К чему ведет смягчение денежно-кредитной политики в США

К чему ведет смягчение денежно-кредитной политики в США

ФРС США впервые с 2008 года снизила ставку (на 0,25 п.п. до 2–2.25%), что привело к росту доллара до двухлетнего максимума по отношению к основным валютам. В итоге меры, направленные на поддержку экономики США, снизили конкурентоспособность ее экспорта. Акции упали, но американские инвестбанки еще ждут покорения индексами новых высот. России эта ситуация сулит более быстрое снижение ключевой ставки, чем можно было ожидать ранее.
Мировая экономика / 04 Авг 2019, 16:00
К чему ведет смягчение денежно-кредитной политики в США

Парад ставок

Минувший месяц мировые финансовые регуляторы завершали своеобразным парадом ставок. Соответствующие заседания в период между 25 июля и 1 августа проводили ЕЦБ, Банк России, ФРС и Банк Англии. Первым из них, еще в конце позапрошлой недели, объявил о снижении ключевой ставки Банк России – с прошлого понедельника она составляет 7,25%. Для нашей страны – это важное событие, но все же прошлую неделю, что называется, «сделала» ФРС.

Этому помогло и то, что ни Банк Англии, ни ЕЦБ предсказуемо решили пока ничего не менять. Конечно, и решение ФРС было ожидаемо, как, собственно говоря, и действия российского ЦБ. Но хотя снижение ставки в США и было предсказуемо, его последствия таковыми могли только казаться.

Слишком много времени прошло с момента прошлого снижения, слишком многое изменилось за эти 10 с лишним лет, как на финансовых рынках, так и в головах их участников. В «нулевых» мир еще не знал повсеместного распространения отрицательных процентных ставок, масштабных количественных смягчений и прочего. Подобное рассматривалось многими, как экономическая бессмыслица и абсурд. «Зачем инвестировать деньги, если назад гарантированно получишь меньше? Какой смысл?» – нормальный вопрос для финансиста десятилетней и любой большей давности. В то время многие бы предположили, что количественное смягчение (тогда бы сказали что-то вроде «масштабная денежная эмиссия») приведет к гиперинфляции.

Но настала «новая эра», и мы видим то, что видим. Всему есть объяснения, к ним давно привыкли, и вопросами, подобными вышеупомянутым, задаются все реже, но опыта снижения ставок ФРС в такой ситуации у участников рынка нет. У многих нет вообще никакого рыночного опыта, связанного с этим, а опыт тех, кто помнит, как оно бывало, не многого стоит, ведь реагировать на действия ФРС рынок теперь вполне может как-то иначе, чем, например, в 1990-х годах. В эпоху «стагфляции» 1970-х инвесторы воспринимали действия регулятора совсем не так, как в 1960-х, а последнее десятилетие отличается от «нулевых» не в меньшей степени, хотя в ряде случаев и с другим знаком. И все это проблема не только спекулянтов, но и регулятора, который не может быть вполне уверен в том, что получит нужный отклик.

Трудности коммуникации

Вообще-то принято считать, что снижение ставки ведет как минимум к краткосрочному росту ценных бумаг и ослаблению валюты. Но на этот раз все пошло как-то не совсем так – ФРС не только снизила ставку на 0,25 п.п., но и объявила о намерении завершить раньше намеченного программу количественного ужесточения. Это довольно весомо – все-таки ФРС сокращает баланс, раздувшийся в ходе количественного смягчения до $4,5 трлн, всего около года, и он все еще вчетверо больше докризисного. Остановлено ужесточение будет всего на несколько недель раньше ожидавшегося, но и это делает общее смягчение денежно-кредитной политики более заметным. Это должно было до некоторой степени уравновесить тот факт, что рынок ожидал большего снижения. Отчасти в этих ожиданиях была виновата сама ФРС. В июле президент Федерального резервного банка Нью-Йорка Джон Уильямс неосторожно «не исключил» снижения ставки на 50 б.п. В итоге ФРС пришлось делать даже специальное разъяснение о том, что его неправильно поняли.

Вообще проблемы в области коммуникации с рынком – это уже фирменный стиль председателя ФРС Джерома Пауэлла. На прошлой неделе публике было бы вполне достаточно услышать что-то относительно определенное касательно перспектив дальнейшего снижения ставки. Но как раз с этим все опять вышло невнятно – поначалу наблюдатели вообще восприняли слова главы ФРС на пресс-конференции, как утверждение о том, что больше снижений ставки не будет. Американские акции начали стремительно падать, но как только Джерому Пауэллу это сообщили, он заговорил о том, что совсем не это имел в виду.

Как бы то ни было, в день снижения ставки индекс S&P500 опустился с 3017 до 2958 пунктов, на следующий день он было попытался подрасти, но в итоге ушел еще ниже. А курс американской валюты, напротив, уверенно пошел вверх. Индекс доллара (курс по отношению к корзине основных мировых валют) достигал 98,7 – это максимум с мая 2017 года.

Укрепление валюты после снижения ставки – не самый завидный результат. Глава ФРС заявил, что его политика направлена на поддержание дальнейшего роста экономики США, перспективы которой, впрочем, остаются благоприятными. Но обозначенные им проблемы рост курса доллара, скорее, обостряет, чем смягчает. Ведь обеспокоенность Джерома Пауэлла, по его же словам, вызывает неопределенность в мировой экономике и напряженность в торговых отношениях. При этом в качестве примера отрицательного воздействия на США он приводил динамику обрабатывающих производств, низкую инвестиционную активность и замедляющийся рост рабочих мест.

Впрочем, у падения американских акций были и другие причины. Поначалу президент США Дональд Трамп, вечно требующий от ФРС масштабного снижения ставок, выступил, казалось, на стороне участников фондового рынка, заявив в Twitter: «Рынок хотел услышать от Пауэлла и ФРС о начале длительного и решительного цикла снижения ставок, чтобы идти в ногу с Китаем, Евросоюзом и другими странами мира. Как обычно, Пауэлл нас разочаровал». К подобной критике президента глава ФРС, как показала практика, прислушивается, и акции перешли к росту. Но на следующий день он же объявил о дополнительных пошлинах на торговлю с Китаем, что не только обрушило акции, но и привело резкому снижению цен на нефть.

Новые надежды

Тем не менее американские инвестбанки пока демонстрируют оптимизм. Так, на прошлой неделе аналитики Goldman Sahs пересмотрели свой прогноз будущего индекса S&P500. Теперь, с их точки зрения, он продолжит уверенный рост и достигнет 3400 пунктов к концу 2020 году. При этом прибыль американских компаний, по оценкам того же Goldman Sahs, будет ниже, чем сейчас.

Для России Дональд Трамп подготовил не только падение цен на нефть, но и новые санкции. В конце прошлой недели западные СМИ сообщили о подписании им указа о введении второго пакета «химических» санкций, связанных с делом Скрипалей. Оно, впрочем, ожидалось еще в ноябре прошлого года. И пока для нашей страны важнее перспектива дальнейшего снижения ставок ФРС, она в текущей ситуации просматривается достаточно явственно. Конечно, «запас хода» у американского регулятора сейчас не такой большой, как бывал при ставке выше 5%, но он все же есть. Сейчас рынки в целом ожидают еще два-три снижения ставки по 0,25 п.п. и именно это может серьезно повлиять на ситуацию в России.

В принципе, мы пока еще живем в «старом мире», где-то в 1980-х – там, где с инфляцией успешно боролись путем поддержания жесткой денежно-кредитной политики. Но ни от притока-оттока зарубежных капиталов, ни от общемирового изменения экономической ситуации, связанного с тем, что ставки в США движутся в сторону нуля, мы, конечно, не застрахованы.

Прямым следствием действий ФРС может стать то, что нейтральная процентная ставка, к уровню которой ЦБ планирует вывести ключевую ставку в первом полугодии 2020 года, окажется ниже сегодняшних оценок. Ее уровень оценивался Банком России в 6-7% и ключевая ставка сейчас лишь немного выше этого диапазона. Но теперь есть основания ожидать, что в уже следующем году мы увидим меньшие цифры.

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться