Почему страхование сталкивается с новыми рисками?

Почему страхование сталкивается с новыми рисками?

Страхование 22 Янв 2017, 06:51
Почему страхование сталкивается с новыми рисками?

Зачем создавалась эта 100%-ная «дочка» Банка России с уставным капиталом 71 млрд руб, на сегодняшний день оплаченным пока лишь на 30%? Создание РНПК многие называют нашим ответом за западные санкции. Действительно, до санкций российские страховщики без всяких проблем перестраховывали риски на Западе. Сейчас такие операции не то чтобы совсем прекратились, но заметно уменьшились. Особые сложности возникли при перестраховании рисков компаний, напрямую попавших под западные санкции. Существует расхожее мнение, что ради прибыли бизнес готов пойти на все и никакие ограничения не могут стать преградой для движения капитала. Это не совсем так. Потери для западных страховщиков от ухудшения отношений с Минфином или Госдепом США могут быть в разы больше, чем доходы от небольшого по мировым меркам российского рынка страхования.

Некоторые считают, что по сути страхование — это монетизированная теория вероятности, все страховые случаи фактически оплачиваются деньгами тех клиентов, у которых страховой случай не наступил. Существует одно «но» — теория вероятности работает для больших чисел. Если страховая компания застрахует миллион водителей по ОСАГО, то она с точностью до нескольких процентов будет знать, сколько денег уйдет на выплаты, а сколько останется в кармане в виде прибыли, потому что есть статистика по ДТП, размеру среднего ущерба и пр.

Иное дело — страхование промышленных объектов или рисков. Вот, например, на днях Дальневосточный центр судостроения и судоремонта объявил тендер на страхование строящегося судна. Согласно конкурсной документации страховая сумма ответственности за гибель и повреждение при постройке составляет чуть менее 2,7 млрд руб., при этом страховая премия, т. е. стоимость страхования, составляет 11,58 млн руб. Таким образом, чтобы выплатить ущерб по страховому случаю за счет средств других клиентов, страховщик должен застраховать как минимум 250 таких строящихся судов, что, согласитесь, нереально.

Конечно, сложно представить себе ситуацию, при которой строящийся танкер будет уничтожен в хлам и за него придется выплатить почти 3 млрд руб. Но все когда-нибудь происходит впервые. Так, в 1970—1980 гг. российские ядерные реакторы РБМК (реактор большой мощности канальный) считались не только самыми экономически выгодными, но и самыми безопасными. Однако это не помешало такому реактору взорваться на Чернобыльской АЭС.

Надо отметить, что страхование крупных рисков, как и страхование рисков юридических лиц в целом, — это не основной хлеб страховщиков. По оценкам RAEX (Эксперт РА), темпы прироста страховых взносов по всем видам страхования в 2016 г. можно оценивать в 2–5%, а объем рынка в целом не превысит 1070 млрд руб. Из этого объема доля страхования имущества юридических лиц составляет порядка 10%, еще чуть менее 5% приходится на долю так называемых специальных линий — (ж/д, авиа, морское страхование, страхование грузов и сельхозрисков), т. е. в денежном выражении этот сегмент рынка можно оценить в 160 млрд руб. При этом ожидается, что рынок страхования имущества юридических лиц по итогам 2016 г. снизится на 5–7%, примерно на столько же он упал и годом ранее.

Естественно, что миллиардные выплаты по страховым случаям станут сильным финансовым ударом даже для крупных страховых компаний. Поэтому вполне понятно желание разделить крупный риск с кем-нибудь, например с крупной западной страховой компанией, для которой миллиард наших рублей — не такая уж и большая сумма. Учитывая, что тарифы западных страховщиков на несколько процентных пунктов ниже, чем в России, пару лет назад на эту разницу можно было жить. Но финансовые санкции серьезно усложнили перестрахование российских рисков на Западе.

Казалось, созданы все условия для развития внутреннего рынка перестрахования, но нет — объем рынка входящего перестрахования, по данным Всероссийского союза страховщиков, упал примерно с 48 млрд руб. в 2014 г. до менее 35 млрд руб. в 2015 и 2016 гг. А если учитывать девальвацию руб­ля, то можно говорить о падении реальных сборов вдвое. Половина объема рынка перестрахования — это перестрахование имущества юридических лиц, многие из которых в условиях кризиса стремятся к сокращению издержек. Как отметил президент Всероссийского союза страховщиков (ВСС) Игорь Юргенс, «со стороны клиентов на страховщиков будет оказываться сильное ценовое давление, исключающее возможности повышения тарифов в добровольных видах страхования. Рост тарифов в обязательных видах также практически исключен».

Но говорить о закрытии мирового страхового рынка для России было бы неправильно. На днях ФГУП «Космическая связь» объявило о том, что полностью застраховало спутниковую группировку на 2017 г. на общую сумму 41,3 млрд руб. Страховщиками стали три компании: «Ингосстрах» с долей ответственности 60% от страховой суммы, СОГАЗ (30%) и «АльфаСтрахование» (10%). В данном случае основной проблемой для перестрахования рисков у крупных международных компаний были не санкции, а серия космических аварий в 2015 г.: гибель MexSat из-за сбоя в работе «Протона-М», гибель «Прогресса М-27 М», спутников EgyptSat и Amos-5. Естественно, что после такого провала западные страховщики не испытывали особого желания страховать российские космические объекты и лишь работа представителей российской космической отрасли с мировым страховым сообществом позволила снять остроту проблемы. Кстати, часть рисков была перестрахована в РНПК — российские страховщики, нуждающиеся в перестраховании, обязаны не менее 10% объема перестраховывать в РНПК.

Последнее обязательное условие настораживает. Не секрет, что наиболее крупными страхователями являются как раз государственные структуры — это предприятия космической и атомной отраслей, структуры Минобороны и МЧС. Даже страхование аграрных рисков зачастую является необходимым условием получения государственных субсидий. Как мы выяснили ранее, крупные риски надо перестраховывать, причем не менее 10% в РТПК. Таким образом, получается, что в ряде случаев государство будет страховать само себя. Представьте себе ситуацию, что вы купили машину и застраховали ее на 90% в надежной страховой компании, а на оставшиеся 10% — у самого себя. С финансово-экономической точки зрения такая операция абсурдна.

После победы Дональда Трампа на президентских выборах в США многие аналитики заговорили об отмене или как минимум серьезных ослаблениях западных санкций в отношении России. Что ж, это вполне вероятно. Стоит ли в этом случае ожидать восстановления рынка страхования, его роста двузначными досанкционными темпами (максимальный темп роста отмечался в 2012 г. — +22,2%)? Скорее всего, такие ожидания будут сверхоптимистичными. Появление дешевого западного финансирования приведет к росту экономики и, как следствие, росту доходов населения. Поэтому где-то через год после отмены санкций можно ожидать заметного подъема на рынке страхования физических лиц. А вот положительные тенденции на рынке добровольного страхования рисков юридических лиц, скорее всего, проявятся значительно позже, прежде всего потому, что в условиях финансовых трудностей в первую очередь сокращают непроизводственные расходы, в том числе и на страхование. И для возобновления страхования необходимы не только наличие свободных средств, но и новые аргументы в пользу экономической целесообразности этого. Так что рынку страхования юрлиц нужны новые драйверы для роста, и не исключено, что инициатором таких драйверов станет государство, придумав, например, новые виды обязательного страхования.

Борис Соловьев

Динамика сборов и выплат по входящему.jpg

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться