Миражи постковидной экономики

Более года мировая экономика подвергается атаке COVID-19. Первый удар был нанесен по Китаю, затем по Европе и США. До России пандемия добралась год назад – нерабочие дни были объявлены 30 марта и продлились до 11 мая. Хотя всевозможные ограничения действуют до сих пор. И не случайно.
Россия / 4 апреля 2021, 19:26
Великая депрессия

В ряде европейских стран продолжают ужесточать карантинные режимы. Но у нас ситуация как будто бы немного улучшается. Все чаще возникают дискуссии о том, какой станет жизнь в постковидную эпоху. Ясно, что назад дороги уже нет. В новой конкурентной борьбе верх одержат те страны, которые быстрее других проведут цифровую трансформацию.

Так был ли кризис? На первый взгляд этот вопрос выглядит по меньшей мере неправомерным и даже неуместным. В прошлом году рухнули экономики практически всех стран. Только Китай отделался всего лишь минимальным за последние 30 лет экономическим ростом – плюс 2,3%. В целом, по данным МВФ, глобальный ВВП упал на 3,5%. ООН оказалась пессимистичнее. В январском докладе «Мировое экономическое положение и перспективы» указано, что глобальное производство сократилось на 4,3%. По мнению авторов документа, речь идет о «самом резком сокращении производства со времен Великой депрессии». Для сравнения: в результате Великой рецессии 2008 года глобальный ВВП сократился на 1,7% (только России не повезло, ее ВВП в 2009 году рухнул на 7,8%).

Развитые страны из-за более продвинутой, чем в развивающемся мире, сферы услуг, которая пострадала больше, чем промышленность и сельское хозяйство, упали сильнее среднего. По оценкам ООН, они потеряли 5,6%. При этом Евросоюз оказался совсем в неблагоприятной ситуации. Если ВВП США уменьшился в 2020 году на 3,5%, то европейский – на 6,8%. Франция сжалась на 8,2%, Испания – на 11%. И только Германия хотя бы на 5%.

Россия вроде бы оказалась в куда более выигрышной ситуации благодаря менее развитым, чем на Западе, МСП и всей сфере услуг. По февральской оценке Росстата, отечественный ВВП сократился лишь на 3,1%. Тогда как прогнозы и МВФ (-4%), и российских ведомств были несколько пессимистичнее: Минэкономразвития – -3,9%, Банк России – 4–4,5%. Опрос независимых прогнозистов, проведенный в октябре прошлого года» «Центром развития» ВШЭ, показал ровно 4%.

Впрочем, Росстат уже запустил механизм пересмотра (естественно, в лучшую сторону) итогов 2020 года. По расчетам статведомства, ставшим известными 2 апреля, российский ВВП сократился ровно на 3%. Видимо, стоит ожидать и дальнейших положительных уточнений.

Ковидный шок или кризис?

И тем не менее ректор РАНХиГС Владимир Мау, выступая 1 апреля на пресс-конференции в ТАСС, посвященной исследованиям его вуза совместно c Google в сфере цифровизации, подчеркнул, что экономического кризиса в прошлом и этом году не наблюдается. Почему? «Поскольку на самом деле кризис не экономический, а внешнего шока аналогично войне или природному катаклизму», – объяснил эксперт. Нет кризиса еще и потому, что нет структурных проблем. Поэтому восстановление, по мнению Мау, будет идти быстрее. Дело в том, что в 2020 году «остановилось предложение, а не спрос». И как только предложение восстановится (при этом достаточно быстро), то ситуация так же скоро выправится, в том числе восстановится и занятость. Отсюда вывод: раз это всего лишь внешний шок, то он даже оказывается полезным, так как «ускоряет трансформацию».

В Высшей школе экономики считают иначе. В докладе ВШЭ, опубликованном к годовщине пандемии в России, «”Черный лебедь” в белой маске» автор главы «Год пандемии: макроэкономические итоги» Николай Кондрашов, научный сотрудник института «Центр развития» ВШЭ, подытожил, что «в 2020 году российская экономика погрузилась в сильный и во многом уникальный кризис, вызванный пандемией коронавируса».

Впрочем, сотрудник ВШЭ также использует термин «шок». Но полагает, что «тяжелая эпидемиологическая обстановка» спровоцировала сразу «несколько шоков, больно ударивших по экономике, особенно по ее отдельным секторам».

По подсчетам Кондрашова (и согласно его терминологии), наихудшие результаты в прошлом году зафиксированы в шести видах экономической деятельности (ВЭД) – -15%. Но особенно тяжелые последствия замечены в ВЭД «Деятельность домашних хозяйств как работодателей» – -25,9%, а также в «Деятельности гостиниц и предприятий общественного питания» – -24,1%. По мнению автора, такая «избирательность обусловлена спецификой кризиса – распространением коронавируса и поднимает вопрос о достаточности государственных мер поддержки наиболее пострадавших отраслей».

В докладе ВШЭ «”Черный лебедь” в белой маске» привлекается внимание к тому факту, что воздействие пандемии на динамику ВВП больше, чем обозначенные ранее 3,1% падения (или ровно 3% по уточненным данным). Дело в том, что базовый прогноз Минэкономразвития и консенсус-прогноз ВШЭ, подготовленные в октябре 2019 года, предполагали рост российской экономики в 1,7% в 2020 году. Так что в прошлом году кризис ухудшил динамику ВВП примерно на 4,7 п. п. В отсутствие мер господдержки потери бы составили 7–8 п. п. То есть, строго говоря, российская экономика на самом деле в прошлом году «усохла» почти на 5%, а не на 3% (от Росстата).

В целом же влияние пандемического кризиса, как подчеркивают в докладе «”Черный лебедь” в белой маске», выразилось через четыре основных канала.

Первый – сильное сокращение потребительского спроса за счет снижения доходов и роста склонности к сбережению. А также сжатие инвестиционной активности. Второй – шок предложения. Разрыв цепочек добавленной стоимости. Третий – существенное падение объемов экспорта энергетических товаров из-за ограничительных соглашений ОПЕК+. Четвертый – обрушение цен на нефть, а также снижение цен на другие товары и услуги российского экспорта. По сравнению с 2019 годом средняя цена на нефть упала на треть.

Сильнее всего кризис повлиял на экономику через канал внутреннего спроса со стороны населения и предприятий, прежде всего через потребительную активность. Конечное потребление населения сократилось в 2020 году на 8,6% на фоне падения реальных располагаемых доходов населения на 3,5%.

Антиковидное госуправление

Итак, экономический кризис, вызванный вирусной пандемией, все-таки был и даже продолжается, так как пока неясны сила и охват «третьей волны» COVID-19, которая уже захлестнула Евросоюз и угрожает России. Однако последствия кризиса были бы намного разрушительнее, если бы, как подчеркивают эксперты, действие бюджетного правила и проведение политики таргетирования инфляции не помогли бы подготовиться к такому вызову. Кроме того, принятые государством антикризисные меры заметно смягчили падение.

Правда, до сих пор не утихают дискуссии, достаточно ли средств было направлено на ликвидацию последствий пандемии и антикризисных мер с бюджетов всех уровней. В развитых странах на эти цели в 2020 году было направлено в среднем от 10 до 20% ВВП. Деньги населению в ряде случаев раздавались фактически бесконтрольно (так называемым вертолетным способом). Более того, значительное госфинансирование выхода из кризиса продолжается. В США в этом году на эти цели выделяется $1,9 трлн.

В России затраты на кризис скромнее. В прошлом году на купирование разрушительных последствий пандемии, по данным первого вице-премьера Андрея Белоусова, было выделено до 4,9 трлн рублей. Оценка ректора РАНХиГС Владимира Мау близка к правительственной – 4,6% ВВП, который в прошлом году превысил 106 трлн рублей. Впрочем, ранее Мау скромнее оценивал расходы государства – 4–4,5% ВВП. При этом Мау считает, что попытка потратить на пандемию до 10% ВВП в России привела бы к масштабной инфляции, которая свела бы на нет госвливания в экономику.

Впрочем, госпомощь нельзя сводить исключительно к финансовым вливаниям. Многочисленные опросы предпринимателей показывают, что для них наиболее эффективными поддерживающими мерами были шестимесячные налоговые и кредитные каникулы. МСП на полгода освобождались от фискальных платежей, кроме НДС. Погашение кредитов также растягивалось до конца года. Московские власти, в свою очередь, объявили каникулы по уплате налогов на недвижимость и землю.

Кроме того, свою эффективность показал и мораторий на банкротства (его действие завершено 7 января этого года). Наконец, вирусный кризис ускорил решение застарелой фискальной проблемы. Социальные взносы для малых средних предприятий были снижены в два раза – с 30 до 15%.

Правда, нельзя обойти вниманием и льготные кредиты предприятиям на оплату зарплат сохраненных работников. Так, 30 марта прошлого года стартовала программа «ФОТ-0», согласно которой предприятия (при условии сохранения всех работников) получали займы из федерального бюджета под 0% на 12 месяцев. Работники в этом случае получали зарплату в рамках одного МРОТ в 12 130 рублей. По данным Минэкономразвития, нулевые кредиты к 1 октября 2020 года получили 39 тыс. организаций на сумму 102 млрд рублей.

1 июня стартовала программа «ФОТ-2.0», предполагающая выдачу льготных госзаймов под 2%, но со списанием 90% тела кредита и процентов по нему, если 1 апреля этого года на предприятии продолжат работу 90% сотрудников. К концу прошлого года, по данным МЭР, 2%-ные кредиты получили 220 тыс. организаций на сумму в 400 млрд рублей. Сохранено 5 млн рабочих мест. В марте этого года льготная кредитная практика была продолжена за счет программы «ФОТ-3.0». Теперь можно на год взять кредит под 3%. Но не только на выплату зарплат, а и на другие неотложные нужды. Например, на выплату других займов и прочих задолженностей. Правда, списания уже не предусмотрено.

Всего же, по подсчетам члена Совета МРО «Деловая Россия» Алексея Порошина, российское правительство ввело в действие более 70 мер государственной поддержки только отечественного бизнеса.

Цифровой контрудар

Кризисы, как правило, подталкивают государства и бизнес-сообщества к радикальным изменениям – как в сфере внешнего регулирования, так и внутрипроизводственного. Правда, при этом надо учитывать, что реформы возникают не на пустом месте, а готовятся в ходе предшествующего исторического периода. Так, после окончания еще Первой мировой войны резко возросло вмешательство правительств в экономику. Если в начале XX века доля госбюджетных расходов в разных странах ограничивалась 3–16% ВВП, то в 1920-х годах дело дошло до 60% ВВП.

Сейчас все ждут своего рода цифровой революции, даже в России. Кстати, президент Владимир Путин решил поддержать курс на цифровую трансформацию сразу после объявления первого локдауна в марте прошлого года. IT-сектор с 1 января 2021 года будет платить намного меньший налог на прибыль – 3,5% вместо 20%. Страховые взносы снижены с 14 до 7,6%.

При этом, как считают специалисты IT-отрасли, Россия за последние 20 лет смогла в целом подготовить цифровой ответ на вирусный удар. Так, за последние 10 лет доля ежедневных пользователей Интернета среди взрослого населения утроилась и достигла 72,6%.

В прошлом году, согласно опросам РАНХиГС, каждый пятый россиянин прошел онлайн-курсы, а каждый 10-й – освоил благодаря им новую профессию.

В бизнесе-сообществе 25% опрошенных делают ставку на цифровую трансформацию, чтобы выйти из коронавирусного кризиса.

Таким образом, цифровая революция возможна не только на Западе, но и в России. Хотя IT-компании в прошлом году, как и все остальные предприятия, испытывали серьезные проблемы с неплатежами, которые в основном были преодолены в IV квартале.

По оценкам РАНХиГС, основным барьером на пути к цифровизации стал именно дефицит финансовых ресурсов. На это указали 39% опрошенных. Впрочем, главной проблемой в освоении цифровых технологий остается человеческий фактор. В предпринимательской среде называют одной из главных проблем «нехватку квалифицированных сотрудников, которые могут руководить процессами цифровизации и участвовать в них», – 38%. Среди физических лиц почти половина опрошенных (45%) продолжают испытывать трудности с освоением новых технологий.

По оценкам Минцифры, пандемия оказывает разнонаправленное влияние на развитие цифровых технологий в России: рост востребованности цифровых технологий в целом сочетается с возможным замедлением темпов разработки и замораживанием проектов по отдельным направлениям. Поэтому, как правило, приоритет получают цифровые технологии, уже доказавшие свою эффективность для решения задач традиционных секторов экономики и социальной сферы, частично в ущерб зарождающимся направлениям, еще не достигшим достаточного уровня зрелости.

Для сравнения: наиболее острую проблему в дальнейшей цифровой трансформации в ЕС Еврокомиссия видит в излишнем монополизме ряда онлайн-платформ. В этом году намечено усилить антимонопольные действия путем разработки двух новых «цифровых» законов.

Однако реальные возможности для цифрового прорыва в России все же есть. Последние исследования Минцифры и ВШЭ показывают, помимо прочего, актуальность тренда на развитие искусственного интеллекта. Так, топ-3 наиболее активно растущих разработок образуют решения на основе искусственного интеллекта, новые производственные технологии и системы распределенного реестра.

В целом же постковидную экономику можно характеризовать высказыванием Владимира Мау: «Нет уже разделения на передовые отрасли и отстающие. Есть либо передовые технологии, либо вчерашнего дня».

Росстат уже запустил механизм пересмотра (естественно, в лучшую сторону) итогов 2020 года. По расчетам статведомства, ставшим известными 2 апреля, российский ВВП сократился ровно на 3%. Видимо, стоит ожидать и дальнейших положительных уточнений


Теги:
Поделиться в соц.сетях:




Также в рубрике

  • Заявления президента РФ Владимира Путина об увеличении мер поддержки населения и финансирования инфраструктурных проектов привели к небольшому росту российских акций. Рубль также укрепился. Но, как показывает практика, в большинстве случаев после программных выступления президента РФ рынок акций в дальнейшем снижается.
    Рынки21 апреля 2021, 14:44
  • Владимир Путин 21 апреля выступит с очередным ежегодным Посланием Федеральному собранию. Содержание держится в секрете. Даже в ближайшем окружении президента точно не знают все подробности его выступления. Текст переделывается лично автором буквально до последней минуты. Однако основные его положения уже ясны. Путин не может не ответить на последний вызов Байдена – сначала предложить личную встречу, а затем объявить новую порцию санкций. Не будет забыта и эскалация на Донбассе. Поэтому стоит вспомнить предупреждения Послания-2018, когда миру были представлены передовые вооружения. Но важнее станет сигнал российскому обществу. Придется ускоряться. Прежде всего, в технологическом смысле. Для чего помимо прочего правительственная вертикаль управления будет дополняться горизонталью.
    Россия20 апреля 2021, 16:00
  • Торги на рынке акций сегодня открылись ростом котировок большинства бумаг. Но рынок очень быстро перешел к снижению вслед за «покрасневшими» фьючерсами на фондовые индексы США. Рубль пока не может отыграть позитивные для него факторы.
    Рынки20 апреля 2021, 15:04
  • Индекс Мосбиржи обновил исторический максимум, но продолжать рост не стал. Усилившиеся политические риски препятствуют покупкам. Рубль потерял к доллару около 0,4% стоимости за первую половину дня.
    Рынки19 апреля 2021, 14:39
  • Рекомендации лучших экспертов рынка инвестиций специально для читателей «Финансовая газеты»: в ценные бумаги каких зарубежных компаний стоит вкладываться в 2021 году.
    Инвестиции18 апреля 2021, 12:20