017 г. — роста этого показателя на 0,5%, однако растет вероятность того, что реальная динамика окажется хуже».

И последнее, но яркое замечание от Sberbank Investment Research: «Не вполне ясно, почему Банк России продолжает характеризовать свою денежно-кредитную политику как „умеренно жесткую“. Ключевая процентная ставка в реальном выражении на уровне около 5,5% означает, что текущая политика ЦБ РФ является одной из самых жестких в мире».

Вот, оказывается, в чем мы теперь впереди планеты всей. Но это не то первенство, которое окрыляет. Хотя если вспомнить, что в 2015 г. Эльвира Набиуллина была признана журналом Euromoney лучшим руководителем центрального банка в мире, то получается, что упорство — важное качество руководителя финансового регулятора. Но точно не единственное.

Николай Вардуль

Инфляция и ее компоненты

Мнения лидеров   14.11.2016 09:00:39   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.