На сундук мертвеца

ТОП-10 30 Июн 2013, 09:44
На сундук мертвеца

Ситуация вокруг «антипиратского» закона весьма противоречива. С одной стороны, в итоговом документе нет откровенных ляпов вроде «налога на скачивание» — один из депутатов всерьез предлагал взимать с провайдеров плату в пользу правообладателей за то, что пользователи скачивают из сети пиратские файлы. С другой — закон являет собой классический образец кнута при отсутствии пряника. Никаких стимулирующих мер для легальных ресурсов, альтернативных пиратским, не предусмотрено. Впрочем, правообладатели уверены, что могли бы на равных конкурировать с пиратами. По их мнению, люди, бесплатно скачивающие музыку или фильмы из сети, готовы слушать тех же исполнителей и смотреть те же кинокартины, но за деньги.

Интернет-компании в один голос заявляли, что готовы решать вопрос и в досудебном порядке, удаляя контент, защищенный авторским правом. Но желание помахать шашкой и показать пиратам «кузькину мать» возобладало. Достаточно ли запретительных мер для того, чтобы победить пиратство? Тем более что «борцы» с этим злом пока не замечены в создании действительно удобных интернет-сервисов по доставке платного контента.

Под «веселым Роджером»

Правообладатели неоднократно пытались инициировать «крестовый поход» против российских пиратов. До недавнего времени их действия ограничивались показательными акциями вроде уничтожения контрафактной продукции гусеницами бульдозеров и не менее показательными уголовными делами в отношении изготовителей и распространителей нелегальных компьютерных программ, аудио- и видеозаписей российских и зарубежных авторов.

Довольно быстро выяснилось, что механизмы защиты авторского права в нашей стране действуют не так, как хотелось бы правообладателям. Печально известная статья 146 Уголовного кодекса РФ предусматривает до 6 лет лишения свободы за нарушение авторских и смежных прав. Но в российских реалиях повсеместно доступного контрафакта это средство устрашения «пиратов» превратилось в инструмент «сравнительно честного» отъема денег у граждан и организаций, нелегально использующих или зарабатывающих на чужих объектах авторского права.

Можно вспомнить о рейдах правоохранителей по выявлению контрафактного программного обеспечения, когда руководство коммерческих организаций вынуждали «дать на лапу» проверяющим. Нелепость ситуации в том, что «борьба с пиратством» мало согласовывалась с политикой целого ряда софтверных компаний. Производители программного обеспечения с мировым именем зачастую «закрывали глаза» на значительную долю «пиратских» инсталляций своих же продуктов даже у собственных клиентов.

«Пиратский» канал распространения использовался для популяризации продукта. Известно, что производители не прикладывали особых усилий для защиты программного обеспечения на этапе его раскрутки. В публичных сообщениях компании это всегда отрицали.

Проблема пиратства рассматривалась исключительно с точки зрения недополученной прибыли авторов или правообладателей. Вопрос о том, каковы предпосылки пиратства и что нужно сделать, для того чтобы потребителю было невыгодно или неудобно пользоваться нелегальным контентом, практически не ставился. Не ставится и теперь.

К нам едет ВТО

«Дикий» российский рынок совершенно не устраивает цивилизованных иностранцев. За границей

уверены, что использование контрафактного ПО дает российским компаниям конкурентные преимущества. Дотошные американцы считают, что российские компании, стремящиеся на западный рынок, использовать пиратское ПО не должны, поскольку, таким образом, возникают условия для недобросовестной конкуренции. Письма об этом российским экспортерам рассылала американская юридическая компания Dechert еще в июне прошлого года. Двумя годами ранее те же американцы, но уже на уровне администрации президента, указывали Дмитрию Медведеву, что укрепление правоприменительной практики в области охраны прав на интеллектуальную собственность является необходимым условием для вступления России в ВТО.

С тех времен мало что изменилось, социальная сеть «ВКонтакте» и ряд других российских ресурсов, кажется, навечно занесены американским торгпредством, ассоциациями правообладателей США и другими организациями в списки самых «опасных» пиратских сайтов.

В августе прошлого года Россию все же приняли в ВТО, но верить в то, что американские и европейские правообладатели вдруг забудут о проблеме пиратства в нашей стране, было бы наивно.

Творческие депутаты

Успехи Роскомнадзора и Лиги безопасного Интернета в деле борьбы с детской порнографией явно воодушевили «охотников за пиратами». Осенью прошлого года в Министерстве культуры созрел законопроект об ужесточении ответственности за распространение пиратского контента. Предполагалось, что одним из инструментов реализации закона станет единый реестр легальной продукции, куда правообладатели внесут все принадлежащие им произведения. В Минкультуры решили — если владельцы интернет-ресурсов распространяют имеющийся в реестре контент, пользователи его скачивают, а провайдеры никак этому не препятствуют, наказывать нужно всех.

Чиновники из «культурного» министерства первыми среди коллег додумались применять санкции в отношении интернет-пользователей. До того все российские законы, пытающиеся хоть как-то регулировать отношения в глобальной сети, были направлены на то, чтобы ограничить возможность потребления пиратской продукции. Даже закон о «черных списках» предполагает блокировку контента, но не разбирательства в отношении тех, кто этот контент потребляет. Минкультуры же предложил применять санкции в том числе к сайтам, размещающим ссылки на ресурсы с контрафактом.

Остается гадать, как бы себя почувствовали поисковики — каталоги ссылок, если бы законопроекту Минкультуры дали «зеленый свет». Но случилось другое: майская встреча деятелей культуры с президентом Владимиром Путиным в Сочи, где министр Владимир Мединский затронул проблему интернет-пиратства, дала толчок не законопроекту Минкультуры, а совершенно другому документу.

Ссылка — на общих основаниях

В начале июня единоросс Мария Максакова-Игенбергс, справедливоросс Елена Драпеко и коммунист Владимир Бортко внесли в Госдуму свой законопроект, который в итоге и был одобрен в третьем чтении на прошлой неделе.

Депутаты наделили Мосгорсуд статусом суда первой инстанции по делам об исключительных правах. Отныне Мосгорсуд имеет право ввести обеспечительные мер защиты интеллектуальных прав в отношении нарушителей авторского права. Проще говоря, суд санкционирует блокировку ресурсов с «подозрительным» контентом по заявлению правообладателя. Последний должен подтвердить свои права на контент и представить доказательства его неправомерного использования в сети.

Мосгорсуд выбрали не случайно. По мнению законодателей, в России пока не сложилась практика защиты интеллектуальной собственности, суды не особенно разбираются в проблеме, а в Мосгорсуде создан специальный отдел для решения этих споров — отмечает один из авторов законопроекта Елена Драпеко.

После того, как Мосгорсуд вынесет определение о блокировке, правообладатель должен обратиться в Роскомнадзор. Ведомство по заявлению правообладателя направляет уведомление тому хостинг-провайдеру, на чьих серверах физически находится ресурс-нарушитель авторских прав. Если владелец сайта или хостинг-провайдер не ограничивают доступ к размещенным фильмам или сериалам, ресурс блокируется операторами связи. Правообладатель подает иск в тот же Мосгорсуд о защите его прав на интеллектуальную собственность. Если такого заявления не поступает, суд отменяет обеспечительные меры. В этом случае граждане и организации, пострадавшие от обеспечительных мер, вправе требовать у правообладателя возмещения убытков.

В итоговом тексте закона сохранено положение об «информации, необходимой для получения» нелегального контента в Интернете — те самые ссылки, запрет на которые пытался ввести еще «минкультовский» законопроект. Законодатель предлагает на основе этого нечеткого определения предельно четкие действия — при обнаружении как самого контента, так и «информации, необходимой для его получения», правообладатель вправе требовать от Роскомнадзора ограничения доступа к ресурсам, содержащим контент или ссылки на него. Ответственность за размещение ссылок владелец ресурса несет «на общих основаниях».

В Гражданский кодекс введена специальная категория — «информационный посредник». Это физическое лицо или компания, предоставляющая возможность размещения нелегального контента или ссылок на него в Интернете.

В отличие от исходного текста законопроекта, итоговый документ предусматривает в уведомлении Роскомнадзора указание конкретных адресов страниц, содержащих нарушение. Ранее предполагалось, что правообладатель лишь заявляет, какой ресурс нарушил его права, называет произведение и автора.

«Ванна без дверей»

Не оставляет ощущение, что закон, скорее, эффектен, чем эффективен и принимался в расчете именно на эффект. Иначе, чем объяснить желание Госдумы отрегулировать сферу, и без того охваченную гражданским и уголовным законодательством. Ведь и сейчас правообладателю ничего не мешает идти в арбитраж и заявлять о нарушении своих прав.

В день принятия закона студия «Союз» подала иск к соцсети «ВКонтакте» на 4,5 млн рублей. Представители правообладателя говорят, что пытались договориться с социальной сетью, но «ВКонтакте» не пошла навстречу. Представитель соцсети Георгий Лобушкин в свойственной ему манере парирует — студия «Союз» сама загрузила спорные записи, а потом обратилась в суд.

Незадолго до того «ВКонтакте» инициировала масштабную кампанию по удалению популярной зарубежной музыки. Пользователи отреагировали весьма остро — массово объединялись в группы и угрожали уйти из соцсети, переименовывали музыкальные треки, с тем чтобы администрация не смогла их найти и удалить. Так вместо Lana Del Rey появилась «Ванна без дверей», песен этого исполнителя «ВКонтакте» уже более 7 тысяч. Неожиданно популярными стали группы «Метла» (Metallica), Зеленый день (Green Day).

Пользователи сети считают, что «ВКонтакте» дает музыкантам главное — популярность. А деньги можно заработать и на концертах. При этом как-то забывается, что от нелегального распространения музыки, фильмов, компьютерных программ страдают не столько авторы, сколько правообладатели.

Завтра без пиратов?

Сыграет ли новый закон в пользу владельцев авторских прав? Будут ли люди, привыкшие к бесплатному контенту, потреблять его платный аналог в том же объеме? Сомнительно. По крайней мере, в этом духе высказывается медиадиректор Gazprom-Media Digital Татьяна Матвеева, заявляя Ленте.ру, что «антипиратский» закон не поможет правообладателям увеличить доходы.

Зато риски антипиратского закона для интернет-компаний более чем очевидны. «Законопроект направлен против логики функционирования Интернета и ударит абсолютно по всем — даже не только по пользователям Интернета и владельцам сайтов, но и по самим правообладателям. Выбранный способ регулирования борется не с пиратами, а с Интернетом — это все равно, что навсегда закрывать магистраль, на которой произошла одна авария», — считают в компании «Яндекс».

Представители российского поисковика опасаются, что любой пользователь глобальной сети сможет беспрепятственно разместить свое произведение или ссылку на него на любом интернет-сайте, а потом, обратившись в суд, блокировать этот сайт.

В Mail.ru поддержали коллег. Гендиректор компании Дмитрий Гришин заявил в интервью телеканалу «Дождь», что блокировать пиратский контент нужно, но правильными методами. «Законопроект подготовлен и внесен в Государственную Думу без проработки законодательной инициативы с отраслью», — сказал Digit.ru руководитель юридической службы Mail. Ru Group Антон Мальгинов.

«К нашему сожалению, несмотря на позицию интернет-индустрии, операторов связи, отраслевого министерства, ряда депутатов, ни одна из предложенных поправок не была учтена. Мы все же надеемся, что наша позиция будет услышана и мы избежим вступления в силу закона, который поставит под угрозу интернет-индустрию в России», — заявляет в блоге компании директор по взаимодействию с органами государственной власти Google Россия Марина Жунич.

Жизнь в законе

Интернет-компании и владельцы ресурсов не представляют, каким образом можно организовать работу по мониторингу

пиратского контента или ссылок на него. Даже при условии явного указания сетевого адреса в уведомлении Роскомнадзора. Представители отрасли шутят, что в ближайшее время самой популярной вакансией станет контент-менеджер интернет-сайта, отвечающий за поиск и удаление пиратских копий фильмов и музыки.

«Фактически реализация законопроекта означает перекладывание финансового бремени по пресечению нарушений авторских и смежных прав с плеч правообладателей и их объединений на плечи бизнес-компаний другого сектора — информационных и технологических посредников», — подчеркивают эксперты Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК).

Не исключено, что на почве нового закона вырастут компании и сервисы, решающие «проблемы» интернет-ресурсов. Например, неплохие перспективы у программных продуктов для поиска в сети видео- и аудиофайлов, текстов. Добавится работы у адвокатов, специализирующихся на защите авторских прав.

Появление тренда уловили в Министерстве связи и массовых коммуникаций. В течение года ведомство планирует создать реестр фильмов, защищенных авторским правом. Фильмы в реестр сможет добавлять сам правообладатель, с каждого произведения снимается цифровой отпечаток, на основе которого в сети можно будет найти нелегальные копии произведения. Замминистра Алексей Волин отметил, что концепция реестра уже подготовлена. На его взгляд, вести список должна саморегулируемая организация, созданная интернет-индустрией или правообладателями.

О том, заработает ли «антипиратский» закон, можно будет судить после 1 августа, когда творение депутатов вступит в силу. Остается лишь надеяться, что правоприменительная практика выправит недостатки, заложенные изначально. Однако опыт реализации отраслевых законов, касающихся Интернета, внушает, скорее, опасения, чем надежды.

Сергей Хайрук

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться