Темпы банкротства бизнеса приняли угрожающий характер

Темпы банкротства бизнеса приняли угрожающий характер

Количество несостоятельных компаний неуклонно растет. За семь лет – с 2012 по 2018 год – количество юридических лиц, находящихся в процедуре банкротства, выросло на 41%, или почти на 11 тыс.
Российская экономика / Павел Еськов 25 Июн 2019, 12:40
Темпы банкротства бизнеса приняли угрожающий характер

Таким образом, к сегодняшнему дню в банкротстве находится чуть меньше 1% всех действующих в России бизнес-структур.

Общаясь с журналистами «РБК», заместитель руководителя Федеральной налоговой службы (ФНС) Константин Чекмышев пояснил, что рост числа банкротств в большей степени связан не с экономическими причинами.

«Именно пострадавших должников в России в пределах 10% – тех, кто обанкротился из-за неправильной бизнес-модели и других объективных обстоятельств. В основном мы видим, что компании осознанно идут к банкротству для списания долга», – рассказал он.

Однако юрист практики несостоятельности и банкротства КПМГ в России и СНГ Артем Баринов с ним не согласен. По его мнению, экономическая ситуация все же продолжает во многом влиять на растущее число банкротств.

«Стагнация препятствует выходу предприятий на положительную динамику по финансовым показателям. Кроме того, представители бизнеса отмечают отсутствие реального снижения фискальной нагрузки на бизнес. Неплатежи отдельных предприятий влекут за собой по цепочке дефолт их контрагентов», – пояснил он.

Ранее в Центре макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, который отслеживает банкротства по открытым источникам, также отмечали, что увеличение банкротств связано с ростом экономических рисков.

По мнению руководителя практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса, партнера «Пепеляев Групп» Юлии Литовцевой, планомерный рост числа банкротств отражает стагнацию экономики и кризис неплатежей.

«Финансовые организации все менее склонны идти навстречу бизнесу и реструктуризировать долг. А потому, сами испытывая проблемы с ликвидностью, банки все активнее используют банкротство для возврата средств неплательщиков. Иногда уже после первой просрочки при определенных обстоятельствах они могут инициировать банкротство заемщика», – отмечает Литовцева.

В то же время партнер BGP Litigation Сергей Лисин указывает еще на одну причину.

«Срабатывает отложенный эффект зачистки банковского сектора. После каждой санации или отзыва лицензии, происходит 50–100 новых корпоративных банкротств», – указывает эксперт.

По его мнению, реабилитационные процедуры – то есть внешнее управление и финансовое оздоровление «остаются экзотикой».

«С одной стороны, у должников, как правило, нет ресурсов для восстановления платежеспособности, а с другой – кредиторы не склонны соглашаться на реабилитацию, поскольку хотят скорее вернуть задолженность», – пояснил Лисин.

Тем не менее, по мнению адвоката, партнера компании «Ковалев, Тугуши и партнеры» Сергея Кислова, в последнее время участились случаи и прямых злоупотреблений, когда предприниматель, изначально намереваясь списать долги, уводит активы на другое лицо, а от задолженности пытается избавиться через банкротство.

«Нередко, бизнес испытывает реальные проблемы. Но вместо того чтобы раздать долги, начинает выводить оставшееся. И таких банкротств, к сожалению, в России 90%», – отмечает Кислов.

Но, как бы то ни было, по мнению господина Чекмышева, судебная практика пытается «на ощупь в темноте найти справедливый и адекватный ответ на массовые злоупотребления должников». Так, из всей практики Верховного Суда за последние 2 года особо выделяется 5 знаковых прецедентов.

«Их общий смысл в том, что задолженность – не по экономическим причинам, то есть когда отношения связаны с реализацией корпоративных, внутригрупповых потребностей, либо вообще имеются неопровергнутые сомнения в действительности сделки – не должна включаться в реестр. Но требуется, конечно, и законодательное решение этой проблемы», –— указывает заместитель руководителя ФНС.

Однако у экспертов и на это собственная точка зрения. Они считают, что проблема в том, что нередко сами компании не хотят пройти оздоровление и спасти бизнес.

«Главный вопрос: как сформировать такой бизнес-климат, при котором предприниматели будут ответственно отдавать долги, которые они получили, осуществляя предпринимательскую деятельность на свой страх и риск, а не вычищать компании, оставляя не более 3% своим кредиторам», – указывает Кислов.

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться