Когда Саудовская Аравия и Катар станут газовыми партнерами России?

Когда Саудовская Аравия и Катар станут газовыми партнерами России?

Контакты России со странами Персидского залива стали неожиданно укрепляться. И не только с Ираном. Подсанкционные государства вынуждены помогать друг другу. Но, что удивительно, отношения улучшаются даже с арабскими монархиями, традиционно ориентированными на США.
Мировая экономика / Константин Смирнов 10 Мар 2019, 12:20
Когда Саудовская Аравия и Катар станут газовыми партнерами России?

Процесс ускорился после вмешательства Москвы в сирийский конфликт. Видимо, арабские элиты поняли, что на геополитическую арену вернулся еще один сильный игрок. Однако взаимный интерес набирает силу также в торгово-инвестиционной сфере, особенно в газовой отрасли. Министр иностранных дел России Сергей Лавров в начале марта провел переговоры в столице Катара Дохе, затем в Эр-Рияде, теперь там ждут президента Владимира Путина. От его визита зависят не только перспективы политических и экономических связей России с Ближним Востоком, но и выгодный раздел будущего мирового газового рынка.

Российский челнок     

Арабские нефтяные монархии, понимая, что углеводороды в конце концов иссякнут, давно уже делают ставку на диверсификацию внутренней экономики и внешних связей. Один из лидеров арабского мира – Королевство Саудовская Аравия – например, даже готовит частичную приватизацию локомотива своей экономики – нефтегазовую госкомпанию Saudi Aramco. К продаже предназначено 5% акций из 100%, дело за малым – довести капитализацию до $1 трлн. При этом в Эр-Рияде не против реализации части продаваемых акций и среди российских нефтегазовых компаний. У последних уже есть уникальные технологии добычи и переработки сырья, к тому же они дешевле западных. Во всяком случае, в этом году может состояться сделка по приобретению саудитами доли в российской нефтесервисной компании «Новомет».

В октябре 2017 года в Москву приезжала многочисленная делегация высокопоставленных чиновников, государственных топ-менеджеров, бизнесменов и даже представителей правящей династии во главе с самим королем Салманом ибн Абдул-Азизом. Замах был большой – речь шла о взаимных инвестициях на десятки миллиардов долларов и даже о приобретении российского оружия, несмотря на то, что в мае того года Эр-Рияд подписал долгосрочные контракты с американскими производителями вооружения на $110 млрд.

Однако пока особых прорывов не случилось – в российскую экономику через каналы РФПИ вложено лишь $2,5 млрд прямых саудовских инвестиций, сходную сумму вложил и катарский суверенный фонд QIA. Зато большая часть средств была направлена на покупку 18,93% акций «Роснефти» – сделка была закрыта в сентябре 2018 года. Тогда же российский министр энергетики Александр Новак обещал реализацию совместных контрактов на $12 млрд.

Катар также намеревался приобрести крупные партии российского вооружения – автоматы АК-12 и противотанковые системы «Корнет-Э». Правда, в Дохе, небезосновательно опасаясь вторичных американских акций, предлагают передать им оружие в качестве дара, чтобы потом инвестировать в российскую экономику. Естественно, особого энтузиазма в Москве это предложение не вызывает, но переговоры не прерываются. Так, Сергей Лавров 4 марта в Дохе посетил и местное министерство обороны, хотя, как правило, подобных зарубежных ведомств избегает.

Таким образом, набор взаимных экономических интересов с Эр-Риядом и Дохой пока не так уж велик, как и с остальными арабскими странами. В 2018 году взаимный товарооборот составил всего $21,7 млрд, что в пять раз меньше, чем с Китаем. При этом Садовская Аравия в этом общем арабском списке занимает 6-е место ($762,2 млн), Катар – 16-е ($78,7 млн).

В политической плоскости контакты еще слабее. Нефтяные монархии всегда поддерживали США, в том числе и в их противоборстве с Баширом Асадом. Впрочем, в последние два-три года ситуация стала меняться. Лидеры Саудовской Аравии и Катара, которые, кстати, любят друг друга обвинять в поддержке терроризма, уже не требуют безусловной отставки президента Сирии, но тем не менее участвовать в восстановлении полностью разрушенной гражданской войной страны пока отказываются. У России поэтому остаются шансы все-таки добиться и дальнейшего изменения позиций арабских монархий в сирийском кризисе.

К тому же Москва явно пытается примирить постоянно враждующие Эр-Рияд и Доху. В июне 2017 года Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Бахрейн разорвали дипломатические отношения с Катаром и объявили ему экономическую блокаду. Эмира Ташима бин Хамада аль-Тани якобы уличили в стремлении урегулировать отношения с Ираном, главным врагом саудитов в регионе. Обвинение более спорное. Катарский эмир так же, как саудовский король, – суннит и всегда противостоял иранским и сирийским шиитам. Скорее, Эр-Рияд раздражает критические репортажи известного во всем мире катарского гостелеканала «Аль Джазира». Другое дело – египетские военные, которых возмутила поддержка Дохой группировки братьев-мусульман, которую считают террористической во многих странах, включая и Россию.

Но сейчас Россия может сыграть роль посредника, который сможет примирить враждующие стороны. России традиционно не выгоден раскол в арабском мире.

Сергей Лавров 4 марта прилетел в Эр-Рияд из Дохи. И, по крайней мере, публично саудовские власти не встретили этот шаг в штыки.

Однако в российском правительстве и в экспертном сообществе есть сомнения в том, чем конкретно наполнить переговоры Владимира Путина с монархами Саудовской Аравии, Катара и возможно ОАЭ и Бахрейна. Не только же обсуждением подготовки к предстоящему в 2022 году в Катаре чемпионата мира по футболу. Из-за этого визит российского президента в Персидский залив может неоправданно затянуться. Но нашим странам есть о чем срочно договориться.

Жидкая валюта

Катар – крупнейший в мире производитель и экспортер сжиженного природного газа (СПГ), в год получается до 77 млн т. Есть планы увеличить производство до 110 млн т. Главные потребители – страны Азии, исключая Китай. Себестоимость катарского СПГ практически нулевая, так как газовые месторождения неглубокого заложения и находятся практически рядом с сжижающими предприятиями.

Александр Новак считает, что уже к 2035 году природный газ станет основой всего мирового энергопотребления. Глобальный спрос увеличится почти на 1 трлн кубометров. При этом быстрее будет расти спрос и предложение СПГ. Его доля, по прогнозу российского Минэнерго, в газовом балансе увеличится в течение 15 лет с 37% до 52%. 

Многие эксперты полагают, что основными игроками на мировом рынке СПГ останутся США и Австралия (которая в конце прошлого года несколько потеснила Катар с первого места). Но ситуация меняется на глазах. Глава российской частной газовой компании НОВАТЭК Леонид Михельсон уверен, что спрос на СПГ к 2035 году составит 700 млн т. И еще одним крупным игроком на этом рынке станет Россия, которая сможет занять до 20% глобального рынка. Добавим, кстати, что в этом году российскую часть рейтинга богатейших людей от Forbes с $24 млрд активов возглавил именно Михельсон, опередив металлургов и нефтяников. Пятое место занял его партнер – Геннадий Тимченко ($20,5 млрд). Этот успех эксперты объясняют началом полноценной работы их предприятия ЯмалСПГ (16 млн т в год).   

Саудовцы заинтересовались российскими газовыми проектами. Так, они намереваются скупить до 30% акций еще одного завода СПГ – «Арктик-2». Кроме того, будет возведен Балтийский СПГ и расширен «Сахалин-2».

В этих обстоятельствах необходимо договариваться о совместном или хотя бы параллельном освоении новых рынков СПГ именно с Катаром.

Напомним, что эта арабская страна вместе с Россией и Ираном стали инициаторами создания еще в 2001 году (официально 23 декабря 2008 года в Москве) Форума стран экспортеров газа (ФСЭГ). Эту организацию по аналогии называют газовым ОПЕК, хотя ФСЭГ не является картелем и цены на газ не устанавливает. Но сейчас в форуме уже 12 действительных членов (Алжир, Боливия, Венесуэла, Египет, Иран, Катар, Ливия, Нигерия, ОАЭ, Россия, Тринидад и Тобаго, Экваториальная Гвинея) и 7 наблюдателей (Азербайджан, Ирак, Казахстан, Нидерланды, Норвегия, Оман и Перу). Все эти страны добывают почти половину газа в мире и владеют более чем 70% запасов. А значит они смогут в ближайшем будущем оказать решающее влияние на физические и финансовые потоки природного газа, в том числе сжиженного.

Россия и Катар фактически не конкуренты на рынках СПГ. Хотя катарское министерство энергетики и объявило в феврале о начале строительства завода СПГ в США совместно с ExxonMobil. Но и на территории Катара СПГ производится совместно с американским нефтегазовым гигантом. К тому же завод будет строиться на основе мощностей терминала, принимающего катарский СПГ. Американский сланцевый газ вытеснил импорт, поэтому арабы нехотя терять вложенные инвестиции.

Однако эти планы не противоречат и российским интересам. Цены на СПГ тем самым вряд ли будут падать из-за низкой себестоимости его производства в Катаре. Придется учитывать высокие производительные расходы в США, которые, например, превышают российские в два раза.

Американцы выкручивают руки Китаю, чтобы он покупал преимущественно их СПГ. Но у России и Катара, в свою очередь, есть возможности потеснить заокеанских конкурентов как на рынке Поднебесной, так и на других, как в Азии, так и в Европе. Мы можем продавать СПГ значительно дешевле, чем американские поставщики.

Неслучайно, министр иностранных дел Сергей Лавров посетил и штаб-квартиру ФСЭГ в Дохе. То же самое необходимо сделать Владимиру Путину в самое ближайшее время. Совместные газовые проекты могут стать основой для политического перемирия Катара с остальными арабскими странами и прежде всего с Саудовской Аравией. Тем более что экономическая блокада уже дала трещину в преддверии мундиаля-2022. Россия, сыграв роль посредника вместо США, не только усилит экономическое и политическое влияние в регионе, но и укрепит свои позиции на новом глобальном энергетическом рынке.

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться