Кто сегодня энергетическая сверхдержава

Кто сегодня энергетическая сверхдержава

Финансовые рынки 28 Авг 2012, 09:50
Кто сегодня энергетическая сверхдержава

Прогнозами отметилась Высшая школа экономики (о них «Финансовая газета» уже писала), прогнозом заявило о себе новое агентство «РИА-Рейтинг», удивило «кризисным сценарием» Минэкономразвития, не остался в стороне и Росстат, который сам прогнозов не производит, но прочерчивает весьма важную линию трендов. Есть и зарубежные прогнозы, мимо которых не стоит проходить.

Эффект Хичкока

Прогнозы будущего всегда интересны своими пересечениями с уже происходящим. Эффект Хичкока достигается, когда эти пересечения особенно тревожны. Здесь «порадовал» Минэкономразвития, в своем кризисном прогнозе, о котором еще пойдет речь, один из показателей, сопровождающих падение российского ВВП на 2,7% в 2013 году, ? это бегство капиталов в $80 млрд.

Тревога в том, что одновременно Клепач заявил, что уже в 2012 году чистый отток капиталов может составить $50 млрд, и это при том, что незадолго до этого начальник Клепача министр Андрей Белоусов не исключал нулевой отток в 2012 году. Возникает ощущение: ну, началось…

Однако не стоит торопиться. На отток капиталов оказывают влияние не только откровенно негативные факторы, но и, например, необходимость банков расплачиваться по ранее взятым обязательствам при том, что новых кредитов получить не удается. Тоже, конечно, ничего хорошего, но еще не ужас-ужас. Но если сопоставить отток капитала с происшедшем с марта падением цены нефти, расслабляться все равно не стоит.

Ключ назван: цена нефти.

Блеск и нищета прогнозистов

Все экономисты любят ссылаться на фразу Егора Гайдара: прогнозировать цену нефти, — значит рисковать профессиональной репутацией. Но как быть, если буквально все зависит именно от того, в какую сторону повернется эта капризная цена? Как говорится, жизнь одна, и та в России…

Если же вернуться к прогнозам, то труд их составителей при всем уважении к авторам прогнозов трудно квалифицировать как продукт сверхинтеллектуального труда. Проблема в том, что прогноз развития российской экономики — это по гамбургскому счету практически всегда уравнение со всего одним неизвестным — ценой нефти. Вот и вся эконометрика.

При этом команде Андрея Клепача, заместителя министра и шефа прогнозистов Минэкономразвития, снайперскими попаданиями в будущую цену нефти похвастаться хронически не удается. Дело в конце концов дошло до того, что, по сути, Минэкономразвития лишили его важнейшей функции — прогнозировать цену нефти, на основе которой строится макроэкономический прогноз, который, в свою очередь, лежит в основании бюджетного процесса. По настоянию министра финансов Антона Силуанова правительство впредь обещает руководствоваться «бюджетным правилом», оставляющим прогноз цены нефти за бортом. По этому правилу в бюджет закладывается средняя цена сначала за 5, потом за 6 и так далее, пока горизонт не расширится до 10 лет. В общем — чтоб больше без всяких там прогнозов!

В отместку Клепач в начале августа презентовал «кризисный» прогноз, который уже был упомянут. Кризисный сценарий предусматривает развал еврозоны по схеме исключения неплатежеспособных государств, резкий спад в Европе (минус 2,8% ВВП) при снижении темпов роста мировой экономики до 1,2%. На этом фоне в первой половине 2013 года цены на нефть рухнут ниже $60 за баррель. Экономика России в таких условиях, естественно, покатится вниз.

Понятно, что это не основной прогноз, а, скорее, страшилка. Но обращают на себя внимание два момента. Во-первых, еврозона, конечно, продолжает вибрировать, но прогноз, исходящий из ее развала, выпущен с явным опозданием — тогда, когда ни у кого не осталось и тени сомнений в том, что развал еврозоны не выгоден абсолютно никому, а значит, она, скорее всего, еще поживет. Во-вторых, почему цена нефти упадет именно до $60 за баррель? Эксперты Центра развития ВШЭ, например, в своем прогнозе, который исходит из того, что Европа окончательно сваливается в рецессию, а США балансируют на нулевой отметке роста, считают, что среднегодовая цена Urals составит в 2013 году около $70 /барр, а в 2014 году — $80/барр. Экономика в 2013 году потеряет не менее 5% ВВП, 20–25%-ная девальвация рубля разогреет инфляцию.

Спрос и предложение

Пора обратиться к прогнозам развития собственно нефтяного рынка. 10 августа с очередным именно таким прогнозом выступило Международное энергетическое агентство. По его данным, в текущем году мировой спрос на нефть будет продолжать расти, но более низкими по сравнению с прежними оценками темпами. Причина — замедление спроса на нефть в Китае и США, которые вместе потребляют около трети всех производимых в мире энергоресурсов. В МЭА учитывают, что недавно был снижен прогноз по росту экономики Китая на 2012 и 2013 годы. Ожидается, что в текущем году ВВП страны увеличится на 8% (раньше называлась цифра в 8,2%), а в следующем — на 8,1% (до этого прогнозировался рост в 8,5%). Кроме того, был понижен прогноз и по росту мировой экономики в целом. Ожидается, что в 2012 году суммарный ВВП всех стран мира вырастет на 3,6% (ранее называлась цифра в 3,8%).

Ничего внезапного, но рост спроса сокращается. А что с предложением? Ответ дает подготовленный Ernst & Young августовский ежеквартальный прогноз по рынку нефти и газа. Благодаря увеличению добычи нефти в Ливии и Ираке и в сланцах США следующие полгода на нефтяном рынке будет наблюдаться избыток предложения.

Цены на нефть к такому раскладу безучастными не останутся. В общем, мейнстрим для России примерно такой: тонем, но не быстро.

Кто командует баррелем

Как быстро? Чтобы найти ответ, имеет смысл обратиться к важнейшим изменениям, которые уже переживает рынок нефти и которые определят его лицо в ближайшем будущем.

В 2011 году США впервые с 1949 года экспортировали больше бензина, дизельного топлива и других нефтепродуктов, чем импортировали. При этом общий объем импорта сырой нефти и нефтепродуктов в прошлом году упал на 11% по сравнению с годом ранее и составил 8,436 млн баррелей в день — самый низкий уровень с 1995 года.

В самих США обсуждается возможность экспорта нефти. В июне глава управления по энергетической информации США Адам Сьемински заявил, что американскую нефть пора экспортировать в другие страны.

Понятно, что США останутся крупнейшими импортерами нефти. Новое качество в том, что теперь США воздействуют на рынок с двух сторон — не только как импортер нефти, но и как чистый экспортер нефтепродуктов (цена которых напрямую зависит от нефти), к тому же рассматривающий возможности «своповых» продаж нефти на экспорт.

Это новое качество — результат в первую очередь «сланцевой революции». Все началось со сланцевого газа, он активно добывается в США уже три года. В уже приводившемся прогнозе Ernst & Young говорится, в частности, о том, что бум сланцевого газа в США привел к такому его переизбытку, что страна могла бы превратиться в нетто-экспортера газа. В принципе та же технология используется и для добычи «сланцевой нефти». В 2012 году ее добыча, по оценке управления по энергетической информации США, достигнет 720 тыс. баррелей в сутки, или 12,5% от общего объема добычи. А к 2020 году ее доля вырастет до 20%.

Сухой остаток заключается в том, что США становятся все более влиятельным игроком на нефтяном рынке и рынке энергоресурсов в целом. Им по силам влиять и на цены, в том числе и на цену нефти.

А вот теперь вопрос: какая цена нефти устраивает США? Понятно, что это непростой баланс интересов. С одной стороны, необходимо поддержать экономику. Это аргумент в пользу снижения цены. Но, во-первых, экономика США уже вполне адаптировалась к высоким ценам на нефть. Во-вторых, есть интересы нефтяников и разработчиков сланцевых технологий. В-третьих, есть и геополитический интерес, который состоит в том, что относительно высокая цена нефти — это сдерживающий фактор развития китайской экономики. А именно Китай — главный претендент на роль и экономического, и геополитического оппонента США.

Отсюда следует, что цену в $60 за баррель вообще вряд ли стоит рассматривать в качестве реальной в каком угодно прогнозе, кроме откровенно фантастического. Эта цена близка к пороговой рентабельности добычи сланцевой нефти в Северной Дакоте ($50–60 за баррель), а значит, США она не устроит.

Что у цен на нефть есть дно и оно не слишком глубокое, позволяет российским политикам перевести дух. Но новое качество мирового нефтяного рынка означает, что казавшиеся в 2006 году реальными планы превращения России в энергетическую сверхдержаву, именно такую задачу ставил Владимир Путин, уже не про нее. И одна из главных причин — технологическое отставание в жизненно важных для России технологиях. За что остается поблагодарить российскую монополизированную структуру экономики в целом и персонально — по-прежнему молящийся на трубу и безнадежно проспавший «сланцевую революцию» «Газпром».

Николай Вардуль

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться