Агробизнес 18 Фев 2013, 16:00
Вино и мир

Обсуждали условия возврата на российский рынок грузинских вин и минеральных вод. Таким образом, исчезнувшие с прилавков почти 7 лет назад напитки могут вернуться в российские магазины, вероятно, уже к апрелю—маю этого года.

Всеобщего ажиотажа на них, скорее всего, не будет, но и верных поклонников грузинская продукция потерять не успела. А главное, будет одержана победа в затяжной торговой войне с небольшой соседней страной, проявившей неожиданную несговорчивость в политическом противостоянии с российским руководством. А значит, скоро восстановят и прерванные в 2008 году дипломатические отношения.

Косточки вместо винограда

В промозглый октябрь 1995 года мне пришлось оказаться в «послевоенном» Тбилиси. Город еще не переварил гражданскую войну 1992 года и захлебывался от наплыва беженцев из Абхазии, бежавших оттуда в 1993-м. Платить России за энергоресурсы было просто нечем. К тому же тогдашний президент республики Шеварднадзе (кстати, тогда он должен был первый раз законно избраться на должность) на тот момент далеко не доказал российскому руководству свою преданность. Наоборот, он не противился абхазской войне, начатой людьми, подсадившими его в 1992 году на высшую власть. В общем Тбилиси мерз и пребывал в полной темноте.

Но что меня больше всего поразило, так это полное отсутствие в столице Грузии какого-либо вина и даже чачи. В привычных для всего постсоветского пространства киосках продавали лишь голландский синтетический спирт в двух ипостасях: либо высокоградусный, почти не разбавленный Royal, либо разбавленный до 40 градусов в виде водок «Иосиф Сталин» и «Борис Ельцин». Пить оба последних сорта было выше любых физических сил. Но на вопрос, где же «Хванчкара», «Киндзмараули», или на худой конец домашняя чача, в окружении Шеварднадзе неизменно отвечали: «Вот справимся с разрухой, тогда и вино с чачей достанем».

Возрождения винной промышленности Грузии мне так увидеть не довелось. Но спустя три года грузинское вино вроде бы вновь появилось в Москве. Слово «вроде» я использовал не случайно. Во-первых, цена на большинство представленных образцов почему-то доходила до уровня (и даже перехлестывала) куда более качественных европейских вин. А, во-вторых, что совсем грустно, вкус был какой-то не грузинский. Не сладкий (или полусладкий), чем эти вина всегда и славились, а явно перекисший. В ряде случаев было ясно, что это не грузинская продукция, а контрафакт, произведенный, вполне вероятно, как и вся контрабанда, на Малой Арнаутской.

Сами грузинские виноделы потом не раз признавали, что в конце 1990-х — начале 2000-х подделки на российском рынке составляли до 50%. Даже бывший министр обороны Грузии Давид Окруашвили, которому сменщик Шеварднадзе Михаил Саакашвили поручил в 2006 году разобраться с качеством вина (а кто кроме военных лучше всех знает в нем толк?), признал, что в Россию сбывали, извиняюсь, даже «фекальные массы».

Не поздно пить «Боржоми»

Еще более неприемлемая ситуация складывалась с самой любимой советскими людьми минеральной водой «Боржоми». На российском рынке, по разным исследованиям, ее настоящей вообще не было — одни содовые растворы с водой из-под крана. И это в лучшем случае. Впрочем, еще в конце 1980-х злые языки утверждали, что настоящие источники «Боржоми» уже иссякли. И даже настоящая вода из Грузии не совсем то, что было раньше. Не случайно, сейчас в самой Грузии более популярна вода «Набеглави».

Но в любом случае служба Геннадия Онищенко ничего серьезного тогда не предпринимала. А потребители ведь травились.

Но все изменилось в марте 2006 года. Более двух лет у власти в Грузии находился Михаил Саакашвили, который к тому же год как избавился от своего друга и соратника премьера Зураба Жвания. Последний погиб при так и не выясненных до конца обстоятельствах. Но утверждали, что его убил один из приближенных Саакашвили (сейчас следствие возобновлено). При этом Жвания был настроен более по-русски. Он даже приглашал российских чиновников и журналистов собирать виноград и делать вино в лучших винодельческих провинциях Грузии. К тому же в тот момент в Грузии были арестованы и обвинены в шпионаже в пользу Москвы ряд российских офицеров, служивших на законно расположенных в соседней республике на тот момент наших военных базах.

Да и еще. Российские таможенники и пограничники постоянно докладывали, что через погранпункт Верхний Ларс, что в Северной Осетии, постоянно идут из Грузии незадекларированные потоки спирта. Откуда они на самом деле шли, теперь, впрочем, уже не разберешься.

Но в любом случае Геннадию Онищенко в Кремле приказали действовать, соблюдая российские фитосанитарные требования, самые жесткие в мире. Роспотребнадзор бросился в бой. В грузинском вине тут же нашли: свинец и сразу несколько классов пестицидов, например ДДТ, гептахлор и гексахлорциклогекс. Эти вещества, кстати, запрещены Стокгольмской конвенцией, которую Грузия ратифицировала осенью 2006 года, а Россия подписала в 2002-м, но так до сих пор и не ратифицировала. Так что официально ДДТ грузинам так и не предъявили. Но сказали, что вино и вода по своим качествам в России продаваться не могут.

В итоге 27 марта 2006 года российская таможня перекрыла поставки всего грузинского вина, а заодно и молдавского (его разрешили через год). 5 апреля запретили грузинский коньяк, а в мае и все минводы.

Тбилиси ответил изящно. В июле грузины отозвали свою подпись под двусторонним соглашением с Россией о пропуске ее в ВТО. Так и держали Москву на коротком поводке до ноября 2011 года, когда под давлением Вашингтона подпись вернули, но при условии получения данных о внешней торговле Абхазии и Южной Осетии.

Потери Грузии от эмбарго Онищенко до конца не подсчитаны. Приводятся цифры от $35–40 млн даже до $100 млн только от прекращения ввоза вина. Но ясно, что, несмотря на переориентацию грузинского вина с России на Украину, Казахстан, Китай, Польшу, Белоруссию и Прибалтику, полностью компенсировать объемы винного экспорта Тбилиси не удалось. Так, если в прошлом году Грузия экспортировала, по разным данным, до 40 млн бутылок вина, то в 2005-м и только в Россию — до 60 млн. С «Боржоми» ситуация лучше. Эту воду покупают в других странах даже больше, чем в России до эмбарго.

Но в любом случае новое правительство Грузии (более пророссийское) под руководством Бидзины Иванишвили спит и видит свое вино в Москве.

За что пьем?

В последнее время Геннадий Онищенко неоднократно заявлял, что готов вести переговоры о возвращении грузинских минеральных вод и вина на российские прилавки. И даже называл ориентировочные даты, в которые переговоры с грузинской стороной могут состояться: «Мы готовы с ними встретиться, чтобы обсудить комплекс проблем. Я назвал две ориентировочные даты, когда я могу с ними встретиться, 28 января или 4 февраля. Если список делегации, который мы получили в приватном порядке, будет официально подтвержден Грузией, то я обращусь в МИД для того, чтобы им оформили визы».

Онищенко действительно обратился с просьбой в российский МИД о выдаче виз ряду грузинских чиновников и предпринимателей. По информации источника из МИДа, соответствующее указание было направлено секции интересов России при посольстве Швейцарии в Тбилиси (дипотношения между Россией и Грузией прерваны в августе 2008 года после нападения грузинских войск на Южную Осетию).

В результате в Москву 4 февраля прибыла грузинская делегация во главе с руководителем Национальной ассоциации вина Леваном Давиташвили.

