Индекс деловой активности PMI упал до десятилетнего минимума

Индекс деловой активности PMI упал до десятилетнего минимума

В октябре может быть окончательно определен план ускорения роста ВВП. К середине месяца правительство должно доложить президенту об инструментах достижения этой цели. Госдума 23 октября проведет первое чтение проекта бюджета на 2020–2022 годы, в котором предусматривается увеличение госинвестиций. ЦБ 25 октября, скорее всего, снизит ключевую ставку на очередные 0,25%, сделав еще один шаг на пути смягчения денежно-кредитной политики.
Российская экономика / Константин Смирнов 05 Окт 2019, 11:00
Индекс деловой активности PMI упал до десятилетнего минимума

Вялотекущий экономический рост давно надо подстегнуть – пока его показатели не вызывают оптимизма. Опубликованный на прошлой неделе сентябрьский индекс деловой активности обрабатывающей индустрии PMI буквально рухнул по сравнению с августом с 49,1 балла до 46,3 балла, фактически откатившись к результатам мая 2009 года. Сходная ситуация наблюдается и в ряде других стран, что добавляет негатива, так как неизбежно скажется на сокращении российского экспорта. Подчеркнем, что показатель PMI ниже 50 пунктов отделяет рост деловой активности от спада, – это своего рода красная черта благополучия в экономике. Если падение индекса в России продолжится, то вновь появится опасность отката слабого роста вообще в рецессию.

Конечно, далеко не все экспертное сообщество полностью доверяет индексу PMI, но тревожные тенденции в российской экономике выявляются и другими методами анализа, которые используют в том числе и правительственные экспертные центры.  

Как считают PMI

Международное аналитическое агентство The IHS Markit Purchasing Managers рассчитывает индекс деловой активности PMI в обрабатывающих отраслях разных стран на основе анализа анкет, ежемесячно получаемых от руководящих работников нескольких сотен крупных и средних предприятий. Выборка респондентов производится по вкладу отрасли промышленности в ВВП. Индекс представляет собой сумму процентов «более высоких ответов» и половину процента ответов «без изменений», PMI варьируется от 0 до 100 пунктов. Показатели свыше 50 указывают на рост промышленности, ниже – на ее спад.

PMI – это комбинированный интегратор, основанный на пяти показателях: новые заказы (30%), объемы производства (25%), занятость (20%), сроки поставки сырья и материалов (15%), запасы сырья и материалов (10%). PMI можно также перевести как «индекс менеджеров по продажам». Таким образом, речь идет о признанном в мире показателе деловой активности.

Так, министр экономического развития Максим Орешкин заявил «Ведомостям», что «слабый индекс – это очень плохой сигнал, свидетельствующий о слабом конечном спросе». Причиной этого является замедление кредитного предложения со стороны банковского сектора. Сохранение же этой ситуации может привести и к «резкому» падению инфляции и снижению занятости. Впрочем, глава Минэкономразвития давно привлекает внимание к перекосу на кредитном рынке – излишней потребительской закредитованности населения, с одной стороны, и к заемному голоду в реальном секторе. Во многом под его давлением ЦБ с 1 октября урезал возможности для потребительского кредитования. Однако многие эксперты предупреждают, что в итоге может еще больше замедлиться динамика конечного потребительского спроса. Получается замкнутый круг.

Виновники падения

Агентство указывает среди причин максимального ухудшения рыночной конъюнктуры в России более чем за 10 лет три основные – сокращение производства, уменьшение количества новых заказов и клиентов. Участники исследования сообщали, что новые заказы сократились из-за ослабления потребительского и производственного спроса, что и уменьшило количество новых клиентов. В результате в России уменьшилось число рабочих мест. Пытаясь выправить положение, компании стараются снизить свои расходы, что обернулось еще одной причиной падения занятости.

Эти показатели стали самыми худшими с апреля 2009 года, поэтому индекс PMI в сентябре и рухнул по отношению к августу сразу на 2,8 пункта.

