Искусственный интеллект в медицине: перспективы лечения и диагностики

Искусственный интеллект в медицине: перспективы лечения и диагностики

На сегодняшний день искусственный интеллект (ИИ) считается одним из самых перспективных направлений развития не только ИТ-отрасли, но и многих других сфер деятельности человека. В частности, решения на базе ИИ являются одной из основных надежд в плане реализации концепции «Цифровой экономики».
Эксперты / 03 Авг 2019, 14:15
Искусственный интеллект в медицине: перспективы лечения и диагностики

Но при этом с правовой точки зрения статус искусственного интеллекта пока не определен, а, следовательно, не определена и принадлежность произведенного им продукта, а главное – ответственность за решения, принятые с его использованием. И эта проблема стоит не только в России, но и во всем мире.

Хотя, если подходить к вопросу формально, искусственный интеллект -это всего лишь усложненная компьютерная программа. В России есть такие объекты в интеллектуальной собственности, как программы для ЭВМ и базы данных, которые регулируются частью 4 Гражданского кодекса РФ. В любом случае, правовое регулирование применения искусственного интеллекта – перспектива ближайшего будущего.

Правовое регулирование применения искусственного интеллекта

Сейчас тема искусственного интеллекта активно обсуждается и в юридической среде. Прежде всего, речь идет о сфере интеллектуальных прав. Многие эксперты отмечают, что необходимо принять отдельный закон, однако правовые основы регулирования искусственного интеллекта уже есть. По сути искусственный интеллект – это усложненная компьютерная программа. В России есть такие объекты в интеллектуальной собственности, как программы для ЭВМ и базы данных, которые регулируются частью 4 Гражданского кодекса РФ. Поэтому, когда говорится о правовой природе искусственного интеллекта, юристы спорят несколько об иной грани этого явления, нежели как об объекте в целом.

Что может создавать искусственный интеллект? Может ли он создать объект авторских прав или каких-то иных интеллектуальных прав – это, пожалуй, сейчас самый распространенный вопрос, обсуждению которого ежегодно посвящаются многие научные форумы. В недавнем прошлом на одном международном форуме по интеллектуальной собственности разработчики робототехники привозили своих роботов и показывали два вида искусственного интеллекта. Тот робот, в который изначально заложена какая-то информация, в принципе и воспроизводит то, что заложено в него изначально. Однако выглядеть это может иначе. Даже были так называемые «баттлы» между юристами и искусственным интеллектом. В Санкт-Петербурге также недавно проходил форум с «баттлом»: искусственный интеллект против человека. Но существуют и более сложные варианты.

Есть такой вид искусственного интеллекта, который действительно может создавать что-то, не запрограммированное в систему изначально. Однако с позиции законодательства у нас субъектом права всегда является гражданин (субъектом авторских прав). В принципе робот может что-то создать самостоятельно – такое будет возможно в будущем. К этому времени, быть может, и понадобятся некие изменения в законодательстве, пока же создать что-то творческое может только человек. Таково правовое регулирование в части интеллектуальной собственности.

Когда мы говорим об ответственности искусственного интеллекта, многие врачи и юристы опасаются, что будет причинен вред здоровью. Какая в таком случае будет гражданско-правовая ответственность? В настоящий момент по действующему законодательству в случае причинения вреда здоровью ответственность несет медицинское учреждение. Поэтому по общим правилам, которые есть сейчас, в случае причинения вреда здоровью со стороны искусственного интеллекта, ответственность будет нести учреждение, где этот робот находится.

Другой вопрос, что делать, если робот привозной, запрограммированный в другом месте, а учреждение его лишь арендует? Такое явление распространено, например, в Великобритании, где очень активно распространяется применение искусственного интеллекта в хирургии с осуществлением типовых операций по поводу лечения некоторых раковых опухолей. Конечно, здесь возникает вопрос: каким образом будет регулироваться ответственность, будет ли отвечать собственник или арендодатель? В данном случае все зависит от условий договора – каждый случай рассматривается отдельно. Отдельно, как субъект права, робот пока не признается, но именно в этих положениях с учетом общих принципов гражданского права и с позиции медицинского законодательства такой вид ответственности в случае причинения вреда здоровью будет применен.

Другие риски, которые, возможно, будут не такие глобальные, как привлечение к ответственности, потому что это наболевший вопрос у врачей даже без использования искусственного интеллекта. Рентгенологи начали опасаться, что вообще исчезнет их специальность, подобные опасения озвучивают и другие специалисты. Изначально, когда только начиналось обсуждение перспективы внедрения искусственного интеллекта, многие говорили о том, что без человека обойтись не удастся и врач всегда будет востребован.

Но ведь когда внедряется искусственный интеллект, мы преследуем какие-то определенные цели – улучшение качества работы, уменьшение количества часов, которые врач тратит на прием, а, значит, повышается эффективность деятельности и врача, и медицинского учреждения. Те врачи, которые занимаются расшифровкой УЗИ, ЭКГ, ЭЭГ и т.д., могут оказаться не востребованными в медицинских учреждениях. Соответственно, врачи опасаются потерять свои рабочие места. Из этого риска проистекает и риск связанный с тем, что искусственный интеллект будет внедряться в медицине не только для использования в медицинском учреждении, но и пациентами для самолечения. А это сократит количество обращений в медицинские учреждения, или, напротив, прибавит проблем, усугубив состояние пациента, выбравшего неправильную тактику лечения из-за ошибок робота. Важно ведь учитывать не только конкретную болезнь, но и общее состояние пациента, возможные побочные эффекты, аллергические реакции и прочее.

Кроме того, пока не урегулирована обсуждаемая сфера, нет полного представления о том, как это будет действовать не только в плане ответственности, но и с позиции применения самого искусственного интеллекта. Не праздный вопрос: будет ли он в будущем субъектом права или останется объектом? Ведь, если будет за ним признана субъектность в праве, тогда возникнут права, обязанности и ответственность, а это – совсем другой уровень юридического регулирования.

Видимо это и есть основные проблемы: ответственность, сокращение рабочих мест, вероятностные последствия самолечения или применения этих технологий, спровоцировавшее ухудшение состояния здоровья пациента. Возможно, еще встанет вопрос о сертификации систем искусственного интеллекта, когда речь идет о деятельности, требующей и от специалиста наличие разрешения, подтверждающего его права работать в этой сфере деятельности.

Если, например, за искусственным интеллектом будет признаваться наличие правосубъектности, он сможет выступать стороной договора или посредником между врачом и пациентом. Сейчас это трудно представить и, наверное, отсылает к фантастическим фильмам, когда искусственный интеллект представлен в виде большого мозга и т.д. Все это вызывает у людей опасения и страхи, что он сможет самостоятельно существовать и мыслить, взбунтуется, и начнется восстание машин. Однако позиция о том, что в будущем вопрос о правосубъектности искусственного интеллекта встанет всерьез, действительно есть.

Многие разработчики уверяют, что искусственный интеллект действительно сможет что-то сам создавать, но пока нет четкий оснований об этом говорить. В целом применение технологий искусственного интеллекта призвано помогать, а не мешать. Надо отметить, что искусственный интеллект уже применялся в юриспруденции в здравоохранении. Была разработана программа Европейской комиссией, которая должна была проанализировать нормативно-правовой материал, судебную практику, все нормативные основы в сфере здравоохранения, чтобы выработать определенные предложения для дальнейшего регулирования применения искусственного интеллекта в здравоохранении.

Ограничения к применению искусственного интеллекта в медицине

В принципе, каких-либо явных препятствий для применения искусственного интеллекта в медицине с юридической точки зрения нет – единственное, что те риски, о которых было сказано выше, конечно же, будут возникать. Впрочем, эта проблема касается и существующей ныне ответственности врача. Если взять за пример опыт США, там врач является субъектом ответственности права, а у нас субъектом права является медицинское учреждение. Возможно, к этому и мы когда-либо придем, сейчас же должен быть комплексный подход. Сегодня есть зыбкие моменты, продиктованные, скорее, практикой, и здесь уже юристы будут держать руку на пульсе.

Единственное, в чем состоит глобальная трудность – то, что для медицины данная сфера абсолютно новая. Необходимо будет проанализировать, что должно быть урегулировано, определить само понятие искусственного интеллекта, его статус, вопросы ответственности. Точно встанет вопрос об урегулировании проблемы распространения персональных данных и врачебной тайны, что можно отнести и к рискам, потому как это особая сфера регулирования, которая немало поднимается и без использования искусственного интеллекта. Но, скорее всего, законодатель пойдет по общему пути от определения понятия искусственного интеллекта, его статуса, его сущности, сферы регулирования к возможностям, которые он предоставляет, и к рискам, которые могут появиться. В дальнейшем, когда будут возникать какие-то конкретные ситуации, появится практика правоприменения, судебная практика, и эти нормативно-правовые акты будут дополняться другими нормами, регулирующими различные ситуации.

Первый момент: на чем основывается работа алгоритма, т.е. медицинские данные, которые мы используем, чтобы обучить некую программу по алгоритму. Чаще всего используются нейронные сети, и здесь есть определенные риски, связанные с качеством и непосредственно источником информации. Второй момент: эксперты, которые занимаются обучением нейронных сетей. Вопрос – где они взяли информацию и сделали для себя нужные выводы. За рубежом несколько экспертов работают над обучением нейронной сети. Третий момент: сами алгоритмы, которые используются, чтобы обучить нейронные сети. Есть игрок, который хочет это все продавать, и возникает вопрос, нужно ли этому игроку иметь некую определенную лицензию. Ведь эта отрасль требует использования врачом особых разрешительных документов. В каждом из перечисленных моментов есть сложности. Когда будет речь идти о регулировании этой области, то возникнет немало вопросов о правообладателе, о роли самого пациента, об экспертах и алгоритмах, которые они используют.

Информационные технологии – сфера стремительно развивающая, в то время как нормативно-правовые акты разрабатывает и принимает человек. Это должен быть некий универсальный акт, что, наверное, в целом невозможно сделать, либо акт, который будет поддаваться несложным корректировкам по необходимости. Если это административные методы, то они достаточно жесткие, бюрократизированные и нелегко внедряются в развитие современных технологий. Главное, чтобы законодатель комплексно начал разрабатывать эти вопросы, потому что, если сначала будут принимать один акт, который потребует принятия дополнительных ведомственных актов, процесс может сильно затянуться. Когда в России будет действовать акт, регулирующий эти вопросы, в мире искусственный интеллект продвинется еще дальше и будет применяться более расширенно, а Россия окажется только в начале этого пути.

Сложные вопросы правового регулирования

Что касается персональных данных– есть закон об их защите, в который недавно были внесены определенные изменения. Сильное изменение законодательства не потребуется, но в любом случае для установки того же диагноза необходимо знать информацию о возрасте, о состоянии здоровья и пр. Все будет, скорее всего, сделано по аналогии с телемедициной. Остается, однако, опасение, что при использовании программ искусственного интеллекта туда помещаются множество данных из научной учебной литературы, данные диагностических исследований и личные данные пациентов. Если эта информация станет доступна не только медицинскому учреждению и эти приложения будут использоваться самими пациентами, между медицинскими учреждения, а может и между государствами, – такое оперирование персональными данными потребует обезличивания информации. Даже если лица уже нет в живых, информация о нем остается врачебной тайной.

Кстати, недавно резонанс получило дело, когда родители подавали в суд на медицинское учреждение и выиграли полтора миллиона за разглашение персональных данных о своих несовершеннолетних детях по запросу прокуратуры. Было вынесено решение о том, что медицинское учреждение не может без конкретного случая, без конкретного расследования предоставлять сведения даже по запросу правоохранительных органов о неопределенном круге лиц.

Такие данные хранятся, прежде всего, в медицинском учреждении. Когда человек проходит обследование, то подписывает согласие, в котором указывается, где будут находиться его персональные данные, а также аспекты врачебной тайны, которую медицинская организация должна сохранять. Это нужно, чтобы, если понадобится какая-то медицинская помощь в ином медицинском учреждении, можно было бы узнать информацию о лечении, воспользовавшись блоком этих данных. Соответственно, это гражданско-правовые услуги, включающиеи хранение соответствующей информации.

Человек дает согласие на использование своих персональных данных, эти документы потом хранятся в архивах, а в случае каких-то проверок в медицинском учреждении могут быть использованы. Не зря медицинская карта не может быть уничтожена, даже если пациент просит об этом, ведь это документ отчетности. Подписывая согласие, пациент дает разрешение на работу со своими персональными данными, а отчуждать их, конечно, нельзя.Это так называемое исключительное право, и здесь мы, прежде всего, говорим о правах, которые с точки зрения гражданского права неотчуждаемы как таковые, но могут быть использованы в определенных целях. Другим важным вопросом в этой же плоскости может стать трансплантация органов – кто может быть юридически определен как владелец органов, тканей человека при донорстве и пр.

Искусственный интеллект будет, скорее всего, инструментом помощи для врача при принятии решений. Врач будет просто использовать этот инструмент, чтобы разгрузить себя и повысить качество своей деятельности. С другой стороны, есть аспект вовлеченности самого пациента. Интересно, что на этом этапе сам пациент вовлекается в процесс познания своего здоровья. В конечном итоге все это повысит качество оказания медицинской помощи и сместит акцент, когда раньше лишь врач нес ответственность и принимал участие в судьбе пациента. Пациент сам будет использовать имеющиеся инструменты, чтобы на практике применять систему профилактики и предсказания того или иного состояния, и сам будет нести ответственность за принятие тех или иных инструментов.

Пример из судебной практики. Было дело, когда медицинское учреждение привлекли к ответственности за то, что врач после постановки диагноза и назначения лечения не контролировал, как пациент это лечение соблюдает. Пациент обратился в суд с тем, что ему оказали некачественную помощь, хотя врачу говорил ранее, что соблюдать его назначения не собирается. Суд в итоге зацепился за единственную формулировку в медицинской карте, где врач написал «систематическое наблюдение», и посчитал, что врач должен был это систематическое наблюдение производить. Получается, что он не выполнил свою врачебную функцию, не отследив и не проконтролировав, что привело к ухудшению здоровья.

Возможно, искусственный интеллект сделает жизнь врача в данном аспекте легче, если будет использоваться некое приложение, которое в дальнейшем будет контролировать процесс лечения пациента и с помощью телемедицинских технологий передавать врачу сведения о его здоровье. С юридической точки зрения, глобально ничего не изменится в отношениях между врачом и пациентом, ведь это все-таки технологическая составляющая, некое сподручное средство помощи врачу, которое должно сократить время приема, упростить процесс диагностики и лечения, а также ведения медицинской документации.

В целом вопрос действительно очень важный именно с точки зрения использования новых технологий. Поэтому необходимо самым внимательным образом рассмотреть все ситуации и варианты развития цифровых технологий в медицинской практике. Пока же будут действовать общие гражданско-правовые принципы о возмездном или безвозмездном оказании услуг.

Подписывайтесь на нашу рубрику:
Для подпсики необходимо авторизироваться
Укажите вашу электронную почту в личном кабинете
Комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизироваться