Три недели дефляции

Дефляция сложилась в размере 0,1%

2017 год может стать поворотным для авторынка России

2017 год может стать поворотным для авторынка России

По данным Ассоциации европейского бизнеса, июль 2017 г. ознаменовался увеличением уровня

Вера в экономику

Во многом данный оптимизм - эффект низкой базы

Либерализация ОСАГО

Нововведения призваны защитить автовладельцев

Серая экономика

Как уживаются социальное государство и уклонение от налогов

«Мегафон» просит отложить отмену роуминга

Оператор налаживает диалог с ФАС

Ипотека подешевеет

Ипотека подешевеет

ВТБ увеличивает долю на ипотечном рынке

ФАС прекратила дело против Microsoft

Программы Microsoft стали доступны для сторонних антивирусов

ЦБ разместил ОБР под 9,18%

Ставка купона ОБР привязана у учетной ставке

Bitcoin подорожал еще на 18%

Bitcoin Cash дешевеет

Хлеб на вес золота

Может ли буханка быть предметом роскоши? Хлеб как товар повседневного спроса менее всего

Как библиотека может стать банком

Как библиотека может стать банком

Книга как капитал. К Карлу Марксу не относится

Им песня строить и жить помогает

Среди чемионов есть и поп-, и рок-, и рэп-, и фолк-звезды

Не женщины, а золото

До дохода в миллион долларов по текущему курсу не дотянула ни одна

В салонах связи отмывали деньги

Полиция открывает для себя новые стороны русской действительности

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Мнения лидеров   12.02.2017 07:36:45

Заставка

ФРС США и ЦБ РФ взяли паузу



Заставка

Эльвира Набиуллина и Антон Силуанов выясняют, кто определяет курс рубля. brics.com

Ожидание по-американски

1 февраля ФРС США единогласно приняла решение сохранить ставку по федеральным фондам в 0,50–0,75%. Однако при этом все опорные макроэкономические показатели свидетельствовали о том, что ставка может пойти вверх.

Во-первых, члены Комитета по открытым рынкам (FOMC) отметили улучшение на рынке труда. «Рост числа рабочих мест остался уверенным, а уровень безработицы остался около недавних минимумов», — говорится в заявлении.

Во-вторых, индекс потребительских цен, наконец, «перевалил за 2% в годовом выражении», как отмечает, например, ведущий аналитик AMarkets Артем Деев. Выхода инфляции именно на этот уровень давно ждала и стимулировала ФРС. В итоговом документе заседания FOMC подчеркивается: «Показатели по настроениям потребителей и по настроениям в деловых кругах в последнее время улучшились». ФРС в очередной раз заявила, что риски для экономики «практически сбалансированы», т. е. вероятность плохого не­ожиданного события в экономике уже не выше, чем вероятность приятной неожиданности.

И в-третьих. Новый президент США анонсировал увеличение бюджетных расходов, реформирование системы корпоративного налогообложения, а также смягчение законодательного контроля за рядом отраслей. Все это результируется в росте бюджетных расходов и в росте бюджетного дефицита. В таких условиях необходимо проведение более жесткой денежной политики.

Тогда почему же ставка не повышена? И почему именно такого нейтрального решения ждал от регулятора рынок?

Потому что новые фискальные условия еще не наступили. Все понимали, что ФРС не станет играть на опережение. Консерватизм и неторопливость — обязательные условия проведения денежной политики. Регулятор попросту выжидает. «ФРС будет пребывать в режиме ожидания до тех пор, пока не прояснятся размеры, структура и темпы фискального стимулирования, планируемого правительством Трампа… Мы ожидаем, что план фискального стимулирования будет окончательно разработан и одобрен к июню. В этой связи мы полагаем, что ФРС повременит с повышением ставок до июньского заседания», — говорит главный экономист по США в Capital Economics Пол Эшуорт.

Есть и еще одно, на этот раз внешнее обстоятельство. Дональд Трамп уже не раз резко высказывался о том, что крупнейшие торговые партнеры США прибегают к занижению валютного курса. Президент отметил не только Китай, но и Японию и даже Германию, ее, а не ЕЦБ он обвинил в занижении курса евро. Что ж, итоги заседания Федрезерва привели к ослаблению доллара. Трампа можно было понять так, что повышение ставки, а это путь к укреплению доллара, в принципе неуместно. Именно так поступает, например, Алексей Михеев, аналитик ВТБ 24. Он пишет: «Учитывая, что стимулирование экономики США за счет повышения дефицита бюджета уже началось в 2016 г., и результаты в виде улучшения показателей уже пошли (как мы видели по последним данным), доллар нужно обесценивать как можно скорее, чтобы полученный импульс самоподдерживался, а не ушел в импорт. И вот на этом фоне все остальное не имеет значения».

Но мейнстрим ожиданий в том, что ФРС все-таки будет повышать ставку, на что доллар откликнется ростом.

Ожидание по-русски

3 февраля ключевая ставка Банка России не изменилась, замерев на 10% и почти вдвое превышая текущий уровень роста цен. И опять все ждали именно этого. Почему?

Банк России скор на подъем ставки и очень медлителен при ее спуске. Отчасти так и должно быть. Когда ставка ЦБ разом взлетела в декабре 2014 г. до 17% с 10,5% — это была пожарная мера, ответ на отток капиталов и резкое падение рубля. В какой-то мере, о чем в ЦБ по понятным причинам не принято говорить, столь резкий шаг — это признание ранее сделанных ошибок. И со стороны ЦБ, и со стороны правительства. Исправлять же положение приходится совсем в другом темпе.

С тех пор ситуация существенно изменилась, но ставка, как речка из «Подмосковных вечеров», «движется и не движется». «Не движется», т. е. не снижается, чаще.

И на то есть причины. Как известно, на обложках докладов и обзоров ЦБ стоит цифра «4%», даже если документ напрямую с инфляцией не связан. Это символ веры ЦБ; пример, который наш мегарегулятор взял с римского сенатора Катона Старшего, к месту и не к месту твердившего, что «Карфаген должен быть разрушен!».

Карфаген был-таки разрушен. А цель ЦБ — 4% инфляции в 2017 г. вроде все ближе, декабрьский (2016 г.) рост цен — 5,4%. Ключевая же ставка все равно остается на уровне 10%.

ЦБ, как и ФРС США, не торопится. Он, беря пример еще и со старухи из пушкинской сказки о рыбаке и рыбке, уже объяснял, что снижения самой инфляции ему теперь недостаточно, нужно выжечь каленым железом даже ожидания повышения инфляции. А тут толкования могут быть разными. Раз экономика, как нам обещают, вот-вот от стагнации перейдет к оживлению, а ЦБ с этим согласен, то это сигнал и для цен: пора приподняться. В последние месяцы растут реальные доходы россиян, а это опять ожидания роста цен, в конце концов, пенсионеры получили в январе по 5 тыс. руб. — это тоже приглашение роста цен.

Вообще, ЦБ должен был бы объявить траур по покидающему российскую экономику кризису. В прежних релизах в банке не раз и не два открытым текстом писали, что кризис — союзник ЦБ в борьбе с инфляцией. А это, строго говоря, позволяет сделать предположение, что ЦБ проводит политику поддержки не экономики, а кризиса. Как хотите, но, на мой вкус, в этом есть что-то каннибальское. Но кризис, наконец, уходит, оставляя ЦБ наедине с инфляцией.

Ожидания роста инфляции, впрочем, аргумент, хотя и изящный, но, конечно, далеко не главный. Как подчеркивают в Sberbank Investment Research, «развитие макроэкономической ситуации в последнее время дает основание для ускоренного смягчения денежно-кредитной политики ЦБ. Дело в том, что, несмотря на продолжающийся динамичный рост реальной заработной платы (в декабре — на 2,4% относительно уровня годичной давности), сдержанная динамика других доходов населения и довольно высокая норма сбережений негативно влияют на потребительский спрос (в декабре оборот розничной торговли упал относительно уровня годичной давности на 5,9%). Низкий уровень потребительской активности и укрепление рубля повлекли за собой стремительное замедление инфляции».

Тогда почему же ставка не снижена? На самом деле продолжающуюся заморозку ключевой ставки на этот раз определил не ЦБ, а Минфин. Речь, конечно, идет о выходе ведомства Антона Силуанова на внутренний валютный рынок с рублевыми интервенциями.

В пресс-релизе ЦБ этот факт, естественно, упомянут, но действия Минфина не только не критикуются, но даже из соображений корпоративной солидарности поддерживаются. «Применение переходного бюджетного правила с проведением Минфином России покупок/продаж иностранной валюты на валютном рынке будет содействовать снижению зависимости российской экономики, в том числе денежно-кредитных условий и динамики инфляции, от колебаний цен на нефть. В среднесрочной перспективе использование бюджетного правила будет способствовать обеспечению макроэкономической стабильности и более предсказуемой и устойчивой динамике процентных ставок в экономике».

А вот комментарий Владимира Евстифеева, начальника аналитического управления банка «Зенит»: «Рассуждения Минфина о переоцененности рубля относительно текущих ценовых уровней нефтяного рынка ставят под сомнение „свободное“ курсообразование на валютном рынке, столь активно декларируемое Центробанком. В погоне за двумя зайцами денежные власти пытаются жестко таргетировать инфляцию, а другой рукой покупать валюту для выравнивания финансирования дефицитного бюджета. В первом случае мы имеем завышенную стоимость кредита. Во втором — давление на рубль, которое и формирует инфляционные ожидания, особенно в условиях подавленного конечного потребления».

Строил-строил ЦБ башню борьбы с инфляцией, а тут откуда ни возьмись появился Минфин и все порушил. И свободное курсообразование, и дрессировку инфляции. У него свои аргументы — бюджет. И ЦБ понуро согласился.

Так что теперь денежные власти гонятся за двумя зайцами. За курсом рубля, чтобы тот больше устроил бюджет, и за 4% инфляции. Какого из зайцев удастся поймать, или старая пословица по-прежнему верна, увидим.

Николай Вардуль

Мнения лидеров   12.02.2017 07:36:45   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.