Падение российской экономики набирает обороты

В правительстве разрабатывается национальный антикризисный план. Документ необходимо представить президенту до 1 июня.
Российская экономика / 23 мая 2020, 22:00

Предполагается не только усилить меры господдержки наиболее пострадавших от коронавирусной пандемии отраслей, но и (что важнее) предусмотреть реформы структурного и институционального плана, которые позволят вернуть российскую экономику на дорогу экономического роста.

Однако чтобы начать перезапуск экономики, необходимо для начала точнее определить глубину ее падения. Торможение (и даже спад) экономической активности началось еще в марте. Но в целом цифры января – марта оказались, естественно, не столь уж удручающими. В первые два месяца экономическая динамика опережала показатели аналогичного периода прошлого года. Поэтому, по данным Росстата, I квартал 2020 года показал рост ВВП (по сравнению с соответствующим периодом прошлого года) на 1,6%. Промышленность увеличила выпуск на 0,3%.

Однако апрельская статистика куда более пессимистична. Спад промышленного производства достиг 6,6% (подробнее см. стр. 3). Но еще более тревожные данные поступают в результате опросов экономических агентов (в основном речь идет о регулярном исследовании мнений 4 тыс. руководителей крупных и средних предприятий), проведенных в апреле-мае Росстатом. По их результатам ряд экспертных центров рассчитали комплекс месячных индикаторов. В результате получилась мрачная картина, говорящая о реальном обвале экономической активности в апреле.

Этот тренд вряд ли будет преодолен и в мае. Несмотря на то, что статистические данные за апрель оказались не такими удручающими, как прогнозировалось большинством экспертов.

Бегство индексов

В апреле Сводный опережающий индекс (СОИ), рассчитываемый в Институте «Центр развития» Высшей школы экономики (ВШЭ), обвалился до минус 16,1%. Это минимальное значение со времени наиболее острой фазы мирового кризиса 2008–2009 годов. В январе 2009 года СОИ упал до минус 21%. Эти показатели, безусловно, свидетельствуют о масштабной рецессии.

Основная причина падения СОИ сейчас, как выяснено в ходе опроса руководителей 4000 крупных и средних предприятий, проведенного Росстатом, – радикальное сокращение новых заказов на производство промышленной продукции, которое стоит в одном ряду с их падением в самые острые кризисные моменты последней четверти века. Так, в сентябре 1998 года, сразу после дефолта по ГКО-ОФЗ, баланс положительных и отрицательных оценок динамики новых заказов (после устранения сезонности) составил минус 52,3%, в ноябре 2008 года, вслед за началом мирового финансового кризиса, – минус 53,14%. В этом апреле, также после устранения сезонности, – минус 53,16%. Иными словами, побит рекорд по обрушению новых заказов на промышленную продукцию.

Апрельский обвал СОИ был также предопределен резким уменьшением цен на нефть. Средняя цена российской марки Urals в прошедшем месяце составила всего лишь $16 за баррель. Впрочем, в мае, после вступления в действие соглашения ОПЕК++ о сокращении добычи, цены на нефть пошли вверх. К 21 мая Brent превысила $35 за бочку, а ценовой разрыв между североморской маркой и российской вновь сократился с $5–6 до $1,2 за баррель.

Отрицательный вклад в апрельский показатель СОИ внесли также индекс РТС и запасы готовой продукции. И только реальный эффективный курс несколько позитивно повлиял на динамику СОИ.

В целом, как считают в ВШЭ, экономика России уже вошла в зону турбулентности. Судя по глубине падения СОИ, можно предположить, что в ближайшие месяцы падение российской экономики будет довольно значительным, вполне возможно, даже двузначным (табл. 2). Насколько быстрым будет последующее восстановление, пока неизвестно. Апрельский показатель СОИ не дает для этого особых оснований. Аналитики ВШЭ предупреждают, что фактор снижения новых заказов затруднит выход из рецессии даже после смягчения карантинных мер, так как оформление новых заказов – процесс длительный.

Существенное падение промышленного производства в апреле подтверждается еще одним индикатором – индексом бизнес-потенциала (ИБП), который рассчитан в Центре конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний ВШЭ. Этот показатель в реальном масштабе времени отражает совокупные предпринимательские оценки отраслевых тенденций, обусловленных социоэкономическими эффектами. В ВШЭ полагают, что ИБП чувствителен к наступающим конъюнктурным изменениям, особенно в динамике спроса. Значение индекса в 100% выражает «нейтральный» уровень потенциала, в то время как значения выше 100% и ниже 100% – соответственно, повышение и снижение его динамики в течение месяца. ИБП определяется, так же как и СОИ, на основе результатов предпринимательских опросов в рамках проводимых Росстатом обследований деловой активности 4000 крупных и средних российских промышленных предприятий в ежемесячном режиме.

В апреле все отраслевые значения ИБП отразили существенный спад экономических настроений. Позитивный деловой фон сохранился лишь у предприятий по производству табачных изделий (значение индекса 101,6%), химического и металлургического производств (100,3%).

Однако предприятия обрабатывающей промышленности продемонстрировали высокие стрессовые значения ИБП (значительно меньше 100%-ной отметки).

Институт статистических исследований ВШЭ регулярно рассчитывает еще один индикатор, характеризующий деловой климат, – индекс предпринимательской уверенности (ИПУ), который также основан на опросах 4000 руководителей крупных и средних промпредприятий. В апреле ИПУ пережил «вертикальный» обвал. Подобного внезапного одномоментного (в течение одного месяца) «галопирующего» падения предпринимательского доверия не наблюдалось за все время проведения данных исследований – начиная с 1995 года. При этом основной удар приняла на себя обрабатывающая промышленность. В ней ИПУ обрушился за один месяц сразу на 5 п. п. по сравнению с мартом текущего года и составил в апреле минус 8%. Наиболее серьезный негативный удар пришелся на спрос. Так, 42% респондентов сообщили, что спрос на продукцию их предприятий находится «ниже нормального уровня».

Среди факторов, снижающих апрельский ИПУ, респонденты называют и «неопределенность экономической ситуации». На его лимитирующее воздействие указали 50% опрошенных. Роль этого негативного фактора практически сравнялась с показателем низкого спроса (52% опрошенных). Кстати, неопределенность экономической ситуации сдерживает инвестиционную активность российских предприятий уже несколько лет, задолго до начала эпидемии. Так что после полной отмены карантинных мероприятий экономическая политика государства вновь столкнется с застарелыми проблемами.

Несгибаемый бюджетный профицит

ВВП и промпроизводство понесут значительные потери. Но, по предварительным данным Минфина, за январь – апрель 2020 года доходы федерального бюджета составили 7 трлн рублей, что на 10% больше аналогичного показателя в прошлом году.

Резкий рост доходов носит несколько искусственный характер. Они увеличились исключительно за счет перечисления в бюджет прибыли ЦБ от продажи Сбербанка в объеме, превышающем 1 трлн рублей. Без такой поддержки бюджетные доходы, по расчетам экспертов, снизились бы на 6%.

При этом расходы достигли 6,9 трлн рублей, по отношению к прошлогодним показателям прирост в номинальном выражении составил 24%, в неизменных ценах – 21%. Таким образом, профицит составил за первые четыре месяца 122,9 млрд рублей. Значит, 1 трлн рублей дополнительных доходов бюджета уже почти потрачен. И в дальнейшем ожидать профицита уже не стоит – как и немедленного улучшения экономической ситуации.

Центр развития ВШЭ 6–12 мая провел очередной опрос профессиональных (как отечественных, так и зарубежных) прогнозистов из 28 экспертных структур. Они оценили перспективы российской экономики в 2020–2021 годах. Всего за один месяц, прошедший с момента предыдущего опроса, консенсус-прогноз спада ВВП в 2020-м вырос с минус 2% до минус 4,3% (табл. 1). Ожидаемый восстановительный рост в 2021-м также увеличился с 2,3 до 3,0%, но восстановление докризисного уровня переносится на середину 2022 года. При этом эксперты продолжают верить в то, что в долгосрочной перспективе Россия вряд ли может рассчитывать на темпы роста выше 2% в год.

Квартальные консенсус-прогнозы (табл. 2) указывают, что самый глубокий спад будет наблюдаться во II квартале 2020 года (минус 10,7% к соответствующему кварталу предыдущего года). Большинство прогнозистов полагают, что падение российской экономики продлится 3–4 квартала.




Также в рубрике

  • Биржевой ПИФ «Фридом – Лидеры технологий» стал лучшим по доходности за 8 месяцев. О целях его создания и перспективах рынка высоких технологий «Финансовая газета» поговорила с операционным директором инвесткомпании «Фридом Финанс» Галиной Карякиной.
    Интервью25 сентября 2020, 15:00
  • Минтруд предложил пересмотреть расчет минимального размера оплаты труда (МРОТ). Согласно предложению ведомства с 1 января 2021 года показатель должен вырасти на 5,5%, до 12 792 рублей. В настоящее время МРОТ составляет 12 130 рублей.
    Российская экономика25 сентября 2020, 14:17
  • Американский IT-гигант Oracle 14 сентября договорился с китайской компанией ByteDance о сделке, благодаря которой мог бы контролировать заокеанский сегмент соцсети TikTok.
    Политэкономика25 сентября 2020, 13:00
  • О причинах роста и коррекции Индекса высокотехнологичных компаний Nasdaq «Финансовой газете» рассказал руководитель аналитического центра Санкт-Петербургской биржи Павел Пахомов.
    Интервью25 сентября 2020, 11:00
  • Среди первой десятки паевых инвестиционных фондов, показавших наибольший прирост стоимости пая с начала года, инвестиционные стратегии семи фондов предполагают вложения в акции высокотехнологичных западных компаний.
    Рынки24 сентября 2020, 19:00