Cколько стоят киберпреступления?

Cколько стоят киберпреступления?

Сколько стоит 05 Мар 2016, 15:20
Cколько стоят киберпреступления?

Антиотмывочный механизм

В 2016 г. сотрудники PwC опросили более 6000 предпринимателей из 115 стран, задавая им вопросы о тех преступлениях, с которыми сталкивался их бизнес за последние два года. Несмотря на незначительное общее уменьшение количества зарегистрированных экономических преступлений, финансовая стоимость каждого отдельного мошеннического действия увеличилась. Убытки 14% компаний, полученных в результате нарушений законодательства, составили более 1 млн долл. США. К числу наиболее часто совершаемых экономических преступлений относятся незаконное присвоение активов (64%), киберпреступления (32%), взяточничество и коррупция (24%).

По данным исследования, общий показатель экономических преступлений впервые после финансового кризиса снизился, правда, незначительно — до 36% по сравнению с 37% в 2014 г. Снижение уровня экономических преступлений отмечено в таких регионах, как Северная Америка (37% по сравнению с 41%), Восточная Европа (33% по сравнению с 39%), Азиатско-Тихоокеанский регион (30% по сравнению с 32%) и Латинская Америка (28% по сравнению с 35%). Уровень экономических преступлений вырос в Африке (57% по сравнению с 50%), Западной Европе (40% по сравнению с 35%) и на Ближнем Востоке (25% по сравнению с 21%).

Объем выявленных в России подозрительных финансовых операций, которые могли быть связаны с отмыванием средств, в 2015 г. составил 11,7 трлн руб. Об этом ТАСС сообщили в российской «финансовой разведке» — Федеральной службе по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг). «Объем таких операций оценивается в 2015 г. на сумму около 11,7 трлн руб. и практически равен объемам 2014 г. В 2013 г. их объем составлял 16,2 трлн руб.», — сообщили в Росфинмониторинге.

Объем средств, выведенных из России по сомнительным основаниям, почти не вырос. «В целом из России в 2015 г. по сомнительным основаниям было перечислено около 1,47 трлн руб., а в 2014 г. — около 1,34 трлн руб., — сообщили ТАСС в Росфинмониторинге. — Прирост в абсолютных значениях в 2015 г. незначительный, особенно учитывая резкий скачок стоимости иностранной валюты, произошедший в конце 2014 г.». Для сравнения: в 2013 г. объем таких транзакций составлял около 2,5 трлн руб. При этом общая сумма поступлений из-за рубежа в Россию по тем же сомнительным основаниям составила в минувшем году около 215 млрд руб., в 2014 г. — около 340 млрд руб., в 2013 г. — около 500 млрд руб.

Число людей, привлекаемых в России к ответственности за «отмывание средств», постоянно растет. По данным Главного информационно-аналитического центра МВД России, в 2015 г. было выявлено 863 преступления, связанных с легализацией доходов, полученных преступным путем. Большую часть составили преступления, связанные с «самоотмыванием» (ст. 174.1 УК РФ), когда человек легализует средства, полученные им самим в результате преступления: хищения, коррупции, ухода от уплаты налогов и т. д. В 2015 г. было выявлено 802 преступления — на 15,4% больше, чем годом ранее. Оставшееся 61 преступление приходится на ст. 174 «Отмывание» чужих средств, полученных преступным путем» УК РФ.

По статистике МВД, за минувший год в России было выявлено 657 лиц, совершивших преступления, связанные с легализацией своих или чужих преступных доходов, и направлено в суд 627 уголовных дел — на 18,3% больше, чем в 2014 г.

Плана нет

Если у нас в стране официальное число раскрытых преступлений и пойманных преступников неуклонно растет, то в мире, как водится, дела обстоят очень плохо. Так, 68% респондентов из Франции и 55% из Великобритании отметили, что за последние два года количество экономических преступлений увеличилось. Рост числа пессимистов составил 25% по сравнению с 2014 г. Еще хуже настроения жителей Замбии. Там 61% респондентов заявили о росте экономических преступлений, и это на 31% больше, чем два года назад.

Наибольшее количество киберпреступлений ожидаемо отмечается в секторе финансовых услуг. Следом в рейтинге уязвимости идут правительственные учреждения и государственные предприятия, предприятия розничной торговли и производства потребительских товаров. В аэрокосмической и оборонной промышленности отмечен наибольший рост за указанный период — 9%. В области транспорта и логистики отмечен рост взяточничества и коррупции на уровне 16%.

Рост количества зарегистрированных киберпреступлений составил 32% — это на 8% больше, чем в период проведения предыдущего исследования. При этом более половины респондентов (53%) почувствовали повышение уровня кибер-риска за последние 24 месяца. 34% респондентов считают, что в ближайшие два года их организациям придется столкнуться с киберпреступлениями.

Несмотря на большие финансовые потери, связанные с мошенничествами такого рода, респонденты видят еще больший ущерб в негативном влиянии на репутацию организаций и росте расходов на юридическое обеспечение, инвестиции и принудительное исполнение. Только 37% опрошенных отметили наличие в их организациях полноценного действующего плана реагирования на инциденты. Почти треть ответили, что в их организациях такого плана нет, а 14% заявили об отсутствии намерения внедрять подобные программы. 45% людей, принявших участие в опросе, считают, что их местные правоохранительные органы не имеют должной подготовки и ресурсов для противодействия киберпреступлениям.

Более четверти организаций сферы финансовых услуг не проводили оценку риска для целей противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. Треть респондентов сообщили, что качество данных, содержащихся в информации, получаемой от клиентов, является одним из проблемных вопросов для их систем по противодействию отмыванию денег. По отношению к каждой пятой организации сферы финансовых услуг были приняты меры воздействия со стороны регулирующих органов.

Что интересно, лишь чуть более половины опрошенных (54%) заявили о том, что высшее руководство их компаний скорее согласится на срыв сделки, чем на дачу взятки. 13% сообщили, что в течение последних двух лет их просили дать взятку, а еще 15% считают, что они упустили возможности, которые получили их конкуренты, возможно, в результате дачи взятки.

Культура реагирования

Почти половина серьезных экономических преступлений была осуществлена сотрудниками самой пострадавшей организации. Мошенники внутри компании — это, как правило, мужчины в возрасте от 31 года до 40 лет, с высшим образованием, имеющие стаж работы от трех до пяти лет и занимающие посты руководителей среднего или высшего звена. Семь из десяти опрошенных представителей различных организаций считают, что для мошенников внутри компании основной побудительной силой экономического преступления является само наличие такой возможности.

20% респондентов считают, что в ближайшие два года их организации, скорее всего, столкнутся с наиболее распространенными экономическими преступлениями — незаконным присвоением активов, киберпреступлениями или коррупцией. Шесть стран «Большой двадцатки» (Великобритания, США, Италия, Франция, Канада и Австралия) считают, что в следующие два года самой большой экономической угрозой для их организации окажутся киберпреступления.

«Не дайте незначительному снижению некоторых показателей преступности ввести вас в заблуждение. Снижение лишь маскирует все возрастающую сложность экономических преступлений, обусловленную распространением киберпреступлений и давлением со стороны регулирующих органов при росте убытков, понесенных в результате каждого преступления. Лишь некоторым компаниям удается достаточно быстро адаптировать свои системы оценки рисков и внутреннего контроля. Реагирование на экономическое преступление не является ответственностью одного человека или группы сотрудников — оно должно стать частью культуры организации», — считает Эндрю Гордон, руководитель международной группы специалистов в области независимых финансовых расследований PwC.

По мнению авторов исследования, программы по выявлению экономических преступлений и мерам реагирования отстают от уровня и диапазона угроз, с которыми сталкиваются организации в настоящее время, и при этом в области выявления недобросовестных действий просматривается тенденция оставлять все на волю случая. В отчете содержится предупреждение о том, что «пассивный подход к выявлению и предотвращению экономических преступлений — это путь к катастрофе». Плохое качество данных, отсутствие необходимых навыков и ресурсов, а также низкая степень вовлеченности руководства — вот проблемы, которые респонденты называли чаще всего в качестве причин того, почему программы многих организаций по обнаружению и контролю не могут обеспечить их защиту.

«Часто ответом на угрозу является ужесточение контроля. Но наши отчеты показывают, что в настоящее время контрольная среда организаций стала на 7% менее эффективной в области обнаружения и предотвращения экономических преступлений, чем два года назад. Противодействие экономическим преступлениям невозможно без наличия развитой корпоративной культуры и приоритетного внимания к этике, а также без программ эффективного мониторинга и обеспечения соблюдения установленных требований, — комментирует Тревор Уайт, партнер практики финансовых расследований и руководитель работ по подготовке обзора PwC. — 90% генеральных директоров считают, что ценности их организаций четко определены и понятны, при этом того же мнения придерживаются только 84% руководителей среднего звена. Это показывает, как могут возникать несоответствия между тем, что думают руководители, и тем, что видят сотрудники их организаций в своей повседневной деятельности».

Юлия Земцова

Преступления

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться