Нужна новая модель экономической политики

Нужна новая модель экономической политики

Экономика 27 Окт 2014, 09:05
Нужна новая модель экономической политики

Цена нефти, а вслед за ней и рубль бьют антирекорды. Снижение происходит стремительно. Вместе с рекордами удар приходится и по карманам граждан, и по бюджету, и по всей пока еще существующей системе государственного регулирования экономики. Все больше людей во власти призывают делать выводы, т. е. менять модель регулирования.

В ходе торговой сессии только одного дня (14 октября) нефть марки Brent подешевела в Европе на 3,85 доллара — до 85,04 доллара за баррель. Темпы падения (-4,3%) оказались самыми высокими с сентября 2011 года, как отметила газета The Wall Street Journal. Естественно, рубль отозвался падением, в ходе торгов 15 октября курс доллара впервые в истории зашкаливал за 41 рубль, евро уверенно стремится к 52 рублям.

Это, так сказать, сводки с биржевых полей. Они ничего хорошего российской экономике не сулят. Тем более что процесс падения цен на нефть, за которыми на цепи следуют котировки рубля, практически непрерывно происходит с лета 2014 года, уже без малого два месяца. Премьер-министру Дмитрию Медведеву пора перестать поднимать на щит не раз сказанную фразу о том, что правительство принципиально не будет ничего менять в своей политике. Если правительство будет придерживаться этой линии, события в экономике заставят ставить вопрос о смене правительства.

От какой модели регулирования придется отказаться

«Финансовая газета» поднимает тему обновления экономической политики не в первый раз. Теперь о том же публично говорит министр экономического развития Алексей Улюкаев, о чем мы тоже писали, недавно с развернутым заявлением об обновлении экономической политики выступила глава Счетной палаты Татьяна Голикова.

К выступлению Голиковой мы еще вернемся, а пока еще раз повторим, какую модель предстоит заменить.

Как мы прожили тучные нулевые? Точно так же, как и кризисный 2009 год, как живем до сих пор. Так, как предначертал Алексей Кудрин. Модель регулирования выстроена именно бывшим вице-премьером и министром финансов. Ее сердцевина — та самая финансовая стабильность, которой мы неустанно гордимся: ее слагаемые — бюджетоцентризм и создание подушек бюджетной безопасности за счет «сверхплановых» нефтегазовых доходов.

От кризиса 2009 года эта модель не спасла: как свидетельствует Росстат, падение ВВП тогда составило 7,8%, что вполне соизмеримо с падением украинской экономики в этом году, в условиях гражданской войны. Но не будь резервов, защита от кризиса была бы слабее, а его последствия точно разрушительнее. Оценить же, что бы было, если бы проводилась принципиально иная политика, достоверно нельзя. Сослагательное измерение — для академических ученых и фантастов, а не для практики.

kudrin narfu

Чем меньше денег остается в резервных фондах, тем ближе окончание эры Алексея Кудрина в российской экономической политике. narfu.ru

Сегодня кудринская модель выработалась. Не в том смысле, что доказана ее неэффективность, вокруг нее споры как велись, так и продолжаются. Причина банальнее и, если называть вещи своими именами, страшнее. Кончились деньги. Не вообще, а те самые, резервные. ФНБ почти разобран лоббистами, деньги из Резервного фонда уже призываются в текущий бюджет, правительству развязаны руки, чтобы использовать их по своему усмотрению и в будущем году. А без резервных денег кудринская модель разрушается. Нужна замена. Разглагольствования на эту тему остались в прошлом, нужны действия. И времени на замену нет, она нужна прямо сейчас, что называется, с сегодня на завтра.

Между тем официальный прогноз Минэкономразвития России по цене нефти на 2014 год не меняется, он составляет 104 доллара за баррель сорта Urals. В 2015–2017 годах, по оценкам министерства, цена на нефть составит 100 долларов за баррель. Такой оптимизм считают слишком натужным или попросту ошибочным все больше людей во власти. Стоит напомнить: каждый недобранный доллар с цены экспортного барреля нефти «крадет» из бюджета 80–100 млрд рублей.

В конце сентября глава Банка России Эльвира Набиуллина заявила, что регулятор разрабатывает стрессовый сценарий развития экономики, который предполагает еще более глубокое падение цен на нефть — до 60 долларов за баррель. В этом случае ослабление рубля ускорится, а экономическая активность снизится «вплоть до отрицательных темпов роста экономики».

Но «стрессовый сценарий» пока это всего лишь памятка: может быть хуже. Выводы в сфере экономической политики из него не сделаны. А делать их надо, как считает Татьяна Голикова.

Риски от Счетной палаты

Счетная палата в соответствии с Бюджетным кодексом проанализировала проект бюджета на трехлетку 2015–2017 годов. «Проект бюджета сформирован в сложных социально-экономических условиях, обусловленных наличием системных рисков, связанных с геополитической ситуацией и введением секторальных санкций, а также высокой зависимостью российской экономики и бюджетной системы от внешнеэкономической конъюнктуры», — констатирует в своем заключении Счетная палата.

Если конкретизировать риски, то первый среди них совершенно очевиден, от него, как от старой, но незаживающей мозоли никуда не деться. «Средняя цена на нефть марки Urals в январе—сентябре 2014 года составила 105,07 доллара США, что на 2,5% ниже уровня января—сентября 2013 года (107,73 доллара США за баррель), но на 1% превышает оценку на 2014 год (104 доллара США за баррель)», — отмечается в заключении Счетной палаты. «При сохранении в октябре—декабре 2014 года средней цены на нефть марки Urals на уровне, сложившемся в сентябре текущего года, ее средняя цена составит в 2014 году 102,8 доллара США за баррель, что ниже ожидаемого значения на 1,2 доллара США за баррель. Наблюдаемая в настоящее время тенденция к снижению цен на нефть марки Urals свидетельствует об усилении рисков недостижения ее ожидаемого значения по итогам текущего года», — предупреждают в Счетной палате.

С момента написания документа это предупреждение стало еще тревожнее — падение нефтяных цен ускорилось.

Проблемы в заключении Счетной палаты ставятся на макроэкономическом уровне: «Перестройка сложившейся в настоящее время структуры экономики, основу которой составляет производство товаров с недостаточно высоким уровнем добавленной стоимости, в направлении создания высокотехнологичных эффективных производств, в том числе в рамках импортозамещения, требует определенного времени и затрат соответствующих ресурсов, включая финансовые». Если упростить, то здесь сказано, что российскую экономику, а значит, и Россию ждет трудное будущее. Аналитики Счетной палаты пишут, что риски недостижения в 2014 году прогнозируемого роста ВВП в скромные 0,5% связаны «с наблюдаемыми в истекшем периоде текущего года низкими темпами экономического роста, продолжающимся падением инвестиционного спроса и замедлением роста потребительского спроса, а также с сохранением неопределенности в развитии геополитической ситуации и возможным развитием негативных тенденций в отдельных секторах российской экономики из-за влияния взаимных санкций». На последние слова стоит обратить внимание: в официальном документе Счетной палаты прямо говорится, что ущерб российской экономике наносят не только санкции извне, но и ответные российские контрсанкции.

Риск нехватки инвестиций дополняет инфляционный риск, к которому контрсанкции приложили руку. Показатель роста потребительских цен в 7,5% в 2014 году (не говоря уже о первоначальном прогнозе в 5,5%) также может быть превышен. Слишком высоки, напоминают в ведомстве Татьяны Голиковой, инфляционные ожидания. Продовольствие дорожает быстрее обычного.

Мало того. «Потенциал импортозамещения в секторе продовольственных товаров в настоящее время лимитируется ограниченными возможностями имеющихся производственных мощностей в пищевой промышленности», — говорится в документе. Согласно предварительным данным Федеральной службы государственной статистики (Росстат), к которым апеллирует Счетная палата, уровень свободных производственных мощностей в мясоперерабатывающей отрасли в России 2013 году составил примерно 34%. При этом удельный вес импорта говядины в потреблении в 2013 году в России составил почти 59%, свинины — 31%, мяса птицы — 13%. Доля незагруженных мощностей по производству цельномолочной продукции в России в прошлом году была около 41%, в то время как удельный вес импорта на молочном рынке РФ (в пересчете на молоко) составил около 60%.«С учетом возможных санкций со стороны Украины на поставки сельскохозяйственной и продовольственной продукции на территорию РФ объем импортируемых сельскохозяйственных и продовольственных товаров, подпавших под санкции, может составить примерно 45% общего объема указанных товаров», — резюмировали специалисты палаты.

Тема инфляционных рисков ценами на продовольствие не исчерпывается. В 2014 году 1 июля тарифы естественных монополий подняли по схеме прошлогодняя инфляция минус 30% — до 5%. То же самое обещали сохранить и в будущем. Однако Счетная палата выяснила, что предлагается повысить цены на газ для населения пока еще в размере темпов нынешней инфляции — 7,5%. Но в Счетной палате считают, что повышение не удержится даже на уровне 8%. Электричество подорожает сразу на 8,5% (это 1% к инфляции), тепло — также 8,5% (но это 1,5% к предыдущей оценке). Наконец, пассажирские перевозки взлетят на 10% (+2,5%). При этом, как указала Голикова в своем выступлении в Государственной Думе, эти увеличенные показатели не учтены в проекте бюджета. Так что может быть придется заплатить за тепло и электричество в конечном счете куда дороже.

Новая модель от Татьяны Голиковой

«Я разделяю мнение о том, что 2015 год будет сложным, и считаю, что нам нужно менять парадигму нашего мышления по поводу того, какие факторы влияют на развитие экономики, какие являются локомотивом роста», — так заявила Татьяна Голикова в Думе. Понятно, что смена «парадигмы мышления» должна привести к новой модели регулирования — ведь речь идет не вообще о мышлении, а об осмыслении того, что происходит в экономике.

«Пока те вложения, которые есть в том же самом федеральном бюджете, должного эффекта, к сожалению, не приносят. Те сроки, которые мы обозначаем для себя с точки зрения завершения проектов, они, как правило, не выдерживаются в значительном количестве случаев», — констатировала главный ревизор бюджета.

Она напомнила, что правительство предложило внести в Бюджетный кодекс

поправки, которые разрешают Министерству финансов не направлять дополнительные нефтегазовые доходы в Резервный фонд, а использовать их для замещения источников финансирования дефицита бюджета. Средства Резервного фонда также могут быть направлены для замещения внутреннего и внешнего источников финансирования бюджетного дефицита.

«Это значит, что Министерство финансов не уверено в том, что те объемы доходов, которые сейчас спланированы, будут в полном объеме исполнены. Оно страхуется теми средствами, которые были ранее накоплены. Но средства же небезграничны, и 2015 и 2016 годы мы проживем на тех запасах, которые у нас есть, если все будет развиваться не так хорошо, как бы нам хотелось. Но дальше-то нужно что-то предпринимать. Мы израсходуем эти ресурсы и что потом?» — вот главный вопрос, который задает глава Счетной палаты.

Если суммировать, ответ на него Татьяна Голикова дает такой: необходимо изыскивать инвестиции. Без этого не только не пойдет широко и пафосно-патриотично разрекламированная программа импортозамещения, для которой на практике ничего не готово, но и не поднимется экономика. Инвестиции могут снять и некоторые инфляционные риски. Кроме того, Голикова предлагает разгрузить расходные обязательства региональных бюджетов: государственный долг субъектов федерации и муниципалитетов почти не сокращается и достигает 2,1 трлн руб.

Татьяна Голикова назвала те приоритеты консолидированного бюджета, которые в нем должны быть, чтобы российские госфинансы могли рассчитывать не просто «проскочить» трудный 2015 год, но и дать ответ на вопрос: как жить дальше.

Николай Вардуль

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться