Энергетический прорыв в XXI веке: глобальная газовая перспектива для России

Энергетический прорыв в XXI веке: глобальная газовая перспектива для России

«Финансовая газета» провела на заседание своего дискуссионного клуба и обсудила вместе с экспертами стратегию и тактику прорывного выхода из глобального газового тупика.
ТЭК / Константин Смирнов 28 Сен 2019, 14:10
Энергетический прорыв в XXI веке: глобальная газовая перспектива для России

С 1 января 2020 года прекратит действие долгосрочный договор между «Газпромом» и «Нафтогазом» о транзите российского газа по украинской ГТС в страны Евросоюза. В прошлом году по украинским трубам было прокачано более 86 млрд кубических метров. Всего же в страны ЕС и Турцию были поставлены рекордные 200 с лишним кубометров. Киев под разными предлогами затягивает переговорный процесс. «Нафтогаз» и Еврокомиссия требуют заключить новое 10-летнее соглашение с обязательством прокачивать в ЕС ежегодно не менее 60 млрд кубов (+30 млрд по мере необходимости). «Газпрому» это не выгодно. Украинский транзит втрое дороже поставок по газопроводам «Ямал-Европа» и «Северный поток-1». Под вопрос ставится и окончание строительства «Северного потока-2». 

К тому же «Нафтогаз» продолжает судебные тяжбы против «Газпрома» в Стокгольмском арбитраже. В прошлом году «Газпрому» присудили выплатить украинской компании $2,6 млрд, хотя этот вердикт оспаривается. В этой связи российский министр энергетики Александр Новак предложил для начала «обнулить» с обеих сторон все решения Стокгольма, «Газпром» же предлагает продлить транзитное соглашение, но всего лишь на 12 месяцев – к 2021 году необходимость масштабного украинского транзита может вообще отпасть. Если компромисс не будет в ближайшее время найден, дефицит газа на европейском рынке станет неотвратимым. Ситуация становится еще более тупиковой из-за попыток США заменить российский трубный газ своим дорогостоящим СПГ. Не за горами и обострение конкурентной борьбы на формирующемся мировом рынке СПГ, куда будут втянуты российские, американские и катарские производители сжиженного топлива.

Стратегию и тактику прорывного выхода из глобального газового тупика предложили авторитетные российские эксперты, которых «Финансовая газета» пригласила на заседание своего дискуссионного клуба:

Виктор Калюжный, президент Консорциума «Союзнефтегазинвест», бывший министр топлива и энергетики РФ (1999-2000);

Алексей Гривач, заместитель гендиректора Фонда национальной энергетической безопасности;

Наталья Мильчакова, заместитель руководителя Информационно-аналитического центра «Альпари»;

Владимир Гуревич, эксперт РАНХиГС;

Наталия Лебедева, генеральный директор ООО «Миравиль Груп», старший преподаватель Финансового Университета при правительстве РФ;

Юрий Гончаров, генеральный директор «Финансовой газеты» и ГК «Результат»;

Константин Смирнов, главный редактор «Финансовой газеты», модератор заседания клуба.

 

Константин Смирнов:

Смирнов Константин.jpg

- Дорогие друзья, спасибо, что вы нашли время для участия во втором заседании дискуссионного клуба «Финансовой газеты». Сегодняшняя тема – «Глобальной газовой передел: вызовы и перспективы».

Почему мы выбрали именно эту проблему? 19 сентября прошел третий раунд трехсторонних консультаций Россия – Украина – ЕС в Брюсселе, на котором обсудили перспективы продления транзитного договора, который заканчивается 31 декабря этого года. Консультации закончилась ничем, а час X неуклонно приближается.

Проблема не только в доставке газа, хотя, на мой взгляд, нам нужно обходить украинскую территорию. Транзит через сопредельную территорию не только экономически не выгоден, но и политически рискован и токсичен. Впрочем, вопрос глубже. Еще совсем недавно мирового газового рынка не существовало, но сейчас он формируется, и прежде всего за счет увеличения поставок сжиженного природного газа (СПГ). Конкурентная борьба основных игроков – Катара, США и России – на этой глобальной площадке ожидается нешуточная. Неслучайно попытки Вашингтона, Варшавы и Киева оттеснить нашу страну с европейского газового рынка становятся все более настойчивыми и геополитически ангажированными.

Юрий Гончаров:

Гончаров Юрий.jpg

-Уважаемые участники Финансового клуба, мы рады вас приветствовать на нашем, уже традиционном, заседании. Тема, которую мы сегодня поднимаем, крайне острая, политически актуальная, она непосредственно влияет на всю экономику России.

Борьба на мировых энергетических рынках обостряется, приобретая зачастую уродливые политические формы и балансируя в последнее время даже на грани войны. Достаточно вспомнить ситуацию в Персидском заливе. Проблемы с газовым экспортом также усиливаются. США всеми силами, опять же широко используя геополитические рычаги, стараются вытеснить Россию с европейского газового рынка, чтобы обеспечить спрос на свой дорогой СПГ. Вашингтон с самого начала строительства пытается заблокировать строительство «Северного потока – 2» и кое-что ему удалось сделать: Дания до сих пор не дала согласия на прокладку трубопровода в своей морской исключительной экономической зоне. Киев продолжает фактически блокировать переговоры о продлении с 1 января 2020 года транзитного договора между «Газпромом» и «Нафтогазом».

На заседании нашего дискуссионного клуба сегодня пришли одни из самых авторитетных экспертов в газовой отрасли. Уверен, что обсуждение глобального газового передела пройдет конструктивно и интересно для всех присутствующих.

Виктор Калюжный:

Калюжный Виктор.jpg

- Большое спасибо за возможность принять участие в дискуссии, посвященной этой острой и болезненной теме. Государству нужно определиться, идем ли мы на сжижение, либо мы остаемся в зоне чистого газа. Когда всего 65% населенных пунктов газифицировано внутри России, конечно, трудно говорить о каких-то «переделах».

Сегодня нужно искать пути взаимоотношений с Украиной. Россия не торгуется за свое, а решает проблему, пытается найти выход из создавшегося положения. Тем более, на Украине сменилось руководство страны, пришел молодой парень, надо ему помочь. Опыт России чисто по-соседски должен, конечно, играть главную скрипку, и надо скрипача найти такого, которого хотели бы слушать на Украине.

Что касается перспектив наших поставок в Европу. Полагаю, что бы Америка ни делала, она не затормозит «Северный поток – 2», его строительство невозможно уже остановить. И Германия уже занимает более понятную позицию, что остановить это невозможно. Газ нужен Европе, и российский газ останется в приоритете, кто бы там ни появлялся.

 

«Плотный коллектор»

Алексей Гривач:

 Гривач Алексей.jpg

- Тема «Глобальный газовый передел» остра – звучат газовые войны, газовое оружие, но я хотел бы сделать немного другой акцент. Сейчас в принципе речь идет о переделе мировой энергетике в пользу газа.

Если XIX век – век угля, XX – нефти, то какой будет XXI? Предполагалось, что баланс плавно перетечет в сторону более чистого, более экономически эффективного и имеющего большие запасы и перспективы разработки природного газа. Но в какой-то момент на Западе, который является законодателем мод, возникло ощущение, что это большой риск для них, потому что большая часть запасов газа сосредоточено даже не в большом количестве стран, не входящих в периметр западного мира, а просто в 3–4 странах. То есть создание «газового ОПЕКа», как некая глобальная угроза, рассматривается серьезно. Во многом из-за этого сам процесс формирования глобального рынка газа шел не так быстро и не соответствовал тому потенциалу, который имеет газ в мировой энергетике. Формирование свободного рынка газа могло бы привезти к очень серьезному геополитическому усилению стран, обладающих этими ресурсами.

Ситуация изменилась после того, как США начали интенсивно разрабатывать запасы, извлекаемые из плотных коллекторов, то что называется «сланцевый газ». К потенциальным участникам газового мирового картеля присоединились и США. Сейчас уже про газ говорят в более комплементарных фразах, но все-таки попытка проскочить эту историю и сразу перейти к возобновляемой энергетике, шагнуть в светлое безуглеродное будущее до сих пор предпринимаются. Хотя – с точки зрения физики, статистики и экономики – понятно, что с нынешних 3% уйти в какую-то доминирующую роль возобновляемых источников энергии в ближайшее десятилетие не представляется возможным и энергобаланс будет сдвигаться именно в сторону газа. Пока же лидирующим источником является уголь, поэтому немецкие элетромобили будут ездить на энергии, получаемой из угля.

Евросоюз является крупнейшим нетто импортером газа в мире, хотя крупнейший потребитель – это все-таки Северная Америка. Но в Европе очень высок уровень зависимости от внешних ресурсов. По итогам 2018 года, она составила 350 млрд кубометров – следствие опережающего снижения внутренней добычи газа. С 2010 по 2018 год производство газа снизилось примерно на 85 млрд кубов – до 40% от общей добычи, и эта тенденция – долгосрочная. При этом есть климатическая повестка: надо отказываться от угля. Считается, что европейский рынок газа не будет расти, но потребности в импорте, очевидно, будут увеличиваться. Хотя, по нашим оценкам, будет расти в абсолютном выражении и потребление газа при наличии доступа к достаточным ресурсам, адекватной энергетической политике, и привлекательных ценах на этот ресурс.

Энергетическая политика ЕС направлена против российского газа, попытки снизить зависимость от него шли с 2010 по 2014 год, однако физически поставки российского газа в ЕС держались на одном уровне, а доля России росла из-за падения самого рынка. А с 2014 года начала увеличиваться и доля рынка и объемы физического потребления российского газа. Причем за эти четыре года мы забрали из 90 млрд прироста импортной ниши 50 млрд, то есть в районе 60%. Это серьезно, это выше психологической отметки, очерченной в 1980-е, когда Европа «бодалась» с Америкой за право закупать советский газ.

В первом полугодии 2019 года произошло серьезнейшее изменение на европейском рынке – более чем в 2 раза выросли поставки СПГ, при этом российский объем поставок трубного газа практически не пострадал. Но почему это произошло? Не потому, что СПГ стал каким-то сверхконкурентным на европейском рынке. Дело в том, что масштабные вводы терминалов наложились на замедление спроса в Азии, на Ближнем Востоке, Латинской Америке – за исключением Китая, в остальном мире спрос на газ приостановился. Плюс аномально теплая погода и в Азии, и в Европе. В результате, кроме Европы, СПГ плыть некуда. Вот эти масштабные объемы газа – они туда и приплыли, но там они работали в основном «на склад», за счет этого запасы газа в основном пополнялись ПХГ, где-то на 2/3. Этот-то переизбыток и привел к обвалу цен. С $360 за тысячу кубов год назад до порядка $140 в августе. Драматическое падение в 2,5 раза произошло из-за этого притока. Испытывают ли поставщики СПГ радость от завоеванной доли рынка? Сомневаюсь – они теряют деньги.

Теперь, если вернуться к теме газового передела: что означает переизбыток рынка, как на него реагировать? Поставщики могут уменьшать поставки, какие-то не выдержать конкуренции и перестать производить этот избыточный газ. Но очевидно, что в этой геополитической истерии вряд ли кто-то решится прикрутить кран.

Чей СПГ одержит верх в конкурентной борьбе

Наталья Мильчакова:

Мильчакова Наталья.jpg

- Ежегодно Европа потребляет 550–570 млрд кубометров природного газа. В 2018 году доля «Газпрома» достигла 37%. Доля СПГ в 2018 году составляла 8%, это газ преимущественно из Катара, а также из России («НОВАТЭК»), Нигерии, Алжира, Египта и Ирана. Загрузка терминалов по приему СПГ увеличилась с 29% до 31%, в основном благодаря увеличению импорта из России, так как Катар сокращает поставки. Спрос на сжиженный газ, как видим, в Европе достаточно высок.

В 2018 году всего в Европу было поставлено 72 млрд кубометров газа в форме СПГ, из них 23 млрд пришлось на Катар, по 13 млрд на Алжир и Нигерию, 6,7 млрд – на Россию (Ямал СПГ, «НОВАТЭК»). США поставили в Европу 3,7 млрд кубометров, почти столько же (по 3,6 млрд) поставили Норвегия и Тринидад и Тобаго. США в 2018 году стали пятым по объемам поставщиком СПГ в Европу. Даже Еврокомиссия оценила, что импорт газа в Европу из США с даты совместного заявления ЕС и США о расширении «стратегической торговли», то есть с 25 июля 2018 года выросли на 181%. Хотя рост впечатляющий, но США пока далеко не лидер на рынке СПГ. В феврале 2019 года Россия поставила в Европу 1,41 млн т СПГ, согласно данным Refinitiv Eikon. Это был крупнейший объем поставок с российского терминала «Ямал СПГ», построенного НОВАТЭКом в прошлом году. А Катар, ранее крупнейший поставщик СПГ в Европу, оказался в феврале только на втором месте после России с объемом поставок в 1,33 млн т сжиженного газа. При этом США среди крупнейших поставщиков СПГ на европейский рынок занимают только 5-е место – на 3-м и 4-м находятся Алжир и Нигерия.

По оценкам «НОВАТЭКа», рыночная цена поставляемого компанией в Европу одного миллиона тепловых единиц топлива (mmBtu) составляет $3,15 за mmBtu, а США аналогичный объем продают европейцам за $7–8, то есть в 2–2,5 раза дороже, чем у российского поставщика. Однако российский СПГ пока не конкурент трубопроводному газу, несмотря на то, что у «Газпрома» в период повышенного спроса газ может стоить в пересчете на тепловые единицы топлива стоить около $6 за mmBtu. Но в любом случае «НОВАТЭК» или другие поставщики СПГ пока не могут поставлять в Европу те объемы, которые уже сегодня способен поставлять «Газпром» через свои трубопроводы. По оценкам «Газпрома», когда «Северный поток – 2» будет построен, то совокупный объем поставок российского трубопроводного газа в Европу составит 235 млрд кубометров в год, а проектная мощность завода «Ямал СПГ» составляет всего 23 млрд кубометров. Тем не менее в российском министерстве энергетики возлагают большие надежды на СПГ, ожидая, что к 2025 году на поставки российского СПГ будет приходиться около 15% всего мирового рынка СПГ. Более того, министр энергетики РФ Александр Новак заявил в интервью, что к 2035 году Россия планирует увеличить в 5 раз производство сжиженного природного газа: с 28 млн т в 2018 году до 120–140 млн т в 2035 году.

Владимир Гуревич:

Гуревич Владимир.jpg

- Я хотел бы одновременно и поспорить с коллегами и поддержать их.

Судя по всему, в 2020–30-е годы, газ будет единственным видом органического топлива с достаточно прочными перспективами. Уголь будет сворачиваться. Это уже происходит в Европе очень быстро, это начало происходить в Азии. Это естественно, потому что он слишком грязный, и на месте производства, и на месте потребления.
Нефть – это следующий претендент на сокращение ее доли в мировом энергобалансе. До сих пор говорили о том, что этот период пика спроса, с последующим неизбежным падением, произойдет вскоре после 2040 года, потом в середине тридцатых. То, что произошло с Саудовской Аравией, я думаю, резко ускорит процесс сокращения доли нефти и по экологическим мотивам, и по соображениям национальной безопасности. При таких геополитических угрозах ускорится процесс отказа от нефти, как не просто грязного, а геополитически самого рискованного источника в мире.

У газа с подключением ресурсов сланцевых месторождений, возможности гораздо выше, чем у нефти. Поэтому в случае продолжения усиления геополитического конфликта на Ближнем Востоке ставки на нефть будут снижаться, а ставки на газ расти.

В чем я хотел бы поспорить. Есть такая простая школьная математическая задача, которая заключается в том, если вы сегодня владеете 1% рынка, допустим, и каждый год его удваиваете, то, что произойдет, когда вы сможете захватить этот рынок целиком? За 7 лет. Мы колоссальным образом недооцениваем масштаб тех изменений, с которыми столкнулся мир. Посмотрите, что говорили те же «Газпром» и «Роснефть» 5 лет назад про так называемую сланцевую добычу. До 2010 года сланцевая добыча нефти в США, если возьмете диаграмму, она идет почти что горизонтально. Потом начинается подъем – с того момента как сланцевая добыча перевернула весь мировой рынок, и унесла у нас $200 млрд. Прошло четыре года, и теперь регулятором является в значительной степени не ОПЕК, не Саудовская Аравия, а Штаты.

Я не думаю, что электромобили будут ездить за счет энергии, получаемой из угля. Не будет энергии из угля и через 10–15 лет: они будут ездить на энергии получаемой из газа, солнца и ветра.

Взгляните, каковы инвестиции в мировую генерацию: с 2014 года четверть триллиона долларов ежегодно вкладываются только в солнце и ветер. С 2017-го 60% вводимых станций – только на основе двух этих источников, все остальные – гидро, атомные, угольные, торфяные, био, какие хотите, мазутные, в сумме это уже гораздо меньше, чем эти два источника. Поэтому порядок трансформации и скорость изменений гораздо выше, чем мы можем себе представить. Структура мирового энергохозяйства меняется очень быстро, хотим мы это признать или нет. Слава Богу, что мы достаточно развиты в сфере газовой отрасли, но мы сильно отстаем во всех этих направлениях, и это может стать огромным риском.

Наталия Лебедева:

Лебедева Наталия.jpg

- На сегодняшний день мы могли бы назвать глобальным, наверное, только нефтяной рынок. Потому что развита полностью инфраструктура, полностью вся цепочка от производства до конечного потребителя логистически обеспечена, есть работающие терминалы и танкерный парк. Но мы знаем, что вкладываются крупные инвестиции в различные сегменты СПГ, то есть это и upstream-сегмент, и downstream. Неопределенность заключаются в цене – какой она будет через год, через 10 лет, будет ли рост спроса на СПГ или падение. Если все инвестиционные проекты, которые сейчас запущены, будут в итоге реализованы, к 2022 году очень много игроков выйдет на рынок этого товара.

В итоге глобализация на рынке СПГ может быть вызвана только его мобильностью. Это серьезное капиталовложение, в том числе и в машиностроение. Если мы говорим про российскую проблематику, то, например, в России практически отсутствуют производители танк-контейнеров, в которых перевозят СПГ. Практически не создан в нашей стране флот для транспортировки газа, что препятствует назвать рынок СПГ глобальным, по крайней мере, в нашей стране.

Машиностроители, к сожалению, сталкиваются с нехваткой денежных средств. Очень мало технологий, которые позволяют быть лидерами. Мы должны покупать, или каким-то образом заимствовать эти технологии, что, в принципе, очень дорого нам обходится. Покупая чужую технологию, мы тем самым финансируем чужой технологический рынок.

Неопределенность с ценой заставляет задуматься – а имеет ли смысл вкладываться в технологии СПГ? Строительство терминалов с учетом проектирования занимает не менее 5 лет, и инвестор должен сейчас спрогнозировать, насколько рентабельным будет производство.

Но цена зависит от многих непредсказуемых факторов. Например, Китай сейчас наращивает потребление СПГ, но, если мы посмотрим причину, она не была вызвана технологически: просто на государственном уровне было принято решение ухода от угля и перехода на газ. То есть так как технически гораздо проще потреблять СПГ, они стали закупать СПГ.

Огромное внимание нужно уделить странам, которые могут создать дополнительный спрос в этом сегменте, таким как Пакистан, Бангладеш, Таиланд, Кувейт, Сингапур, Индонезия, Литва, Польша. Эксперты прогнозируют, что к 2022–2025 годам потребление в этих странах может сравняться с Китаем и Индией. Здесь другая проблематика возникает – вопрос кредитного рейтинга стран, который позволяет нам определить платежеспособность покупателей и возможность заключения долгосрочных контрактов на поставки.

Алексей Гривач:

- Хотел бы подытожить дискуссию. Мир очень динамичный, но что касается сланцевой добычи, то тут вложения не окупаются. Американский фондовый рынок с его инвестиционной системой позволяет держать эту добычу на плаву, другие страны, которые ориентируется на более классические показатели рентабельности – не могут.

То же самое с возобновляемыми источниками энергии. При том что рост есть, структура баланса очень консервативна. Сложно ожидать, что за следующие 20 лет вдруг пойдет какая-то геометрическая прогрессия. Нет. Более того, этот сегмент замедляется – много денег вкладывают, но коэффициент использования минимальный. В Германии, к примеру, возобновляемые источники имеют самую большую установленную мощность, а обеспечивают только 30% генерации. И это уже создает проблему для стабильности системы.

В сегодняшней ситуации принимать инвестиционные решения очень сложно. Вы видите, какие цены сложились, какие дополнительные объемы сильно давят на рынок и, соответственно, только плодят ожидания будущих убытков. Конечно, должен быть очень серьезный стимул для принятия инвестиционного решения в такой системе.

Константин Смирнов:

- Благодарю за интересную дискуссию. Мы, конечно, не смогли дать окончательные ответы на вопросы, чем закончатся переговоры о дальнейшей судьбе украинской ГТС и когда завершат строительство «Северного потока – 2». Слишком много геополитических рисков (достаточно вспомнить, что Палата представителей Конгресса США инициировала процедуру импичмента против главного противника «СП-2» Дональда Трампа). Не прояснилась поэтому позиция президента Владимира Зеленского и его переговорщиков. Однако наш общий прогноз развития глобального газового передела заключается в том, что Россия имеет все возможности отстоять свои позиции на европейском рынке трубного газа, завоевать крупную долю азиатского рынка и, наконец, освоиться на мировом рынке СПГ. При этом природный газ в обозримом будущем будет наращивать позиции в глобальном энергетическом балансе и достойно конкурировать с возобновляемыми источниками энергии.

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться