Дефицит бюджета падает

Дефицит бюджета – 58 млрд руб

Большие налоговые маневры

Большие налоговые маневры

Налоги нам обещают до президентских выборов не менять. Но 2018 г. все ближе, а значит,

Рубль против барреля

Рубль проявил удивительную стойкость к падению цен на нефть, потеряв к «американцу» менее

Инфляция выросла на 0,2%

Росстат сообщил об инфляции в РФ и ЕС

Отток капитала будет $12–13 млрд в 2017—2019 гг.

ЦБ дал новый прогноз по оттоку капитала

Трудотень

Вице-премьер Ольга Голо­дец назвала тип бедности, распространенный в России, «уникальным».

Помогут с резервами

Помогут с резервами

Госбанки готовы уйти из Украины

Чиновников премируют за экономию

У чиновников появляются новые источники легального дохода

Назван самый богатый россиянин

Forbes опубликовал список миллиардеров

Инвестиции в роскошь

Темпы роста цен на коллекционные предметы роскоши серьезно замедлились, свидетельствует

«Финансовая газета» - старейшее, а теперь самое современное экономическое издание. Это и аналитический еженедельник, и электронный портал, и база обновляемых нормативных документов, и площадка, на которой каждый может стать соавтором будущей системы экономического регулирования.



Вы можете оформить подписку на «Финансовую газету», получить доступ к информационно-справочной системе: «Документы, комментарии, консультации»

Сценарии и прогнозы   04.02.2013 09:45:17

Капиталы на току

Как остановить бегущие из России деньги?

Николай Вардуль Главный редактор Финансовой газеты


Капиталы на току

Сергей Пепеляев знает, что остановит бегущие из России капиталы эффективнее, чем увещевания президента. moijurist.ru

Что есть нового в этой грустной и разоблачительной теме? Во-первых, ее несколько разогрел в преддверии Давосского форума вице-премьер Аркадий Дворкович. Во-вторых, прозвучали совершенно конкретные, в отличие от многолетних мантр, предложения, реализация которых может на самом деле остановить бегущих.

Что не договорил Дворкович?

«Отток капитала — это комплексное явление. Есть нормальное размещение в различных активах, и в этом нет ничего плохого. Любой бизнес может так делать, это нормальное поведение на рынке. Другая, плохая для России часть оттока, это тот отток, который связан с плохим инвестиционным климатом. Люди просто не готовы инвестировать в Россию, и мы готовы на это отвечать. От нашего успеха зависит, остановим мы отток или нет. А вот сама макроэкономическая ситуация у нас неплохая, основная же причина оттока — это риски инвестирования», — вот что заявил Дворкович.

Он выделил в оттоке капитала две части. Первая — доброкачественная, которая объясняется участием российского капитала в зарубежных активах, а это как раз и может быть выстраиванием «международных цепочек добавленной стоимости», о которых как о перспективном направлении развития российской экономики в целом говорил на Гайдаровском форуме, за которым и следует Давосский, премьер Дмитрий Медведев.

Вторая — злокачественная, которая объясняется инвестиционными рисками, за которые Дворкович, как следует из его цитаты, готов ответить, вероятно, со всем правительством.

Вроде ответ полный, все стороны указаны. Но добавить к нему есть что.

Бегство капиталов из России продолжается, несмотря ни на рост, сейчас он затухает, но капиталы бежали даже тогда, когда он был гораздо убедительнее, ни на высокие цены на нефть и достаточно убедительные в связи с позитивными сигналами, которые подает мировая экономика, преодолевшая, как считают многие, пограничную посткризисную стадию, их дальнейшего роста. Что может привести к росту курса рубля и соответственно большей привлекательности вложений в российские активы.

Почему же капиталы все равно бегут? Есть такой ответ: они бегут не столько из-за ситуации в России, сколько в мире. Бегство капиталов — это знак неуверенности инвесторов в дальнейшем развитии мировой экономики, вот капиталы и бегут с рискованных рынков.

Все вроде убедительно, но только до последней фразы. Если сравнить ситуацию в России и, скажем, в странах БРИКС, то выясняется, что капитал бежит только из России. Ответ не принимается.

Первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев отвечает так: в условиях высокого положительного сальдо платежного баланса и неразвитых институтов, создающих неблагоприятный инвестиционный климат, отток капитала из России является закономерным. Россия просто не может переварить те деньги, которые у нее есть. Причина — неразвитость институтов.

Сказано общо, но в принципе верно. Вывод: нужно развивать институты, а это совсем не значит обязательно затевать что-то сверхмасштабное и малоубедительное — наподобие реформы электроэнергетики. Известна точка зрения, что инвесторов в России гораздо больше коррупции и пресловутых барьеров пугает зияющее отсутствие нормальных дорог. Для их строительства глобальных реформ не надо.

Но Улюкаев говорит не о дорогах. Развитие институтов — материя более тонкая. Это, например, появление новых инструментов на финансовом рынке или, что гораздо важнее, укрепление независимости суда. Но все это мы слышим постоянно, а капиталы также постоянно бегут.

А если минус поменять на плюс?

Бегство капиталов настолько диссонирует с заявлениями с высоких трибун об успехах российской экономики, что в компании Ernst&Young, Российском фонде прямых инвестиций и Центре интеллектуального резерва при МГУ (замечательное, кстати, название, интеллект в резерве — это так по-русски) усомнились в том, умеет ли ЦБ правильно отслеживать потоки капиталов.

Эксперты занялись данными об оттоке капиталов в момент, когда он составлял (дело было в конце прошлого года) $80,5 млрд, и привели два варианта подсчетов. Согласно первому из суммы в $80,5 млрд необходимо вычесть поддержку «дочками» иностранных банков материнских структур ($6 млрд), прямые инвестиции в экономику России через офшоры ($7–9 млрд), закупки иностранных самолетов ($6 млрд), сделки по слияниям и поглощениям ($10 млрд), а также «чистые ошибки и пропуски» ($9,9 млрд).

По второму варианту из общей суммы вычитаются сомнительные операции компаний и ряд активов и обязательств банков. Из-за этих манипуляций сумма оттока уменьшается до $32,8 млрд.

Эксперты четко продемонстрировали: была бы цель поставлена, а посчитать, как надо, всегда получится. Если же говорить серьезно, то они как раз расщепляли общие данные оттока капиталов на доброкачественные и злокачественные.

ЦБ, надо отдать ему должное, не стал следовать по тропинке, протоптанной Росстатом, который регулярно «грешит» тем, что пересматривает различные методики подсчета, причем, что любопытно, у него всегда получается, что в результате российской экономики каждый раз становится чуть больше, чем было.

Сергей Игнатьев выступил с заявлением: как считали, так и будем считать. И правильно, это одно из проявлений той самой самостоятельности и независимости ЦБ, которой он щедро наделен.

С чего начать?

Если бегство капиталов налицо, а макроэкономические условия, вернемся к Дворковичу, «неплохие», это значит, что риски перевешивают все макроэкономические плюсы. И это уже тема не для дежурных и маловразумительных пассажей об «административных барьерах» или об улучшении анонимных институтов, а для незамедлительных и, что принципиально, конкретных действий.

Каких именно? Ответ на страницах «Новой газеты» предлагает известный юрист Сергей Пепеляев. Он утверждает, что для серьезного бизнеса особого значения не имеет, будет ли новая компания зарегистрирована в течение 5 или 15 дней. Спринтерские сроки приводят лишь к массовому созданию фирм-однодневок.

«Упрощение отчетности» и «наведение порядка» ввиду абсолютной неконкретности на деле оборачивается косметическими мерами или разрастанием контролирующих структур. Свежий пример — предложение создать единый орган, надзирающий за оборотом лекарств, медицинских услуг и пищевых продуктов.

Начать он предлагает по-ленински. Не в смысле мобилизовать балтийских моряков, а найти то самое «звено в цепи», потянув за которое можно вытянуть всю цепь. Пепеляев уверен: начинать надо с реализации положений статьи 53 Конституции РФ о возмещении гражданам и предпринимателям убытков, причиненных решениями и действиями государственных органов и их должностных лиц. То есть бить чиновников и органы исполнительной власти по карману — это подействует лучше президентских увещеваний.

Пепеляев указывает на прецедентное решение ВАС, заставившего налоговую инспекцию, неправомерно доначислившую предприятию налоги и штрафы, возместить суммы, уплаченные юридической фирме за помощь в суде. Что составило без малого 2 млн 900 тыс. рублей.

Другим решением были взысканы убытки, причиненные компании судебными приставами, нерадиво исполнявшими решение суда о взыскании долга.

Пепеляев делает вывод: «Лозунг „Дайте нам справедливый суд, а всего остального мы добьемся сами!“ показал свою работоспособность и в России».

Необходимо, чтобы бизнес активно использовал конституционное право возмещения убытков, причиненных решениями и действиями государственных органов и их должностных лиц, в суде. Но, как подчеркивает юрист, в этом бизнесу нужна помощь, прежде всего на законодательном уровне. Конституционную статью надо приблизить к реальной жизни.

Нормы действующего Гражданского кодекса РФ дают лишь самое общее представление о вреде, его компонентах и способах оценки. Отсутствует процессуальный алгоритм рассмотрения дел о возмещении вреда. Нет законодательного определения вины субъекта власти в причинении вреда.

Пепеляев предлагает: «Ввиду крайней сложности доказывания размеров вреда необходимо предусмотреть в качестве альтернативы выплату лицу, пострадавшему от действий власти, компенсации за причиненный вред в заранее определенных законом размерах.

Такой правовой механизм обеспечит неотвратимость ответственности нарушителя и сделает для потепления предпринимательского климата в сто раз больше, чем любые иные меры».

Это уже совсем не мантры, а прямое руководство к действию. Теперь высоких чиновников, в очередной раз исполняющих арии у одного административного окна, есть о чем спросить. Вопрос звучит так: а что вы сделали для полного выполнения статьи 53 Конституции? То же самое, даже с большим пристрастием, следует спросить и у представителей законодательной власти.

Положения, которые отстаивает Сергей Пепеляев, имеют отношение не только к взаимодействию предпринимателей и чиновников. Они гораздо шире. Умение в полной мере пользоваться правами, гарантированными Конституцией, — признак зрелости общества, его умения цивилизованно и эффективно решать возникающие конфликты, отстаивать свои интересы во взаимоотношениях с властью.

Это то, чего очень не хватает нам с вами, уважаемый читатель.

Николай Вардуль

Беговая дорожка российских капиталов

Сценарии и прогнозы   04.02.2013 09:45:17   

Тэги:

Написать комментарий

  Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.