Возможно, этого бы не случилось или случилось гораздо позже, если бы не события, произошедшие в Москве и Давосе 23 января. Практически одновременно Владимир Путин в своей подмосковной резиденции Ново-Огарево принял католикоса-патриарха всея Грузии Илию II, а грузинский премьер Бидзина Иванишвили как бы невзначай подошел к Дмитрию Медведеву на приеме в честь гостей Всемирного экономического форума в швейцарском Давосе.

О чем говорили несколько минут премьеры, доподлинно не известно. Но важно, что вообще разговор состоялся после нескольких лет сначала «горячей», а затем «холодной» войны между двумя странами. Зато Илия II, всегда считавшийся пророссийским деятелем, не скрывал перед Путиным намерений Иванишвили: «Он делает все необходимое и возможное, чтобы наладить отношения». И подчеркнул: «Мы по-прежнему будем братьями». Осталось дождаться политического финала в судьбе продолжающего оставаться президентом Михаила Саакашвили.

Ну, а пока руководитель грузинской «винной» делегации, председатель Национального агентства вина Леван Давиташвили прогнозирует: «На встречах в Москве будут обсуждаться такие технические вопросы, как система контроля качества продукции и правила сертификации».

Правда, к термину «технический» надо относиться с изрядной долей политического скепсиса. С самого начала винного эмбарго (2006 года) было ясно, что его официальные объяснения — дескать, качество грузинского вина и минеральной воды не соответствует российским санитарным нормам — не более чем ширма, впрочем, грамотно сшитая Геннадием Онищенко.

Однако на пути грузинского вина в Россию остаются преграды. Как утверждают в Роспотребсоюзе, «грузинская сторона еще не согласовала список предприятий, которые мы могли бы посетить с проверкой». Но не будем терять оптимизм. Тем более что грузинское вино должно поднять его градус.

«Скорее всего, определенные договоренности уже достигнуты», — говорит знакомый с ситуацией участник алкогольного рынка. Он считает, что напитки из Грузии могут появиться на российских прилавках уже в апреле: контакты с продуктовыми сетями, скорее всего, остались. Да и самим магазинам это интересно. Как-никак, за 7 лет количество лояльных к грузинской продукции россиян сильно не сократилось.

В том, что вернувшиеся на российские полки грузинские напитки найдут своего потребителя, не сомневается и директор ЦИФРРА Вадим Дробиз. Правда, по его мнению, ждать их возвращения стоит не раньше лета. Эксперт опасается повторения истории с винами из Молдавии. Роспотребнадзор тогда почти 1,5 года проверял местных виноделов. А на полках магазинов их продукция появилась спустя еще несколько лет.

Впрочем, в пользу того, что возвращение грузинских напитков в Россию — вопрос решенный, говорят еще некоторые обстоятельства. В конце января стало известно, что семья покойного Бадри Патаркацишвили продала контрольный пакет в компании IDS Borjomi одной из структур, замыкающихся на «Альфа-Групп». А несколько недель назад в пресс-тур в грузинский Боржоми вылетел «целый самолет журналистов». Организовала поездку российская дочка IDS Borjomi International (бренд «Боржоми»), после введения эмбарго занимающаяся в России производством воды «Святой источник». Пригласили в Грузию и делегацию российских сомелье.

Однако эксперты сходятся во мнении, что сильного ажиотажа на грузинские вина после их возвращения не будет. «Если в рекордном 2005-м на российский рынок из Грузии поступало 55 млн бутылок, то сейчас они могут рассчитывать лишь на 10–15 млн бутылок», — говорит Вадим Дробиз. В нише вина средней ценовой категории за 7 лет прочно обосновалась продукция как ближнего (Молдавия, Абхазия), так и дальнего (Чили, Испания, Франция) зарубежья. Конкурировать грузинам с ней будет непросто.

Константин СМИРНОВ, редактор отдела экономики «МК», специально для «Финансовой газеты»

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться