Капитал не приживается

07.06.2014
Капитал не приживается
Задать вопрос

Есть две зеркально отражающие друг друга экономические темы. Чистый приток иностранных инвестиций и соответственно чистый отток капиталов. Здравый смысл подсказывает: когда инвестиции притекают — это хорошо, когда капитал бежит — это плохо. Но дальше выясняется масса нюансов, которые позволяют толковать эти параметры так, как этого требует политическая ситуация, — тень наводится на плетень.

28 мая порадовал Алексей Можин, исполнительный директор, член Совета директоров МВФ от России. Он дал интервью ИТАР-ТАСС, из которого следует, что не стоит делать какие-либо серьезные выводы из впечатляющих данных о чистом оттоке капиталов из России. Все объясняется не политикой, что российской, определяющей внутренний инвестиционный климат, что антироссийской, определяющей давление на Россию со стороны санкций. По Можину, все гораздо прозаичнее и скучнее. Дело в бухгалтерии, которая, как давно известно, функционирует по принципу сообщающихся сосудов.

Можин приводит данные: если в России отток капитала в 2013 году оценивался в 1,6% ВВП, то в Швеции он составлял примерно 6%, в Германии — 7,5%, в Швейцарии — 9,6%, в Голландии и Норвегии — более 10% ВВП. Это вовсе не значит, что во всех перечисленных странах инвестиционный климат оказывался гораздо хуже российского.

Зато, к примеру, у Украины, Белоруссии, Киргизии в том же прошлом году наблюдался приток капитала соответственно на 9,2, 9,8 и 12,6% ВВП.

В чем же объяснение? Платежный баланс любой страны включает два основных счета — текущих операций (включает в себя сальдо внешней торговли) и движения капиталов. Чем больше один из них «в плюсе», тем сильнее другой должен быть «в минусе», поскольку баланс в целом по определению всегда равен нулю. Соответственно отток капитала из России зеркально отражает положительное сальдо нашего счета текущих операций.

На вопрос о том, следует ли понимать его слова так, что отток капитала — это хорошо, высокопоставленный специалист ответил: «Это не хорошо и не плохо. Это нормально. Вообще, чем ближе к балансу, тем нормальнее. А у нас очень близко. 1,6% ВВП — очень небольшой дисбаланс».

«И слава Богу, что он положительный, — продолжал собеседник, имея в виду, что отток капитала в данном контексте лучше притока. — Мы не хотим его потерять. Когда у нас происходило слишком быстрое сокращение нашего положительного сальдо по текущим операциям, у нас это вызывало тревогу. Потому что, когда сальдо переходит в отрицательную область, это означает, что страна попадает в зависимость от финансирования извне».

«Переживать по поводу оттока капитала и одновременно радоваться сохранению положительного сальдо счета текущих операций просто нелогично, — подчеркнул Можин. — Или у нас профицит по текущим операциям и тогда отток капитала, или у нас приток капитала и тогда дефицит по текущим операциям. Только так: или руки с мылом, или чай с сахаром».

Про руки с мылом, а чай с сахаром просто здорово. Приятно, когда от только что неприятной занозы можно так комфортно отвернуться. Вот только заноза остается.

Бухгалтерия — великая наука, особенно когда выписывает платежную ведомость, но и она объясняет не все. Не буду вдаваться в международные сравнения, ограничусь Россией. Как быть с ситуацией, предшествовавшей российскому кризису 2009 года? Тогда у нас и с платежным балансом было все в порядке, и приток капиталов бил рекорды, чем все чрезвычайно гордились на тех же Петербургских форумах.

По Можину получается, что сейчас экономическое положение в России с точки зрения бухгалтерии лучше. Возможно, так и есть. Приток капитала в совокупности с большим внешнеторговым профицитом до 2009 года толкал рубль вверх, что, как мы можем теперь уверенно сказать, опираясь на текущий опыт некоторого оживления промышленности, последовавший вслед за ослаблением рубля, тормозит экономический рост. К тому же приток спекулятивного капитала в российские активы приводил к расширению рублевой массы и к любопытному феномену, когда и рубль крепчал, и инфляция ускорялась. Жизнь вообще несовершенна. Но все-таки «золотой век» российской экономики, несмотря на множество изъянов, приходится именно на период до 2009 года.

Так что бухгалтерский фетишизм — это еще не вся экономика. Можно углубиться в тему, где кончается спекулятивный капитал и начинаются реальные прямые инвестиции. Но Росстат, увы, здесь не самый надежный советчик. Так что все-таки не стоит отказываться от подсказок здравого смысла.

Факт заключается в том, что за I квартал 2014 года из России утекло столько же капиталов, сколько за весь 2013 год. Оценки, естественно, колеблются вокруг $63 млрд. И хотя представители финансово-экономических властей наперебой делятся надеждами на то, что в ближайшее время, буквально в мае—июне, отток может смениться притоком, а Минэкономразвития, как водится, пересматривает прошлое, утверждая, что в 2013 году утекло всего $50 млрд, последняя прогнозная оценка ЦБ чистого оттока капиталов из России составляет $85–90 млрд. Так что может получиться, что отток капиталов за год удвоится.

А это, чтобы ни говорил из Вашингтона Алексей Можин, плохо. Чтобы эта планка не была преодолена, требуется, по словам председателя ЦБ Эльвиры Набиуллиной, «создание среды надежного эффективного инвестирования с защитой прав собственности и сохранением сбережений», а по словам замминистра экономического развития Андрея Клепача — отсутствие внешних шоков, связанных с падением цен на нефть или обострением геополитической ситуации. Что-то мне подсказывает, что шансов на то, чтобы были соблюдены оба условия, немного.

Это с точки зрения макроэкономики, а что все сказанное означает для граждан? Позитив относительно возможного сокращения оттока капиталов власти как раз связывают с тем, что часть валютных сбережений возвращается в рубли. Но мы тоже научились действовать оперативно. Свободные сбережения граждан пока это все-таки валютные средства. А нынешняя пора относительно стабильного и даже укрепляющегося рубля, скорее всего, краткосрочна. Вот что утверждал, например, 26 мая Василий Олейник, эксперт Брокерской группы «Ай Ти Инвест — Проспект»: «На текущий момент мы закладываемся на то, что вблизи отметки 34 российский рубль в паре с долларом приостановит свое укрепление и спустя одну-две недели вновь начнет сдавать свои позиции. Отметки 35–35,5 мы еще в этом году обязательно увидим, а вот выход выше отметки 36,5 уже не ждем».

Николай Вардуль