Стремительное падение производственной активности в России –не уникальная ситуация, замедление сейчас фиксируется по всему миру, особенно в странах с развитой экономикой. В Германии в сентябре зафиксирован PMI в 41,7 пунктов (это уже реальная рецессия), в Японии – 48,9, в Италии – 47,8, в Швейцарии – 44,6, в Великобритании – 48,3. В Китае (49,8 баллов)) и США (47,8) производственная активность немногим выше, но также находится ниже 50 пунктов, что говорит о сжатии производства.

Эти показатели свидетельствуют о еще одной причине сокращения производства в российских обрабатывающих отраслях, выявленной опросами IHS Markit, – падении экспортных заказов. Минэкономразвития также указывает на то, что экспорт в этом году из-за своего сокращения потерял роль драйвера экономического развития.

Комментируя Индекс PMI, Шиан Джонс, экономист IHS Markit, отметила:

«Ухудшение деловой ситуации в российских обрабатывающих отраслях в сентябре набирало обороты, поскольку Индекс PMI упал до минимально

низкого уровня с мая 2009 года на фоне максимального сокращения объемов производства и новых заказов более чем за 10 лет. Ослабление спроса, как со стороны внутренних, так и зарубежных клиентов, отразилось на деловых ожиданиях относительно роста объемов производства в ближайшем году, поскольку степень оптимизма упала до минимального уровня с декабря 2017 года».

Старший аналитик ИАЦ «Альпари» Анна Бодрова, анализируя итоги исследования IHS Markit, поставила два вопроса: «Действительно ли обработка балансирует на грани катастрофы и сигнал ли это о рецессии в экономике? Если принимать во внимание падение количества новых заказов, то – да, здесь все очень сложно. Если производитель тормозит темпы выпуска товаров, одновременно уменьшая закупку материалов и производных, значит, сбрасывает скорость вся экономическая цепочка». И делает однозначный тревожный вывод: «Это явный путь к рецессии».

При этом аналитик подчеркнула, что «получилась депрессивная картина», но наиболее «адекватная» с точки зрения последней макростатистики.

Со столь катастрофическими внешними оценками согласны далеко не все эксперты. Но они также отмечают тревожность ситуации. Так, специалисты Центра развития Высшей школы экономики считают, что «рецессии не произошло», впрочем, как «и ускорения». Налицо же замедление экономики в первой половине этого года, которое «может быть связано с произошедшим еще в 2018 году ухудшением ожиданий бизнеса относительно перспектив развития и роста загрузки мощностей» (см. KGB № 239). Это проявилось, как подчеркивается в исследовании ВШЭ, в постепенном замедлении инвестиционной активности, о чем свидетельствует снижение объема капиталовложений в сегменте крупного и среднего бизнеса на 1,1%. Как и в отчете IHS, ВШЭ указывает на резкое сокращение вклада экспортного спроса в прирост ВВП. И наконец, оба исследовательских центра привлекают внимание к замедлению третьей опоры экономики – потребительскому спросу.

В результате перспективы ускорения роста российской экономики, «неожиданно выросшей в 2018 году на 2,3%», «весьма туманны».

Как показывает отраслевая структура прироста валовой добавленной стоимости (ВДС) в 2019 году по сравнению с соответствующим периодом предыдущего года, ситуация серьезно изменилась в негативную сторону как с точки зрения явного замедления прироста ВДС с 1,9 до 0,3% (учитывая, что ВДС – это примерно 90% ВВП), так и с точки зрения соотношения растущих и падающих секторов. Если в первой половине 2018 года из 19 укрупненных секторов рост наблюдался в 15, а снижение – в 4 секторах, то в первой половине текущего года это соотношение составило, соответственно, 8 и 12. То есть число сокращающих выпуск секторов выросло в три раза.

Однако не все так плохо. В ВШЭ полагают, что есть и положительные сигналы, например, ускорение темпов экономического роста начиная с июля. Но для их усиления необходимы шаги по поощрению «предпринимательского духа», повышению склонности к инвестированию, усилению мер целенаправленной макроэкономической корректировки на основе, прежде всего, органического сочетания бюджетно-налоговой и структурной политики.

А пока, по информации Константина Бабкина, владельца «Ростсельмаша», сборочный конвейер его предприятия стоит два месяца подряд: аграрии резко сократили спрос из-за изменений в политике господдержки отрасли. Но оптимизм Бабкин сохраняет.

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться